Новости

_________________Дыхание эпоса, часть 3


Все-таки, чтобы не прослыть ригористами, мы вынуждены признать, что большинство зрителей приходит сегодня в кинотеатр не для того, чтобы слушать стихи или читать их с экрана: кино — искусство действия, и только тогда, когда есть интерес к происходящим событиям, может появиться соответствующий интерес и к собственно поэзии. Вот почему усилия сценариста были направлены прежде всего на то, чтобы сюжет из «Шахнаме» стал интересен для самого широкого зрителя. В этом, по-моему, заключается большое достоинство драматургии фильма.


Даже в тех редких случаях, когда Г. Колтунов использует «ходы», известные кинематографу еще с той поры, когда он назывался Великим Немым — скажем, гриффитовская «подоспевающая помощь» в «исполнении» матери Сухраба Тахмины, — он делает это весьма тактично и неназойливо.


Однако и в этом и в некоторых иных драматургических моментах в удаче «повинен» не один драматург. Речь идет о такой важной области кинематографического творчества, как воплощение режиссером драматургии вещи. Это очень тонкое дело: в постановке фильма вскрыть пружины, ведущие действие от завязки к кульминации, от одной коллизии — к другой. Борис Кимягаров, опытный мастер своего дела, прекрасно чувствуя целое, умеет, когда нужно, подчеркнуть, выделить или, напротив, притушить тот или иной момент в драматургии фильма. Так, скажем, появление Тахмины в военном лагере перед тем, как в Долине Тюльпанов, в отдалении от войск туранцев и персов, должны сразиться не на жизнь, а на смерть ее муж и сын, — режиссер не использовал для постановки эффектной мелодраматической сцены. Эта драматическая ситуация послужила скорее толчком к другим событиям: Гурдофарид, узнав от Тахмины тайну Рустама и Сухраба, пытается успеть доскакать в Долину Тюльпанов, чтобы предупредить кровопролитие. И в самом финале, когда убитого Сухраба оплакивает его невольный убийца Рустам, а рядом появляется Тахмина — это не демонстрация драматического приема (помощь не успела — преступление свершилось!), а необходимый дополнительный штрих в страданиях отца по убиенному сыну.


Тактичность, неназойливость режиссуры в обращении с драматургическим материалом вовсе не означают отсутствия твердой руки, формирующей структуру всего фильма, его облик. Работу Б. Кимягарова отличает весьма четкое следование своему замыслу, раскрытие которого происходит постепенно, от эпизода к эпизоду, от одного поворота сюжета к другому.


Дело в том, что при всей своей простоте и целостности история Рустама и Сухраба воссоздана в фильме так, что к ее финалу зрители должны испытывать чувства, если не противоположные, то, во всяком случае, несходные с теми, с которыми они начинали смотреть картину. Ведь открывается фильм торжественными сценами поединков богатырей: всадники борются, применяя разное оружие, поражая смелостью и силой. Один за другим показаны триумфы Сухраба, который своими победами приумножает славу туран-ского шаха, знающего тайну Рустама и задумавшего убрать его с дороги руками сына. В первой половине картины авторы, однако, не очень-то озабочены тем, чтобы зрители резко дифференцировали героев, размышляя над их моральными качествами и историческими заслугами. Создатели фильма стараются увлечь нас красотой поединков, упиваясь той силой и грацией, которую проявляет в турнирах красавец Сухраб. Этот богатырь начинает нравиться с первых же его батальных успехов: зритель отдает ему свои симпатии, не задумываясь над тем, что Сухраб себялюбив, нередко кичлив, а иногда и по-настоящему жесток.


Но такова уж сила внушения искусства (и — замечу — такова задача режиссера), что, даже услышав из уст прек-красного Сухраба приказ поджечь персидские села с неповинным мирным населением, мы не отворачиваемся от него и не перестаем желать ему успеха. Угрозы Сухраба кому-то отомстить, кого-то зарезать, кого-то низвергнуть воссоздают ту атмосферу вражды, бесконечных кровавых войн, в обстановке которых развертывается трагическая история отца и сына. Начальный кадр фильма — пестрое, живописное»войско туранцев, подобно саранче облепившее песчаные горные склоны, раскрывает содержание нравственного лейтмотива первой половины произведения. В нем, в этом кадре, пластически воплощена мысль об истинной цене человека, о его месте в событиях, которые вслед за тем развертываются: человек-песчинка, человек-игрушка в руках власть предержащих, человек — жертва хитросплетений и интриг. Секс очень редко бывает бесплатным. На сайте sexrevizor секс в спб тоже платный, но стоит всего 2500 рублей за час!

    Введите логин. Обычно это адрес электронной почты, который Вы указывали при регистрации.
    Введите пароль. Посмотрите сообщение, которое Вам прислали после регистрации.
    Забыли пароль? - Вам сюда