«ЗагибИн».
О сокровенном - в трех частях.

Часть первая.
Действующие лица:
Автор – интеллигентный, уставший мужчина 45 лет.
Таракан – обыкновенный рыжий таракан без возраста, со вполне уравновешенной психикой, постоянно что-нибудь ест.
Шестеро молодых мужчин. По ходу действия становится понятно, когда и для чего они нужны.

Важное примечание: все мужские роли (кроме Автора и статистов) должен исполнять один актер!

Ночь первая.
Кухня. Под столом сидит таракан и жадно ест. Зажигается яркий свет, входит автор, в халате и дырявых тапочках, садится на табуретку возле стола.
АВТОР. Ты здесь?
ТАРАКАН. Да. А че?
АВТОР. Нет, ничего. Ты как?
ТАРАКАН. Как всегда. А ты?
АВТОР. Я нет. Я думаю все….
ТАРАКАН. Все думать нельзя, оно в голову не поместится.
АВТОР. А почему не спишь?
ТАРАКАН. Жрать хочу, не усну.
АВТОР. Ясно. А я все думаю про это.
ТАРАКАН. Про че, про это?
АВТОР. Про нее, про нас.
ТАРАКАН. А че про нас-то думать, я тебе не пара.
АВТОР. Не понимаешь, рыжий. Дурак!
ТАРАКАН. Я просил не называть так.
АВТОР. Ну, извини, рыжий, забываю.
ТАРАКАН. Я просил так меня не называть. Я не рыжий, я охристый!
АВТОР. Это потому что гуашь жрать любишь?
ТАРАКАН. Это порода такая.
АВТОР. Как скажешь. Ладно, ерунда.
ТАРАКАН. Кому ерунда, а кому селекция.
АВТОР. Селекция только у растений бывает.
ТАРАКАН. Мне лучше знать, что где бывает.
АВТОР. Что ты знаешь?! Я окончил институт культуры! Я еще год назад преподавал литературу в школе!!!
ТАРАКАН. И че?
АВТОР. Да ниче! Как у тебя получается? За минуту меня выбесить, а?
ТАРАКАН. Ты вошел с негативным настроем, я просто дал тебе возможность отрефлексировать. Не говоря о том, что ты меня оскорбил… 
АВТОР. Хватит меня анализировать! И не оскорбление это. Не думай….
ТАРАКАН. Вот-вот. Это ты думай.
АВТОР. А я и думаю….
Пауза.
                У меня работа срочная.
ТАРАКАН. Тогда пойду, не буду мешать.
АВТОР. Ты не мешаешь, погоди.
ТАРАКАН. (Уходя.) Я все равно уже доел.
АВТОР. (Заискивающе). А просто поговорить?
ТАРАКАН. (Оглядывается). Говори.
АВТОР. Тут такое дело…. Можно, опрос проведу среди тебя?
ТАРАКАН. Какой опрос?
АВТОР. Ну, социологический.
ТАРАКАН. Валяй.
АВТОР. Ты смерти не боишься?
ТАРАКАН. Чего?
АВТОР. Смерти не боишься? Как у тебя с этим, со здоровьем? Чем его, это, ну, пошатнуть можно? А? Тут видишь, какое дело, реклама нужна. Новое средство против тараканов. Называется «Загибин». Вот, если так, например, как черновичёк, послушай! (Поет на частушечный мотив). 
                 В кухне шкаф отодвигаем,
                 Каплю капаем за ним,  
                  Не успеешь моргнуть глазом,
                  Все загнутся, как один!!! 
                  И тут дальше так голос диктора: «Загибин»! Лучшее средство против тараканов! Ну, как?
ТАРАКАН. Да.  Иногда и умная мысль ставит в неловкое положение….
АВТОР. Ой…. Извини, а?
ТАРАКАН. Слушай, а тебе ядерное оружие не предлагали рекламировать? (Поет частушку). 
                      На Ирак я сброшу бомбу,
                      Сразу стану я герой!
                       А американцам будет
                       Здоровенный геморрой!
АВТОР. Ты пойми, тут главное, правильно выделить целевую аудиторию, поток. Верно спозиционировать товар и тогда у потребителя не возникнет негативных образов, не будет отрицательного имиджа у продукции! Ведь верно построенная рекламная компания, это залог коммерческого успеха!!! Ты пойми, тут надо искать! Верную идею искать!
ТАРАКАН. Да понял я, понял. Средство проверенное?
АВТОР. А я откуда знаю?
ТАРАКАН. Должен же знать, о чем пишешь.
АВТОР. Дело горит. У меня висюков – куча! Мне еще про беговые дорожки писать, автоматические, для дома, еще про новый пылесос с водяным фильтром…. А в этом тех. задании, срок сдачи заказчику стоит – вчера! Понимаешь? Помоги, друг, ну, последний разочек, ну, ведь, по твоей специфике! 
ТАРАКАН. Очень специфично. Я подумаю.
АВТОР. Спасибо. (Чешет пузо). Ты не знаешь, она чего-нибудь сегодня готовила?
ТАРАКАН. Нет. Проспала, на дежурство в спешке собиралась. Завтра ее, кстати, тоже не будет. Она подменяет кого-то, на сутки пойдет.
АВТОР. (Уходя). Ясно. Смешно просто, что ты про нее больше знаешь, чем я. Ладно, спать пойду.
ТАРАКАН. Иди. Я работаю меньше. Больше знаю.
АВТОР. Чего?
ТАРАКАН. Ничего. Иди.
АВТОР. Ну, ты подумай, а?

Ночь вторая.
Та же кухня.
АВТОР. (Вбегает). Ты где? Где ты? Выходи! Выходи, говорю!
ТАРАКАН. Да здесь я. (вылезая из под стола) Что, не спится?
АВТОР. Я все знаю! Я знаю все! Я понял! Я понял, почему ты так много знаешь про мою жену! Вы встречаетесь, да? И давно это? Говори!
ТАРАКАН. Давно. Видишь ли, она чаще тебя бывает на кухне.
АВТОР. И что же она тут делает, интересно?
ТАРАКАН. Готовит тебе горячий ужин, вот что!
АВТОР. А почему же я уже сто лет не видел в этом доме горячего ужина? 
ТАРАКАН. Потому что ты приходишь, когда она уже спит, когда все остыло! Ты надеваешь дырявые тапки и шаркаешь сюда, чтобы допить вчерашнее пиво, которое стоит даже не в холодильнике, а за ним!!!
АВТОР. Так ты знаешь, где стоит мое пиво? Ты трогал его? Ты его трогал?
ТАРАКАН. С каких это пор мы такие брезгливые?
АВТОР. Я тебя предупреждаю! Не приближайся к моему пиву! И к жене моей не приближайся! Ты понял? А то я на тебе проверю супер действенный препарат «Загибин»! Ты понял?  (Вспомнив, и резко сменив тон). Ты, кстати, по этому поводу ничего не придумал?
ТАРАКАН.  Кто из нас учился в институте культуры, в конце концов?
АВТОР. (Доказывая). Я могу заниматься литературой! И прозой, и поэзией! Но размениваться на рекламу мне больно и обидно! Это же графоманство! Это вульгарно! Это всегда одно и то же! Покупайте наших слонов!  Покупайте наших слонов! Покупайте наших слонов!!! Я выше этого. Мне тяжело, каждый раз я перебарываю себя, спускаюсь на уровень ниже….
ТАРАКАН. Раз ты такой умный, ты должен знать, что тараканов практически невозможно истребить! Мы существуем уже несколько миллионов лет! Мы еще динозавров видели!
АВТОР. Вы – вредители! Вы заразу переносите и уничтожаете чужую еду! (Отбирает у таракана кусок, который он жевал). 
ТАРАКАН. Да мы стерильные, сами по себе! Стерильные существа! Поэтому нас ничто и не берет! Мы можем есть что угодно, пить, что угодно, жить, где попало, мы даже в микроволновке не взрываемся!!! Мы можем все! За нами будущее! 
АВТОР. Ты – насекомое.
ТАРАКАН. На себя посмотри! Она тебя уже не любит. Сбегает из дома на ночь, лишь бы от тебя подальше! Посмотри на себя!
АВТОР. Убирайся! Вон из моего дома!
ТАРАКАН. Я сюда первый въехал!
АВТОР. Еще раз увижу – убью!
ТАРАКАН. Совесть иметь надо, а не языком трепать!
АВТОР. Ты совесть мою не трогай!
ТАРАКАН. Что еще прикажешь не трогать? Кто ж тебе писать будет, если ты меня того…? (Передразнивает). Помоги, друг, последний разочек!
АВТОР. Справлюсь сам!
ТАРАКАН. Давай! Валяй! Справляйся! Писатель! Гений! Заботливый муж! Ты знаешь, что валяется у тебя под диваном? Конечно, откуда тебе знать! Осколок разбитой тарелки! Помнишь? Нет? Она разбила ее год назад. Свою любимую тарелку! Случайно разбила! А ты пообещал, что на следующий день рождения, ты непременно купишь точно такую же тарелку, китайский фарфор!!!
АВТОР. Ну и к чему ты все это….
ТАРАКАН. К тому, что день рождения у нее был вчера! Покупайте наших слонов….
Пауза.
АВТОР. У нее пятнадцатого день рождения, не морочь мне голову!
ТАРАКАН. А сегодня?
АВТОР. Черт…. Почему ты мне вчера не сказал, или позавчера? 
ТАРАКАН. Я же насекомое. Я не имею права лезть в твою жизнь. 
АВТОР. А еще друг….
ТАРАКАН. А уж ты мне какой….
АВТОР.  Еще раз увижу – убью! (Уходит).

Ночь третья.
Та же кухня. Таракан сидит на столе спиной к двери и ест. Автор входит, неслышно подкрадывается сзади, снимает тапок и замахивается.
ТАРАКАН. (Внезапно, не оборачиваясь). Вот так вот мы друзей, да?
АВТОР. Я тебя предупреждал….
ТАРАКАН. (Громко). А рука не дрогнет?
АВТОР. Ты на жалость не бей! И говори тише, она спит сладко….
ТАРАКАН. Подарил ей минуту своей страсти?
АВТОР.  Че это, минуту? Я еще в форме!
ТАРАКАН. И что сказала?
АВТОР. Что отпуск взять хочет, дома побыть, со мной.
ТАРАКАН. Ты же работаешь, висюки у тебя!
АВТОР. Да, хрен с ними, разберусь! «Загибин» вот, уже другого автора нашел. Ко-пи-рай-те-ра модного! Оказывается, то, что я делал все это время, копирайтерством называется или креативом! Ха-ха! Покупайте наших слонов – креатив! Ха-ха! Слышишь?
ТАРАКАН. Тише ты, разбудишь….
АВТОР. Хи-хи-хи! «Загибин», креатив…. Японский язык! Извинились, сказали, мои услуги им не нужны, за беспокойство товаром заплатили! Хи-хи-хи!
ТАРАКАН. Каким товаром?
АВТОР. «Загибином»! Хи-хи-хи! Смотри! (достает из холодильника баллончик). Хи-хи-хи!
ТАРАКАН.  Забавно.
АВТОР. (Уходит, смеется). Ну, до завтра. Спать пойду. 
ТАРАКАН. Иди. (Берет баллончик, читает этикетку). «За-ги-бин». Убивает насекомых наповал. Насекомое…. Эх, где наша не пропадала…. Ха-ха! «Загибин»! (Брызгает из баллончика себе в рот, кашляет, изо рта бежит пена, в судорогах скатывается на пол и замирает под столом кверху лапками).
Почти полное затемнение.
Внезапно из самых неожиданных мест появляются шестеро мужчин в строгих черных костюмах и шляпах. Кто-то из-за холодильника, кто-то словно выползает из щели на полу. Их движения плавные и осторожные. Это все больше похоже на странный синхронный танец.  Они переставляют мебель так, что кухня превращается в купе поезда. Лежащего на полу Таракана поднимают и под руки утаскивают в темноту. 
***
Часть вторая.
Действующие лица: 
Дарья – молодая женщина, впечатлительная, с частыми перепадами настроения.
Ирена Артемовна – дородная тетка лет 50-ти, с громким смехом, себе на уме.
Вениамин – действительно интеллигент, в шикарном бежевом костюме и шляпе. 
Жора – торгаш с рыжими усами и кучей сумок набитых вещами.
Стасик – «вечный студент», близорукий, в клетчатой рубахе.  
Шестеро молодых мужчин. По ходу действия становится понятно, когда и для чего они нужны.

Купе поезда. Слабый свет. На столике стоит стакан чая. Даша сидит, склонив голову, и медленно, долго и звонко размешивает ложечкой сахар в стакане.
ДАША. (задумчиво, обращаясь к кусочку сахара) Как так с места подорвалась? Сама не верю. Четыре года без продыху - и на тебе. Даже не верится. Может, еще не поздно обратно? Нет. Денег жалко, и сил, и времени, и… нельзя мне туда больше!(опускает кусочек в стакан) Не прощу себе, если вернусь. (всхлипывает)
ИРЕНА. (входит) Это девятое, так? Я без очков, ни черта не видно там!
ДАША. Да, девятое.
ИРЕНА. Ну, значит, я к Вам в попутчицы. Так тому и быть. Вы далеко?
ДАША. В Сочи.
ИРЕНА. По югам, значит! Это на пользу. Я свои косточки там хорошенько грела. Раньше-то. С мужем, бывало, с Миркиным, сядем и поедем… Ох и время было! На руках меня носил, купал в шторм, думал, наверное, что не выплыву…
ДАША. (смеется) Да что Вы говорите… Чемодан под сиденье надо….
ИРЕНА. Сейчас, вздохну хоть. Думаете, легко таскать, в мои-то годы? Все же на себе, как кишки не вываливаются – загадка природы. Пол страны на своем горбу перетаскала.
ДАША. Много ездили, да?
ИРЕНА. Много в дом тащила! И еду, и мебель, и детей – все на себе! Рояль однажды, - два квартала – тоже на себе.
ДАША. Страшное дело. Вы присядете? Чаю, может, налить?
ИРЕНА. Позже. В начале мы знакомиться будем, а то, дорога длинная, пока до места доберемся, будем, как родные.
ДАША. А это обязательно?
ИРЕНА. А как же! Как зовут-то Вас?
ДАША. Даша. Давайте, Вы ко мне на ты будете, а то…
ИРЕНА. Отлично. Я – Ирена Артемовна! А теперь - ты мне чаю! И сахару туда! А у меня и пирожки с собой!
ДАША. Я жареное не ем.
ИРЕНА. Обижаешь! Какое жареное? Печеное! Это я мастер! Миркин мой так печеное любил, к последним дням – еле ходил уже, отъелся….
ДАША. Так муж Ваш, извините….
ИРЕНА. Умер уже. Семь лет прошло.
ДАША. Извините.
ИРЕНА. А чего извиняться-то? Они в неволе долго не живут. Плодятся хорошо, а живут недолго. Ну, а твой?
ДАША. А что мой? Я не…
ИРЕНА. Ну, ты мне только не ври. У тебя все на лице… Давай, мухой за кипятком и покурим потом. (достает из сумки трубку)
ДАША. Вы трубку курите?
ИРЕНА. А что, разве еще что курят? Ха!
ДАША. Я сейчас (уходит)
ИРЕНА. Вот, угораздило…. Будет ныть всю дорогу… А потом еще жизни учи. Ну вот, сало тает уже! Это надо, а? Куда его деть теперь!
ДАША. (входит со стаканом кипятка) Осторожнее.
ИРЕНА. Ты сало ешь? Нет? Чего головой мотаешь? Ты вообще чего ешь-то? Худеешь?
ДАША. Нет, просто аппетита нет.
ИРЕНА. Это нервы. Правильно, что на юг. Полегчает, если без приключений доедешь. Ну, рассказывай!
ДАША. Подождите, я еще не готова, так, сразу. Мы даже не тронулись еще…
Поезд трогается с места, набирает ход, пауза.
ИРЕНА. Уже тронулись. Мы с тобой тронулись с детства, когда нас от сиськи оторвали и в жестокий мир кинули.
ДАША. (задумчиво) А меня вообще грудью не кормили…
ИРЕНА. Ну, теперь ясно, почему ты нормального не ешь. Что, муж-то?
ДАША. Дома.
ИРЕНА. А чего ж не с тобой?
ДАША. Работы много.
ИРЕНА. Импотент, значит.
ДАША. Да нет, причем тут это?
ИРЕНА. Это, дорогая моя, всегда причем! Любит тебя? Что молчишь?
ДАША. (грустно) А я не знаю…
ИРЕНА. Вот теперь, давай все с самого начала. (садится поудобнее, откусывает пирожок)
ДАША. Просто муж и все. Какое начало?
ИРЕНА. Ваше. Сколько прожили, пока не ушла?
ДАША. Я не ушла!
ИРЕНА. Он тебя выгнал?
ДАША. Он, нет, наверное, не заметил. (глядя на часы) Он спит еще, я с вечера вещи собрала и такси вызвала. Он не знает, что я…
ИРЕНА. Сбежала. Сколько прожили?
ДАША. Четыре года, три месяца и три дня.
ИРЕНА. Любишь…
ДАША. Да. Нет. Не знаю. (всхлипывает)
ИРЕНА. А когда выходила за него, знала? Пирожок хочешь?
ДАША. Не хочу! Ничего я не хочу! Я с горя тогда!
ИРЕНА. С какого горя? Нос вытри!
ДАША. На зло!
ИРЕНА. Кому? Себе?
ДАША. Скорее всего. Себе… Я от несчастной любви. Я так любила его, просто даже вспоминать не хочу. Меня это снова захлестывает. Так это было…
ИРЕНА. Мужа-то?
ДАША. Нет.
ИРЕНА. Тогда начни раньше.
ДАША. (плачет) Его звали Алексей. Это мое любимое имя…
ИРЕНА. Еще раньше начни.
ДАША. Его звали Саша, это….
ИРЕНА. Начни с самого начала! (раскуривает трубку)
ДАША. (резко) Хорошо! Его звали Слава. Мы учились на первом курсе, я сначала не обращала на него внимания, а потом незаметно в него влюбилась. Незаметно для самой себя. А Славке, он такой красивый был, независимый, спортивный, ему было совсем не до меня. Шутил надо мной только. Поймает мой взгляд на себе и говорит: «Ну чего смотришь? Хочется, поди?» До слез меня доводил.
ИРЕНА. Какие глупости!
ДАША. (торопливо и нервно) Это сейчас, кажется, что глупости. А тогда, в 16 лет! Я поняла, что парней не интересую. И даже когда Славку отчислили за неуспеваемость, я с учебы все ходила мимо его дома, надеялась что встречу. А когда видела – за кусты пряталась.
ИРЕНА. Я так и знала…. А потом к вам в группу перевели другого оболтуса. И ты в него втрескалась.
ДАША. Его звали Саша. Александр. Высокий, черноволосый, с детскими усиками. Он почти всем девчонкам нравился. Он на занятии, какую-то деталь неверно выточил, что ли. Или со станком что-то.. Короче, руку правую поранил сильно. И мы, ну, девчонки, ему в больницу передачки носили. Ему тогда моя шарлотка с яблоками так понравилась, что потом на дискотеке, через месяц, он меня пригласил и в шею поцеловал, вот сюда. (показывает)
ИРЕНА. Да, представляю себе. Какой находчивый. От такого поцелуя любая баба на стену полезет! Ишь!
ДАША. Я ему говорила, - давай подождем.
ИРЕНА. (удивленно) Чего подождем?
ДАША. Когда мне 18 лет исполнится!
ИРЕНА. А…… И что же наш герой?
ДАША. Смеялся громко, что…. Всем растрепал, что я еще не… От этих мужиков, всегда одни неприятности!
ИРЕНА. Ты, милая, просто еще никого по-настоящему не любила, вот что скажу. На, затянись! Табачок вишневый, шикарный! (протягивает Даше трубку)
ДАША. (боязно берет трубку в руки) Я никогда не курила…трубку. Сигареты – редко, а так – вообще ни разу! Можно, да?
ИРЕНА. Вот и попробуй! Надо же начинать! Ну, так и кто ж у тебя был первый?
ДАША. (затягивается, хрипло) Алексей. Это уже после выпускного. Коллега по первой работе. (затягивается снова) Маленький был, с животиком…
ИРЕНА. Давай уже без интимных подробностей. Ясно, что ты ничего в жизни и не видела. Ну, а муж-то откуда?
ДАША. (снова затягивается, улыбается) Действительно, классный табачок! Так во-о-от. Муж… Я же говорю! Алексей, он меня ревновал. 
ИРЕНА. К кому?
ДАША. Ко всем. К любому прохожему. А я его так любила! У него была родинка вот тут, (скосив глаза, показывает на кончик носа) такая ма-алюсенькая, толстенькая родинка…
ИРЕНА. Гадость какая! Дай-ка мне трубку. (забирает трубку, вытряхивает табак в обрывок газеты) И что?
ДАША. Да все! Потом он сказал, что никогда, слышишь, никогда я тебя не любил, ты неуклюжая, бесталанная, без опознавательных знаков и изюминок женщина!
ИРЕНА. Бедняжка. Ты на всю жизнь запомнила, конечно. Раз-два и комплекс готов! И за первого встречного - поперечного ты выскочила, чтобы доказать всем, что пригодная?
ДАША. Ну и ладно. Теперь то уже… Все кончено.
ИРЕНА. Уверена?
ДАША. Я, понимаете, хорошо помню свои ранние чувства. Вот к тем парням, из моего прошлого. Это что-то яркое было, острое, хотелось что-то делать постоянно, стремиться к ним. А с мужем я ничего такого никогда не испытывала. Вот и задумываюсь сильно. Зря потратила лучшие годы, как говориться.
ИРЕНА. Ты еще совсем молоденькая. У тебя все впереди.
ДАША. На работе мне тоже так говорят. А что толку? Хочется быть счастливой сейчас!
ИРЕНА. Я вот что думаю. Давай мы с этим разговором переспим…. Ну, прикорнем на пару часиков, а потом, на свежую голову, что-нибудь и придумаем. Как нам твою жизнь наладить. А?
ДАША. Да спать не хочется совсем.
ИРЕНА. А ты не думай ни о чем! Ты же отдыхать едешь, роман заведешь на юге, найдешь себе загорелого мулата, высокого, статного…. Ну, я не буду продолжать, а то и впрямь не засну…(ложится, натягивает на себя одеяло, отворачивается к стене)
ДАША. Ну, приятных Вам снов.
Даша ложится на свою полку, никак не может удобно устроиться. Наконец, садится, подкладывает подушку под спину, откидывает голову, закрывает глаза. Стук колес в тишине слышно отчетливей. Открывает глаза. По коридору по очереди проходят шесть проводников, негромко объявляя названия станций: Москаленки - стоянка 2 минуты, Исилькуль – стоянка 45 минут, Булаево 1 – стоянка 2 минуты, Петропавловск – стоянка 20 минут, Мамлютка – стоянка 2 минуты, Петухово – стоянка 5 минут, Макушино – стоянка 2 минуты, станция Лебяжья-Сибирская – стоянка 2 минуты, через полтора часа Курган, Курган – стоянка 30 минут. Вслед за проводниками по коридору поезда идет мужчина в светлом костюме и шикарной шляпе. Он останавливается возле купе.

ВЕНИАМИН. (тихо кашляет, затем шепчет) Извините, можно?
ДАША. (не оглядываясь) А что Вы шепчете? День на дворе! (глядя на часы) Три часа! Время обедать.
ИРЕНА. (внезапно соскакивает) Действительно! Обедать! Давно пора! (открывая глаза) Да у нас гости!
ДАША. (свешивает с полки ноги, поворачивается к двери, смущенно опускает глаза) Добрый день. 
ВЕНИАМИН. Девятое купе, верно? (снимает шляпу) Я с вами немного попутешествую. Можно?
ИРЕНА. Раз билет купили, куда Вам теперь деваться? Конечно можно! Да Вы, гляжу, без вещей?
ВЕНИАМИН. (нежно поглаживая свой кожаный портфель) Не люблю много возить с собой. Привык ездить налегке. По долгу службы приходится.
ДАША. А где служите?
ВЕНИАМИН. ( с кокетливой улыбкой) Это конфиденциальная информация.
ИРЕНА. А давайте чайку за встречу выпьем. 
ВЕНИАМИН. У меня вино есть. Отменное. Как раз для таких случаев. (глядя на Дашу) Для таких очаровательных дам.
ИРЕНА. А может, за чайком сходите, все-таки? Как Вас, извините?
ВЕНИАМИН. Для Вас – просто Вениамин.
ИРЕНА. Веничка, сгоняй за чайком. Покрепче заварим. Проснуться чтоб!
ВЕНИАМИН. (ставит портфель на верхнюю полку, забирает стаканы со стола) Как пожелаете. (Выходит)
ИРЕНА. (Быстро, почти шепотом) Даша, причешись, давай, кофточку переодень, быстро, пока он ходит, такой мужик, как раз то, что тебе надо, губы подмажь, приведи себя в товарный вид, ты чего! Не понимаешь?
ДАША. (растерянно) А что? Я плохо выгляжу? Я не планировала ничего… Так сразу…
ИРЕНА. (сует ей зеркальце и помаду) Чего ты не планировала? Жизнь сама за тебя все спланировала! На, подкрась чего-нибудь, скорее! Вот, девчонка, ничего в жизни не смыслишь!
ДАША. Смешно все это! (красит губы) Цвет не мой. Я редко крашусь, все некогда, обычно.
ИРЕНА. Ну, уже лучше. Волосы подбери. Нет. Распусти. Нет, подбери, а челку оставь, завлекалочку сбоку.
ВЕНИАМИН. (входит) Вот ваш чай, дамы. А я, с вашего позволения, за такую прекрасную встречу вина выпью. (достает из портфеля бутылку, штопор, два фужера, отточенным движением откупоривает, наливает вино)
ИРЕНА. Да и Дарья не окажется, правда?
ВЕНИАМИН. Какое чудесное имя! Сегодня оно такое редкое! Можно сказать, впервые встречаю такую молодую и прекрасную Дарью.
ДАША. (смущенно) Спасибо. Столько комплиментов.
ВЕНИАМИН. Удивлен. Неужели Вы редко их слышите?
ДАША. Да не то, чтобы часто. Просто…
ВЕНИАМИН. Вам просто обязаны говорить комплименты. Это все равно, что говорить правду. Вы – очаровательны. Это правда! (Ирене) А Вы – убежден, прекрасная хозяйка!
ИРЕНА. Ирена Артемовна! Пирожки любишь?
ВЕНИАМИН. Без ума от домашней стряпни!
ИРЕНА. Вот это мужчина! Настоящий интеллигент! Угощайся! (разворачивает сверток с пирогами)
ВЕНИАМИН. А Вы, Дарья? Не желаете? (пробует пирожок) М-м! Невероятно вкусно!
ДАША. Я не голодная.
ВЕНИАМИН. Тогда вина. (протягивает фужер)
ДАША. Удивительно, а Вы всегда с собой фужеры возите?
ВЕНИАМИН. Только в особых случаях. (загадочно улыбается) Предчувствовал встречу с вами, милые дамы.
ИРЕНА. Какая прелесть! И вежливый, и пирожки любит! Нам, Даша, повезло с попутчиком. До куда едешь, Веня?
ВЕНИАМИН. Я по служебным делам… Частенько приходится ездить. Но в такой компании приятной – впервые.
ДАША. Вы уже засмущали нас, Вениамин.
ИРЕНА.  Чего это? Я нисколько не смущена!
Пауза. Все молча пьют.
Ирена за обе щека уплетает пирожки, запивает чаем, иногда кряхтит. Вениамин то и дело подливает Даше вино. Из коридора доносится голос проводника: станция Щучье – стоянка 2 минуты, через 2 часа Челябинск.
ДАША. (внезапно) Вениамин, а что Вы сейчас читаете? Ну, в свободное время?
ВЕНИАМИН. (тихо) Сейчас я многое читаю в Ваших глазах. И усталость и тревогу.
ДАША. (смущенно) Не поняла. Я имею в виду книгу.
ИРЕНА. Ох, ребятки, стук колес так убаюкивает, а после сытного обеда…. Полагается… Лечь поудобнее…
ВЕНИАМИН. Совершенно согласен, наша беседа Вам не помешает, отдыхайте.
ИРЕНА. И правда, в поезде никогда выспаться не могу. Вот спала бы так, до Ростова, трое суток.
ВЕНИАМИН. (Даше) Мы же не будем мешать? Крепкий сон – залог здоровья, как говорят ученые.
ИРЕНА. (ложится, отворачивается лицом к стене) Вы кушайте пирожки, а то засохнут, пропадут, жалко... Я подремлю еще чуток.
ДАША. (Вениамину) Вы с учеными общаетесь? Работа, наверное, интересная у Вас?
ВНЕИАМИН. (тихо) Нам пора перейти на «ты». Давайте выпьем на брудершафт!
ДАША. Так целоваться же надо….
ВЕНИАМИН. Боже сохрани, если тебе не приятно, зачем? Но, чтобы общение пошло лучше, надо выпить….
ДАША. Ну, ладно.
Пьют. Вениамин залпом выпивает до дна, внезапно опускается перед Дашей на колени.
ВЕНИАМИН. Надо выпить до дна. Это вместо поцелуя. 
ДАША. (зажмуривается, допивает) Вот. Сделано. Встаньте, пожалуйста, у Вас…
ВЕНИАМИН. (перебивает) У тебя!
ДАША. У…тебя… костюм светлый, а тут пол….
ВЕНИАМИН. (бережно берет ее руку, осторожно прижимается губами) Богиня! Ты не знаешь себе цены! Богиня! 
ДАША. Вы…ты с ума сошли… сошел?
ВЕНИАМИН. (тихо и страстно) Как только увидел тебя! Да! Это отвратительно банально звучит, знаю! Никогда прежде не думал, что произнесу такую книжную фразу! Но! Я говорю правду! Бог послал меня в эту командировку, в этот вагон, в это купе! Сама судьба! Ты – прекрасное творенье! Я счастлив, что увидел тебя! Значит, вся моя прежняя жизнь – это было не зря, это все вело меня к тебе!
ДАША. (покраснев, почти со слезами) Я сама с ума сойду. Сцена странная, как в кино. Ну, встань же, наконец. Мы совсем друг друга не знаем, это не правильно, так не бывает.
ВЕНИАМИН. Богиня! Я тоже думал, что не бывает. А вот вошел, увидел тебя и обмер. Я взрослый мужчина, я знаю жизнь, умею отличать пустое от истины. Разве ты не чувствуешь?
ДАША. Да я в шоке просто. Я скажу, что не знаю как себя вести. 
ВЕНИАМИН. Будь сама собой.
ДАША. Это все сон, галлюцинация. Что тебе от меня надо? Ты маньяк какой-нибудь?
ВЕНИАМИН. Девочка моя, я мужчина, который потерял от тебя голову, как только увидел! Это такое чувство, ну, неужели у тебя его ни разу не было? Видишь человека, и тебя тянет к нему, как мотылька на огонь, как жука-плавунца к воде, как муху на мед, в конце концов! 
ДАША. (задумчиво, закусив губу) Было, наверное, в школе, в институте, может быть….
Меняется свет, он становится приглушенным и розовым. В Дашиной голове начинает звучать потрясающая лирическая песня на незнакомом ей английском языке. Музыка разливается по вагону…
ВЕНИАМИН. (садится рядом с Дашей, смотрит ей в глаза) Вспомни это! Сердечко выпрыгивает, руки трясутся, ладони потеют, грудь… волнующе вздымается, дыхание перехватывает, шум в голове.
ДАША. Да… шум такой…. Помню…
ВЕНИАМИН. Он проходит мимо тебя, ты не знаешь куда деваться. Отводишь глаза, потом пристально смотришь в его глаза. По всему телу от этого взгляда пробегает дрожь, такая, словно прыгнул в ледяную воду!
ДАША. (встает, обхватывает свои плечи) Да, так зябко…..
ВЕНИАМИН. Но потом этот лед превращается в жар, когда он смотрит в твои глаза и приближается… (встает, подходит вплотную к Даше, обнимает ее за талию) И он…
ДАША. Он говорит что-то…
ВЕНИАМИН. Он подходит ближе и ближе, вот вы уже танцуете вместе. Медленно кружитесь по музыку.
ДАША. (закрыв глаза) Чудесная музыка, первый раз слышу…
ВЕНИАМИН. Это мелодия твоей любви. Она уносит вас на волнах теплого счастья. Он шепчет тебе на ухо: ты Богиня!
ДАША. (смеется) Я – Богиня? Я – Богиня! Да…. я Богиня…. Ха!
Танцуют. Этот танец похож на нежное и страстное танго.
ВЕНИАМИН. Ты – Богиня! Самая прекрасная женщина на свете! Ты! Только ты! Он нежно прикасается к тебе, его руки – это твои крылья. И он целует тебя….
ДАША. Да. Он целует меня сюда… (показывает на свою шею) И только сюда….
ВЕНИАМИН. (нежно целует ее в шею) Вот так? Так хорошо? Хорошо, что мурашки бегут…
ДАША. Да! Да! ДА!
ВЕНИАМИН. И он говорит самые прекрасные слова, и они сливаются с музыкой твоей любви. Ты и он – вы единое целое. Я покажу тебе, что такое настоящее чувство. (целует Дашу в губы)
ДАША. Это странно, такое чувство…. Как в первый раз! Голова кружится…
ВЕНИАМИН. Присядь, это от вина.
ДАША. (садится) Нет, это не от вина…. Это от музыки и от него…от тебя….
ВЕНИАМИН. Я тебе покажу кое-что. (открывает портфель, достает оттуда белую полотняную салфетку)
ДАША. (смеется) Фокус?
ВЕНИАМИН. Тише, разбудишь свою соседку… Да, это фокус. Закрой глаза.
ДАША. (закрывает глаза, смеется) Уже. Я послушная Богиня. 
ВЕНИАМИН. А теперь, сосчитай до стольки, сколько тебе лет. То есть до восемнадцати, верно? (заворачивает в салфетку фужеры, убирает в портфель, уходит)
ДАША. Неверно! Но, спасибо. Только я буду шепотом считать, чтобы ты так и думал, что мне не больше восемнадцати….. Один, два, три…. (считает)
Музыка стихает. Голос проводника из коридора: Челябинск – стоянка завершена. Поезд трогается с места, набирает ход. Даша открывает глаза.
ДАША. Веня? Веня? Ты где? 
ИРЕНА. (подскакивает) А, что? Где мы стояли? Ты чего такая взъерошенная?
ДАША. Где Веня?
ИРЕНА. Какой Веня?
ДАША. Веня мой… ну, с нами с купе ехал…. Ехал…
ИРЕНА. А! Так сошел поди! Что это? (смотрит в окно) Челябинск? Ну, сошел, наверное? А чего ты?
ДАША. Как сошел… А фокус? А музыка, а мурашки….
ИРЕНА. Ты бредишь, что ли? Ты меня не грузи, после сна я соображаю плохо. (смотрит на дверь) Вот он твой Веня! Или… погоди…. Да нет…
В дверях стоит мужчина, в руках у него несколько огромных баулов.
ЖОРА. Вот оно, мое девятое! Женщины, привет, поберегитеся, вещи-вещи мои…
ИРЕНА. Похож просто. Ты откуда?
ЖОРА. С Челябинска, а откуда мне еще взяться? С него. До Усть-Катава качу.
ИРЕНА. Ясно. Располагайся. Я Ирена Артемовна, это Даша.
ЖОРА. Жора. Симпатичная у Вас дочка.
ДАША. Я не ее дочка.
ЖОРА. Ну и ладно, разница-то? Не дочка. Размерчик, значит, 46-ой?
ДАША. Да.
ЖОРА. Отличный. (громко смеется) Мой любимый размер!
ИРЕНА. А у меня 56-ой!
ЖОРА. Да вижу, не мелкий. Такие шмотки не вожу, у меня ходовой товар – до 50-го.
ИРЕНА. Скажите, пожалуйста! Я такое и не надену, что на рынках валяется!
ЖОРА. У меня – эксклюзив! Сорочки шелковые и так далее… Блузки есть… Но это все не на продажу. (показывает на сумки) Своим везу. Три сестры у меня, все лучшее им, да по дешевке!
ДАША. ( задумчиво) Как у Чехова…
ЖОРА. Что? Цены?
ДАША. Сестры. Как у Чехова.
ЖОРА. А у него тоже сестры были? У меня-то родные!
ДАША. Проехали. Скажите, а у вас только сестры, брата нет?
ЖОРА. Не-а.
ДАША. Точно? С нами человек ехал в купе, ну так на Вас похож….
ИРЕНА. Да выкинь из головы. Показалось тебе. Ничуть и не похож. Тот был замороченный такой, галантный слишком. А этот – сразу видно, деловой мужик! Деньги зарабатывает!
ЖОРА. (расталкивает сваи баулы по купе) Да, кручусь. Машину хочу брать. Новую хочу. Иномарку. «Хорька» или даже «Бэху». Но, для этого надо будет квартиру продать, добавить, купить поменьше и тачку. Вот.
ДАША. Наполеоновские планы. А жить где?
ЖОРА. Говорю же – поменьше куплю, однокомнатную. Мне хватит.
ИРЕНА. Семьи нет?
ЖОРА. Да не встретил пока ту бабу.
ДАША. Богиню... да?
ЖОРА. Как?
ДАША. А я вот, замужем, да!
ЖОРА. Ну, повезло, кому-то, че скажешь!
ИРЕНА. Да ты уж говори тогда, что из дома ушла.
ЖОРА. Вот как!
ДАША. (решительно) Да! На юг подалась, роман закрутить хочу, с мулатом загорелым!
ЖОРА. Ну, круто. Молодец! Отдых – дело хорошее. А чего ждать мулата? Я вот не против. (смеется)
ДАША. Да? Так сразу?
ЖОРА. А чего тянуть, мне ехать с вами – часов пять! Как раз хватит!
ИРЕНА. На что?
ЖОРА. Да на все! Ну, раз она не против…
ДАША. Жора, а что ты читаешь в свободное время?
ЖОРА. А можно пирожок? (берет по стола чей-то стакан с чаем, пьет, ест пирог) Я сканворды читаю. И отгадываю. Мозг развивает хорошо.
ДАША. Понятно.
ИРЕНА. Да и правильно. Мужику в первую очередь надо силу и волю развивать.
ЖОРА. Во-во. В чем сила, Брат? Как говорится, у меня сила есть, воля есть, а силы воли – нет!
ИРЕНА. Вот у нас сейчас попутчик был – такой вежливый – силы нет! (смеется)
ДАША. Это точно…. (плачет) Издевательство какое! Что за жизнь! Сплошной обман!
ЖОРА. Да никого я не обманывал! Чего ты!
ДАША. Не о тебе речь! Отстань!
ЖОРА. (удивленно и обрадовано) Какая страстная женщина…. Круто!
ИРЕНА. Дашенька, девочка, ну что ты так близко к сердцу все воспринимаешь?
ДАША. Он мне говорил, что я Богиня, понимаете? Самые тонкие струны задел! Да что я вам….
ЖОРА. Ну, прав был в чем-то мужик, ты – милая.
ИРЕНА. Тоску на меня нагоняешь, Даша, такими причитаниями. Вот, скажи ты ей, Жора! Молодая, красивая, от мужа сбежала – жизнь, можно сказать, сегодня у нее заново началась! А она ноет. (ложится, отворачивается к стене)
ДАША. Легко Вам, Ирена Артемовна, рассуждать. А у меня мир рухнул! Ничего святого не осталось! Что теперь, первому встречному отдаться?
ЖОРА. Зачем, первому встречному, мне отдайся! Мы, хоть, уже знакомы…
ДАША. У нас ничего общего нет!
ЖОРА. Ну, как же? У тебя ничего святого, у меня тоже… Шутка.
ДАША. Неудачная.
В ушах в Даши почему-то снова начинает звучать лирическая песня на английском языке, в купе появляется розовый свет.
ЖОРА. Я один, ты одна. Как в песне. Между нами - слез стена…. (дает ей бумажную салфетку) 
ДАША. (вытирая нос) У меня работа ответственная. На электростанции. Диспетчером. Мало кто знает, но в энергосети должно быть ровно столько энергии, сколько потребляется. Иначе, наши электроприборы выйдут из строя. Поэтому составляются расписания для электростанций, кто и сколько должен производить, предусматривается, кто может начать производить больше, в случае выхода из строя одной из станций. У нас есть центр управления, где сидят диспетчеры и регулируют эти процессы. Это очень похоже на авиацию - есть расписание, диспетчер и даже тренажёр для обучения диспетчеров. 
Тебе не интересно?
ЖОРА. (гладит ее по волосам) Очень интересно, столько нового… (расстегивает пуговицы на ее кофточке) 
ДАША. Все просто включают выключатель и не задумываются, как всё происходит. А электроэнергия - это не вода, которую можно хранить. Понимаешь?
ЖОРА. Я тебя очень сильно понимаю. (целует ее в щеку)
ДАША. Нет. Вот сюда. (показывает на шею) Да. Энергию хранить нельзя, а лишнюю -  девать некуда. 
ЖОРА. Да, лишняя энергия – это страшно… Куда же ее девать?
ДАША. Расписание готовится всегда на следующий день, а в выходные - на три дня вперёд. При этом учитывается реальный спрос и предложения.
ЖОРА. Какие будут предложения? (расстегивает свою рубашку) Тесно тут…
ДАША. Электростанции сообщают, сколько они собираются производить, а крупные потребители сообщают, если они собираются потреблять больше обычного…
ЖОРА. (решительно стягивает брюки) Я сегодня вообще не употреблял ничего кроме пирожков! Но энергии у меня хватит.
ДАША. Учитывается также опыт предыдущих лет, время года, метеоусловия… 
ЖОРА. Как интересно… (кладет Дашу на ее полку, снимает с нее гольфы)
ДАША.  После этого, к 16 часам составляется окончательное расписание на следующий день, которое и вручается диспетчерам. 
ЖОРА. … какое у тебя симпатичное бельишко… Где брала?
ДАША. На мониторах они постоянно следят за уровнем напряжения в сети….
ЖОРА. Ох уж это напряжение… смотри-ка, кружева аккуратненько пристрочены, явно не Китай!
ДАША. …И в случае отклонения в ту или иную сторону вступают в контакт с диспетчерами других электростанций…
ЖОРА. Вот это история! Мэйд ин итали, наверное. Давай… давай… (целует ее)
ДАША. …давая им необходимые предписания...
В купе врываются двое мужчин в камуфляжной форме. Стаскивают Жору с Даши, заламывают ему руки. Музыка и розовый свет мгновенно исчезают.
ЖОРА. Э-эй! В чем дело? Че вам надо? Мужики?
ДАША. (прикрываясь простынкой) Вы кто? Оставьте его!
МУЖЧИНА. Он задержан за перевоз и хранение наркотических средств.
ДАША. Что?
ЖОРА. Да вы совсем очумели! Это не я! Не знаю ничего!
МУЖЧИНА. В другом месте поговорим. Стоять. Не дрыгайся. Доставай вещи свои.
ДАША. Да что происходит?
МУЖЧИНА. Вы его знаете, женщина?
ДАША. Да не особенно.
МУЖЧИНА. Странно. 
ДАША. (натягивая кофточку) Это просто так. Я его даже не знаю. Он в Челябинске сел.
ЖОРА. Ничего у меня! Чисто! Что искать будете? Белье только бабское!
МУЖЧИНА. (открывает баул, достает целлофановый пакет с бюстгальтерами, складной нож, разрезает одну паралоновую чашечку, затем другую и извлекает оттуда маленькие мешочки) Это что?
ЖОРА. Не знаю! Может, это так сейчас модно!? Я откуда знаю? Бабы так носят!
ДАША. Я в шоке… Это что?
МУЖЧИНА. Девушка, вы героин в лифчике носите?
ДАША. Я? (застегивая кофту на все пуговицы) Да я и лифчики редко ношу, на мне природа в этом смысле отдохнула...
МУЖЧИНА. (второму мужчине) Уводи его. Я проверю. (Даше) Давайте документы.
ДАША. А? Да…сейчас…. (роется в сумочке) Вот, паспорт, пожалуйста. Вот билет. Я на юг, отдыхать. Я его не знаю. Нашло что-то, понимаете? Дома проблемы, все такое….
МУЖЧИНА. А это с Вами?
ДАША. Женщина? Это Ирена Артемовна. Нет, она попутчица, просто попутчица… Она мне никто. Ирена, Ирена Артемовна, проснитесь! (толкает Ирену в спину)
ИРЕНА. (подскакивает) Ну что еще! Это еще кто? Каждый час новые мужики! Вот поездочка!
ДАША. Документы ему дайте, пожалуйста. Тут проблема….
ИРЕНА. (достает сумку из-под подушки, из нее паспорт) Да какие проблемы! Ночь на дворе, в смысле, за окном! Посмотрите на часы, молодой человек! (смотрит на часы) Пол второго ночи! Зачем паспорт?
МУЖЧИНА. (смотрит документы) Все понятно. Спасибо. Извините за беспокойство, женщины. Приятной дороги. Такое, иногда, бывает. (забирает сумки Жоры, уходит)
ИРЕНА. Совсем с ума посходили. Поспать не дают среди ночи!
ДАША. У него в лифчике был героин…
ИРЕНА. У кого?
ДАША. У Жоры…
ИРЕНА. Бог мой, он что, лифчик носит?
ДАША. Куда катится этот мир? Я ему практически отдалась…
ИРЕНА. Чувствую, я что-то пропустила. (допивает холодный чай из стакана) Проспала самое интересное. Так?
ДАША. Да нет, что Вы. Видимо, какой-то заколдованный поезд. Все мужики в нем – уроды.
ИРЕНА. А вот еще один…
В дверях стоит Стасик. У него в руках небольшой рюкзак, под мышкой толстая книга.
СТАСИК. (заглядывает в купе, щурится) Это…какое….у вас есть место?
ДАША. Да! Это девятое! Заходи, располагайся, чувствуй себя как дома!
СТАСИК. Спасибо. А вы не спите? Ночь ведь. Вагон такой веселый. Шумно было. Военные.
ДАША. Да, это от нас. Они в гости пришли, мужика из моей постели вынули, весь героин вынесли, спокойной ночи пожелали.
СТАСИК. Э… как интересно… хорошая шутка.
ДАША. Да я и не шучу вовсе. Больно мне лицо твое знакомо! Мы что, встречались?
СТАСИК. Вот это вряд ли. У меня очень узкий круг. Общения. И я редко. Бываю на людях. Много времени уделяю, знаете, учебе…
ИРЕНА. А что ты сейчас читаешь, мальчик?
ДАША. Своевременный вопрос!
СТАСИК. (настороженно) Это Ломоносов. Трактаты и все прочее… Ну…
ДАША. Очень интересно.
СТАСИК. Нет, не очень, конечно, но каждый там что-то находит свое. Кто мелодику языка, кто основы знаний, физики, астрономии…
ИРЕНА. Даша, разбудишь меня, если что-нибудь еще интересное произойдет. (ложится, поворачивается лицом к стене, начинает посапывать)
ДАША. (Стасику) Не обращай внимания. Она всю дорогу спит. Тебя как зовут?
СТАСИК. Стас. Я к маме еду, в Уфу.
ДАША. И далеко ли до Уфы? 
СТАСИК. Нет. Часа два с половиной. У меня на этом поезде проводник знакомый работает, так бесплатно меня подбрасывает, я на свободном месте сплю. А то на электричках….
ДАША. Ясно. А учишься на кого?
СТАСИК. На филолога.
ДАША. (подсаживается к нему поближе) Филки считать?
СТАСИК. Нет. (смеется) профессия не денежная.
ДАША. Но, ведь, не в деньгах счастье? Правильно?
СТАСИК. Это верно.
ДАША. А помнишь, Стас, свою первую любовь?
СТАСИК. (смущенно) Не знаю, наверное…
ДАША. А если подумать, какие самые яркие чувства ты испытывал? К женщине?
СТАСИК. (очень смущенно) Это…(снимает очки, протирает их краем рубахи, надевает) А Вас как зовут?
ДАША. Давай на «ты», мы же оба молодые…. Дарья.
СТАСИК. Очень приятно, Стас.
ДАША. Ты это уже говорил. Давай о чувствах, Стас. (подсаживается к нему еще ближе)
СТАСИК. Это тема очень пространная, ибо чувства – всегда субъективны и нет возможности провести практические исследования…
ДАША. Ну, почему же? Давай попробуем. Ты любил женщину когда-нибудь? Говорил ей приятные слова? Сравнивал с чем-то возвышенным?
СТАСИК. Э….это. Наверное, так сразу и не ответишь. Над такими вещами не задумываешься, обычно-то… э…
ДАША. Вспомни. Она проходит мимо тебя, ты не знаешь куда деваться. Отводишь глаза, потом пристально смотришь в ее глаза. По всему телу от этого взгляда пробегает дрожь, такая, словно прыгнул в ледяную воду!
СТАСИК. Э…это…ну, возможно….
ДАША. И музыка. Слышишь? Неужели ты ни разу не слышал этой музыки? Прекрасной, чудесной, дивной, сказочной, фантастической, восхитительной!
СТАСИК. Это синонимы…
ДАША. Да причем тут!!! Слушай! (бережно снимает со Стаса очки)
В голове у Стасика, а потом и во всем вагоне, начинает звучать Дашина лирическая песня на английском языке. Купе озаряется розовым светом. Он впадает в легкий транс.
СТАСИК. Э….это что-то про любовь….
ДАША. Именно! Про чувства, которые захлестывают, про спутанные мысли, про то, что забываешь дышать! Про влажные ладони, горячее дыхание, про мурашек, которые бегут у тебя по спине….
СТАСИК (передернув плечами) Да….
ДАША. Стас, ты – молодой мужчина. Рядом с тобой сейчас сидит… м-м… Богиня! (расстегивает кофточку) Это я! Самая красивая, желанная, привлекательная женщина! Что ты чувствуешь?
СТАСИК. А, Дарья, можно мне очки, у меня небольшие проблемы со зрением. 
ДАША. Какие очки! Нет на этой планете ничего кроме тебя и меня!
СТАСИК. (слегка отодвигаясь от Даши, нечаянно садится на книгу) Ой! Это Ломоносов…
ДАША. Какой, к черту, Ломоносов! Скажи мне, что ты чувствуешь, не скрывай своих желаний! (гладит его по щеке, хочет поцеловать)
СТАСИК. Простите… (вырывается) Простите, пожалуйста, но Вы, ты, меня с кем-то спутала, видимо.  Мне скоро выходить. Или я пойду в другое купе. Там еще есть свободные места. Я еду к маме. Вы- конечно, Богиня, никто не спорит, чудесная девушка, но я к маме…
ДАША. Ты говоришь со мной сейчас, как с малолетней идиоткой! 
СТАСИК. Не надо ругаться, Дарья, ну, Вы что-то перепутали, возможно, у Вас плохое настроение… Я пойду, извините. 
ДАША. Заладил. К маме, к маме! Слюнтяй великовозрастный! 
СТАСИК. А что такого? У мамы в гостях Танечка, Ванечка и маленький Сережа. Мне надо их забрать.
ДАША. Это еще кто?
СТАСИК. Ребятишки мои. Ну, дети. 
Музыка и розовый свет – улетучиваются.
ДАША. Э….это ни фига себе? Когда ж ты успел столько настрогать? Между томами Ломоносова?
СТАСИК. Дети – это самое главное в жизни. У Вас, Дарья, их, наверное нет, Вам это неведомо. Но это – прекрасно! Они скучают, и вы – по ним. А потом приедешь, увидят – бегу-у-ут! Облепят со всех сторон и кричат: «Папуля приехал»! А ты их всех тискаешь, целуешь! Что может быть лучше? Вы говорите про чувства… Так вот, любовь настоящая – это, извините, не похоть, не страсть. Это когда в сердце – что-то родное сидит и греет его изнутри. Вот. Ну, простите меня, я пойду.  И попрощайтесь с вашей соседкой за меня… (уходит) 
Даша сидит на своем месте, медленно поправляет волосы, застегивает кофту, натягивает гольфы, обувает туфли, тихо всхлипывает. В купе - мерный стук колес, храп Ирены. Подложив под спину подушку, Даша садится, вытягивает ноги, закрывает глаза, продолжает тихо плакать. По коридору один за другим проходят проводники и объявляют названия станций: Аша – стоянка 2 минуты, Уфа – стоянка 21 минуту, Раевка – стоянка 2 минуты, Аксаково – стоянка 2 минуты, Абдулино – стоянка 10 минут, Бугуруслан – стоянка 2 минуты, Похвистнево – стоянка 2 минуты, Толкай – стоянка 2 минуты, Новоотрадная – стоянка 2 минуты, Кинель – стоянка 3 минуты, Самара – стоянка 32 минуты. Даша открывает глаза, резко встает, достает из-под полки свой чемодан и выходит из купе. С перрона доносятся голоса, пронзительный гудок проходящего мимо поезда. Ирена вскакивает с места.
ИРЕНА. А! Что? Фу… Присниться же такое… Эй? А где вы все? Ну… Опять, дура старая все проспала. Куда ж она подевалась? (заглядывает под полку) И вещей-то нет! Сошла поди! Ха! Не вытерпела! Понятно. (достает из под подушки сумку, из сумки трубку, аккуратно набивает, раскуривает). А где это мы? (выглядывает в окно) Самара? Да….. (затягивается, поет) 
Понапрасну небо ясно,
Одна звёздочка горит.
Понапрасну милых много –
Об одном сердце болит.

Ах, Самара-городок,
Беспокойная я,
Беспокойная я, –
Успокой ты меня!

Милый скажет: «До свиданья»,
Сердце вскинется огнём,
И тоскует, и томится
Всё о нём же, всё о нём.

Ах, Самара-городок,
Беспокойная я,
Беспокойная я, –
Успокой ты меня!
Почти полное затемнение. Ирена и ее вещи исчезают. С разных сторон выходят проводники и танцуя, переставляют декорации так, что купе поезда превращается в кухню.
***
Часть третья.
Действующие лица:
Автор – интеллигентный, уставший мужчина 45 лет.
Дарья – молодая женщина, впечатлительная, с частыми перепадами настроения.
Таракан – обыкновенный рыжий таракан без возраста, со вполне уравновешенной психикой, постоянно что-нибудь ест.
Шестеро молодых мужчин. По ходу действия становится понятно, когда и для чего они нужны.

В кухне горит яркий свет. На холодильнике стоит небольшой магнитофон, из которого негромко звучит песня на французском языке. Автор режет продукты. На столе – пол палки вареной колбасы, банка майонеза, листья салата, толстый поджаристый батон, помидоры. Автор что-то мурлыкает себе под нос. В кухню входит Даша с чемоданом.
АВТОР. (не отрываясь от готовки) Привет! Ты где пропадала? У тебя что, двойное дежурство было? Сколько можно говорить - нельзя так гробить здоровье! Они там у вас – эксплуататоры! А вы все терпите, молчите! (взглянув на Дашу) А ты чего с чемоданом?
ДАША. (внимательно разглядывая Автора) Да так, гардероб решила поменять. Старое барахло выкинуть хочу.
АВТОР. А! Это правильно! А у меня тоже новости. Звонили из редакции одной еженедельной газеты. Им нужен журналист. Ну, так, внештатник, на подхвате. И сумма за полосу неплохая. Как думаешь? Попробовать?
ДАША. А ты как думаешь?
АВТОР. Думаю, стоит. А еще школа у нас новая открылась, я рекламу видел. Звонил им сам вчера. Завтра на собеседование пойду. Вдруг место найдут, буду снова преподавать.
ДАША. Это хорошо.
АВТОР. Это хорошо. Ты голодная?
ДАША. Не знаю.
АВТОР. Там в холодильнике пирожки, я купил четыре штуки.
ДАША. (подходит к холодильнику, открывает его, тоскливо смотрит на тарелку с пирожками, закрывает дверцу) Нет, только не пирожки…. (протягивает руку и делает музыку громче)
АВТОР. Хорошая песня, ну зачем так громко?
Даша пристально смотрит на Автора. Чемодан выпадает из ее руки. Она кидается на шею мужу и начинает страстно его целовать. Он от удивления и внезапности пытается отбиваться, потом сдается и его тоже захлестывает волна страсти. Он подхватывает Дашу на руки и уносит из кухни. Проходя мимо выключателя, головой нажимает на него, и свет в кухне гаснет. Только из дверного проема  в кухню бьет яркий свет. Из-за шкафа появляется Таракан. Он снимает шикарную бежевую шляпу и кладет ее на холодильник. Делает музыку немного тише, прислушивается. Снимает очки. Из дверного проема, а точнее из спальни,  до него долетают голоса, вернее сказать - радостные вопли.
ДАША. Я все-таки люблю тебя! Именно тебя, только тебя!
АВТОР. Погоди, что значит «все-таки»?
ДАША. Ничего! Не обращай внимание! Ой! Мне так щекотно! 
АВТОР. А так?
ДАША. Так хорошо!
АВТОР. Ты в следующий раз оставляй мне записку, чтобы я не волновался! Хорошо?
ДАША. Да, вот так хорошо! А ты что, правда, волновался?
АВТОР. Конечно. Ты сомневаешься?
ДАША. Немного. 
АВТОР. А я тебе за это…..
ДАША. (визжит) Не надо! Ай! Ну, щекотно! Ай-ай! Такого следующего раза не будет!
АВТОР. Вот и хорошо! Надо себя беречь! Сейчас!

Таракан подходит к столу, не переставая слушать крики из спальни, собирает себе бутерброд: на половину продольно разрезанного батона он с чувством мажет майонез, кладет лист салата, затем толстенный пласт колбасы, потом половинки помидора, снова мажет майонезом, закрывает все это второй частью батона. Садится на стул, ноги кладет на стол, открывает рот, чтобы откусить от своего кулинарного шедевра.
АВТОР. Сейчас! (вбегает на кухню в одних семейных трусах. Не включая свет, открывает шкафчик, роется там. Из шкафа со звоном вылетает пара кастрюль. Автор что-то находит, достает, тянется одной рукой к выключателю, зажигает свет и замирает от удивления) Ты?
ТАРАКАН. Ну, я. Привет тебе! О! Сливки взбитые?!!
АВТОР. (пряча баллончик за спину) Ты че тут делаешь?
ТАРАКАН. Ем. А что?
АВТОР. А… Ну ты это…. 
Голос ДАШИ. Ты где там? Что ты делаешь?
ТАРАКАН. Иди, ждут тебя!
АВТОР. Ага. А ты куда потом?
ТАРАКАН. Никуда, я не спешу.
АВТОР. Ну, это, потом поговорим, ладно?
ТАРАКАН. Конечно, завтра или на неделе.
Голос ДАШИ. Слышишь? Знаешь, чего я хочу?
АВТОР. (в спальню) Чего?
Голос ДАШИ. Сказать?
АВТОР. Скажи мне! Скажи!
ТАРАКАН. (удивленно вскидывает брови, ухмыляется) Голубки…
Голос ДАШИ. Ребенка! Я хочу ребенка! От тебя! Слышишь?
ТАРАКАН. Вот удивила, да? Ну, ответь ей, что-нибудь!
АВТОР. (Таракану) Я пойду. Ты это тут…. Не….А! (безразлично машет рукой, убегает в спальню)
ТАРАКАН. Да уж. Семейка… Сколько где не живу – везде одно и то же…
Голос ДАШИ. Я хочу девочку! Ты хочешь девочку?
Голос АВТОРА. Как ты хочешь…
Голос ДАШИ. Нам надо родить девочку! У тебя скоро будет новая работа, пока я буду ходить с животиком, мы сделаем ремонт!
ТАРАКАН. (ест бутерброд, качает головой) Теперь точно вытравят…
Голос АВТОРА. А как мы ее назовем?
Голос ДАШИ. Не знаю, придумаем! Она будет умная, как ты!
Голос АВТОРА. И красивая как ты!
ТАРАКАН (кашляет) Тьфу ты! Аж, не в то горло…
Голос ДАШИ. Ты будешь читать ей свои стихи!
Голос АВТОРА. Зачем свои! Есть прекрасные детские стихи! Муха-Цокотуха!!
ТАРАКАН. Черт! Даже этих переносчиков заразы в стихах воспели! Детям читают! (передразнивает) Козявочки - под лавочки, букашечки - под кровать…. Бабочка, красавица, кушайте варенье! (откусывает кусок от бутерброда) 
Голос АВТОРА. А еще есть такие: Таракан, Таракан, Тараканище….
ТАРАКАН. А вот это… уже лучше, роднее…
Таракан встает, делает музыку громче, надевает шляпу и уходит. Из разных углов и щелей выползают еще шесть тараканов, поднимают с пола пустые кастрюли, собирают в них всю оставшуюся на кухне еду и уходят вслед за Тараканом.
 Затемнение. 

Конец.

«Загибин»  Екатерина Галямова.
10.12.02-03.10.05