проведем вечер вместе

Лора, 30-50 лет, в пеньюаре.
Майк, 30-50 лет, в синей пижаме. 
Евгения, 30-50 лет, в элегантном прогулочном  костюме.
Виктор, 30-50 лет, мускулистый, в джинсах, пиджаке.
Эндрю, 20-30 лет, в строгом деловом костюме с галстуком.
Молодая женская фигура.

Спальная комната. В центре большая кровать. По краям комнаты две двери: левая - входная, правая – в ванную. Между дверьми массивный шкаф, зеркало. В правом углу большое кресло. 

Картина первая

В комнате приглушенный свет. На кресле - сверху женская верхняя одежда, снизу- мужская.  Лора лежит под одеялом на самом краю кровати справа. Из ванной доносятся звуки умывания, полоскания горла. Через минуту из ванной выходит Майк, напевает:
- «Тореадор смелее в бой…» (смотрит на кровать) О, дорогая, ты уже… (Лора молчит) Ты спишь?
Лора:
- Да какой уж тут сон…
Майк:
- А я пожалуй посплю. Так умотался сегодня. (зевает) Как с утра все навалилось с этим планом. А где план, там и отчет. А отчет с планом не сходится. Представляешь, ни у кого не сходится. Хоть тресни. Никто ничего не понимает. Пришлось опять мне все это разгребать. Ну, а кому еще? Ругался, плевался, но разбирался, разбирался, разбирался (зевает) Разобрался... Ты не представляешь, какое это счастье добраться наконец до кровати. (забирается в кровать с другой стороны) Залезть под одеяло. Под мягкое теплое одеяло… (натягивает одеяло на себя)
Лора бормочет:
- Господи, только не это… (тянет одеяло на себя)
Майк протяжно:
- Дорогая, ну ты, ты же не одна в этой кровати… (тянет одеяло на себя)
Лора:
- И ты не один. Перестань, пожалуйста. (тянет одеяло на себя)
Майк:
- Прекрати, я так устал. (тянет одеяло на себя)
Лора:
- Нет, это невозможно…(тянет одеяло на себя)
Майк:
- Невыносимо…(тянет одеяло на себя)
Лора:
- Я не высплюсь и опять будут круги под глазами. Вылезут морщины. И как же я пойду на благотворительный вечер. Все тут же налетят с вопросами: «Ах, что с вами? Ах, у вас семейные проблемы?»…
Майк:
- А я…, а у меня завтра такая встреча, у меня такая сделка на носу, у меня этот чертов бизнес-план…
Лора скидывает с себя одеяло:
- На возьми… 
Майк также  скидывает  одеяло:
- Да, забирай. Да ради бога. Да обойдусь… Нет, давно пора спать под разными одеялами. Как все нормальные супруги. На супружеском расстоянии… Или вообще на разных супружеских кроватях... Или в разных супружеских комнатах... Нет, в разных супружеских домах!
Лора сама с собой:
- Он всегда, всегда стягивал с меня одеяло. Даже, когда мы спали в обнимку, он умудрялся все намотать на себя. Или сбросить на пол со своей стороны… Но мне было тепло, так тепло в его руках, на его плече. Какое это было блаженство засыпать на его плече. На его сильном теплом плече… А потом он стал отодвигаться, отодвигаться… А потом сказал, что не высыпается и это плохо сказывается на его работе. И предложил завести отдельные одеяла. А я не хотела. И не хочу. И вот он стягивает с меня одеяло. И если хотя бы обнимал меня при этом, то бог с ним с одеялом...
Майк сам с собой: 
- Ну, какой смысл нам быть в кровати вместе? Она же только спать мешает. Как женщину мне ее совсем не хочется. Давно уже. Не заводит, не зажигает. Даже и не греет... 
Лора:
 - Я хочу, хочу, чтобы все было как прежде. Чтобы он обнимал меня. Согревал. Он ведь такой теплый. Нет, я помню - горячий, жгучий, знойный. Как я хочу, чтобы он обнял меня, прижал так, чтобы захватило дух… Но нет, он  давно не слышит меня, он не хочет меня, не хочет… 
Майк:
- Ты что-то сказала?
Лора:
- Да, да, да! Я не сплю. Я сказала. Я говорила. Я тебе сейчас все скажу. Все-все.
Майк:
- Ладно, говори. Поспать, как вижу, все равно уже не удастся.
Лора:
- И скажу. Думаешь, я слепая. Думаешь ничего не замечаю. Нет, я все вижу, все знаю.
Майк пожимает плечами:
- Все? Ну и что? Да и что ты такого можешь знать, чтобы мне не давать спать? Может война надвигается и меня надо срочно экипировать, отправить на сборочный пункт? Прощай, любовь моя, пиши письма своему герою. А может наступил момент реинкоранации и нужно раскрыть свою чакру и приготовиться перевоплотиться в какое-нибудь животное. Знаешь, я, пожалуй, превращусь в сонного льва (снова зевает). А ты в бодрствующую ночную эту… птицу… как ее… (снова натягивает на себя одеяло)
Лора:
- Если ты не спишь со мной, значит, знаешь что?
Майк закрывает глаза:
- Что?
Лора:
 - Значит, спишь с другой. 
Майк открывает глаза:
- Надо же какая умная женщина…
Лора: 
- Не дура. И никогда ею не была. Рассказывай кому-нибудь другому про свои бизнес-планы. Я знаю от чего это ты так устаешь на работе. Вернее не от чего, а от кого! От нее! Ты устаешь от нее!
Майк невинно:
- От кого это от нее?
Лора продолжает:
- Это с ней, с ней ты задерживаешься каждый день на работе. Это с ней проводишь выходные. (меняет голос) «Я в гольф-клуб, милая». Это с ней ездишь в так называемые командировки. Признайся же наконец. Ну будь смелее. Скажи, что да с ней. Она красивая. Она… блондинка. Все у нее в лучшем виде: 90-60-90. На сколько она моложе меня? Лет на двадцать?
Майк:
- Ты не допускаешь, что можешь элементарно ошибаться, преувеличивать...
Лора:
- Преувеличивать? Значит, она - не натуральная, а всего лишь крашенная блондинка. И не 90-60-90, а только 80-70-80. И моложе-то меня всего на десять... 
Майк трясет головой:
- Правда, все может быть совсем не так, как ты думаешь…
Лора:
- Нет, все не так, как ты думаешь. Ты уверен, что трахаешь ее. Нет, дорогой, это она трахает тебя. 
Майк морщится:
- Лора, что за слова.
Лора:
- Именно трахает! И знаешь зачем?
Майк:
- Зачем?
Лора:
- Не знаешь. Думаешь любовь, сладкие минуты. Да ты ей нужен только лишь для того, чтобы продвинуться по службе. У нее видно самой ничего не получается. А ведь это у мужчин годы идут, у женщин они летят. И вот можно сказать последний шанс сделать шаг наверх. Выбраться к приличной жизни. И надо-то лишь всего затрахать тебя до помутнения рассудка. Ты подержишь ее за эти  80-70-80 и поддержишь, подтолкнешь, когда откроется подходящая вакансия. И она наконец оставит свою секретарскую должность. Она ведь секретарша? Да? Скажи. 
Майк:
- Секретарша?
Лора:
- Точно - она секретарша. Конечно, без высшего образования. Без особого ума. Но 80-70-80! И на десять лет моложе! Всего на десять лет... Ее зовут, ее зовут… Скажи, как ее зовут…
Майк:
- Как ее зовут?
Лора:
- Да, милый, как ее зовут?
Майк: 
- Ее зовут… Ее зовут…
Лора:
- Ты что забыл имя своей любовницы?
Майк:
- Ее зовут М…Ми… Му…
Лора подсказывает:
- Ма…
Майк кивает головой:
- Ма… Ма… Ма…
Лора садится в кровати:
- Господи, ну неужели так трудно запомнить. Каждый раз на этом месте.
Майк тоже садится:
- Сейчас, сейчас, сейчас… (роется в кармане пижамы) Я же даже записал себе специально… Сейчас, сейчас найду…
Лора машет рукой:
- Ладно, хватит. Больше не надо. Закончим сегодня на этом.
Майкл:
- Извини. Ну, вроде насмерть все заучил, а вот до дела доходит, как ветром выдувает из головы. 
Лора:
- Как же в тебя вдолбить-то. Ну, представь, представь ее себе – крашенная блондинка, 80-70-80, на десять лет моложе меня.
Майкл закрывает глаза:
- Блондинка… 80-70-80… На десять лет моложе… Ооо!.. 
Лора:
- Майк.
Майк открывает глаза:
- Представить-то ее я себе хорошо представляю. А вот ее имя, оно же как бы особо и не…
Лора:
- Какие же вы мужчины бестолковые. Как только зайдет речь о 80-70-80, так сразу голова и не работает.
Майк качает головой:
- Не работает.
Лора:
- Тогда вот что. Представь ее грудь.
Майк закрывает глаза:
- Ооо!..
Лора:
- И вот на этой груди татуировка.
Майк:
- Лилия.
Лора:
- Почему лилия?
Майк открывает глаза:
- Так… Первое в голову пришло…
Лора:
- Так вот не лилия, а буквы. На груди ее написаны буквы…
Майк:
- На груди?
Лора:
- Да, чтобы когда ты ее грудь себе представлял, сразу вспоминал как ее зовут…
Майк:
- А я помню. Ма…Ма… Ма…
Лора:
- Мария!
Майк:
- Точно – Мария. Конечно – Мария. Ну как же я….
Лора:
- И вот представь себе такие большие буквы. Через всю грудь слева направо – М-а-р-и-я. Ма-ри-я! Мария!
Майк закрывает глаза, пишет по воображаемой груди пальцем:
- Через всю грудь – ого-го - слева направо – ого-го - М-а-р-и-я. 
Лора:
- Мария…
Майк:
- Мария. Я запомнил. Теперь абсолютно точно. Я готов.
Лора тихо:
- А может уже и не стоит…
Майк шепчет:
- Мария…
Лора громче:
- Может и правда больше не стоит…
Майк открывает глаза:
- Что?
Лора:
- Я говорю, закончим на этом…
Майк:
- Ну, не сердись. Не обижайся. Я обещаю, честное слово, я больше не забуду, я в следующий раз точно…
Лора:
- А нужен ли следующий раз?
Майк:
- Ты хочешь сказать, что это тебе больше не помогает?
Лора:
- Даже и не знаю. Сначала было здорово. Очень здорово. Но теперь как-то…
Майк:
- Приелось?
Лора:
- Да. Именно. Приелось.
Майк:
- Честно говоря мне тоже.
Лора:
- Думаю, нам это больше не нужно…
Майк пишет пальцем по воздуху:
- Согласен.
Лора, глядя на часы:
- Знаешь, я пожалуй пойду. Там кой-какие дела надо закончить. В порядок себя привести…
Майк:
- Я тоже не буду задерживаться, на футбол уже не успею, но криминальную хронику посмотрю обязательно. Там такие сюжеты. Прошлый раз показывали, как с виду приличный мужчина познакомился с одной с виду приличной женщиной. Они пошли в с виду приличный ресторан. И вот с виду приличный официант, который был братом с виду приличного таксиста оказывается…
Лора, размышляя:
- Хорошо-хорошо, я позвоню тебе, если что…
Майк:
- Конечно. Я всегда, всегда в твоем расположении… Так вот этот с виду приличный официант, который был братом с виду приличного таксиста...
Раздается звонок в дверь. Лора спокойно:
- Ты заказывал что-нибудь?
Майк:
- Нет. Ничего.
Лора:
- Кто же это тогда?
Майк спокойно:
- Да, наверное, уже этот пришел.
Лора спокойно:
- Кто этот?
Майк:
- Твой муж.
Лора соскакивает с кровати:
- Муж? Мой муж? 
Майк:
- Твой муж.
Лора:
- Откуда? Как он узнал?
Майк:
- Я ему сообщил. От имени анонима. 
Лора:
- Ты? Ему? Что ты ему сообщил?
Майк:
- Ну, все как есть. Так и так, мол, его жена изменяет ему с другим мужчиной. Назвал этот адрес, время нашей встречи.
Лора: 
- Зачем?!
Майк:
- Ты же сама сказала, что это все тебе уже приелось… Подумал, что новая ситуация тебя сильнее взволнует.
Лора:
- Да уж! Я взволновала! Я вне себя!
Майк:
- Вот видишь. И мне интересно ощутить себя любовником, которого застал свирепый муж. Я столько раз себе это представлял. Я чувствую, чувствую, как меня начинает заводить. Вот потрогай меня – я дрожу.
Лора:
- Ты ненормальный?
Майк:
- Ну, скажем так, твоя идея заниматься психотерапией в кровати мне тоже не сразу показалась нормальной?
Опять долго звонят. Стучат.
Лора:
- Что же делать?
Майк:
- Ну, что делают в такой ситуации? Я, как и  положено, спрячусь на балконе. Повисну на руках на пятом этаже. Буду держаться там из последних сил часа два… (трогает свои мускулы) минут тридцать… десять… пять… А если что скажу, что я высотник-монтажник…
Лора:
- Тупица, здесь же нет балкона. Мог бы давно заметить.
Майк:
- Жаль, конечно. Ну тогда  - в шкаф. В темный шкаф. Затаюсь и буду слушать там, как предательски громко бьется мое сердце (сильные удары в дверь – Бум! Бум! Бум!)
Лора:
- Нет, это я – в шкаф (бросается к шкафу, пытается открыть) Ты мужа вызвал, ты с ним  и разбирайся. А меня здесь не было и нет.
Майк:
- Тогда, тогда я - под кровать. (лезет слева под кровать)
Лора никак не может открыть шкаф:
- Он заперт. Ой, ноготь сломала!.. Где ключ? Куда ты дел ключ? 
Майк из под кровати:
- Я не брал. Не брал. Честное слово. Открывай дверь.
Лора:
- И что, что я скажу ему?
Майк:
- Ты же умная женщина. Что-нибудь придумаешь…
В дверь слышатся чудовищные удары – Бум! Бум! Бум! Голос Виктора:
- Открывайте! Сломаю!
Лора обреченно:
- Он сломает. У него такие сильные руки. Он же почти профессионально занимался боксом… (вздыхает, идет и открывает дверь)

Вторая картина

В комнату быстро входит Виктор, оглядывается:
- Так-так-так, Лора, так-так-так...
Лора деланно удивляется:
- Виктор?
Виктор:
- Так-так-так ты проводишь вечер у подружки.
Лора:
- Да… Так-так… А что, что случилось? Почему ты здесь?
Виктор:
- Ну и где, где же подруга?
Лора:
- Она… Она должна вот-вот вернуться. У нас маленький девичник. Вот-вот она и пошла купить пирожных, вина… Так почему ты здесь?
Виктор:
- Значит, это ее комнатенка?
Лора:
- Да, ее. Она здесь временно. Я не говорила тебе, чтобы не расстраивать. Видишь ли она недавно развелась. Такое прошла, ты себе не представляешь: суд, раздел имущества, родственники и друзья отвернулись. Одной ей сейчас тяжело. Очень тяжело. Вот я и зашла ее  навестить, утешить, поддержать… Да ты же мне не ответил. Как ты здесь оказался? Ты тоже  к ней? Вы разве знакомы?
Виктор:
- Я? Нет, я не к ней. Я к тебе, дорогая…
Лора:
- Что-то случилось? Что-нибудь с папой?
Виктор:
- С папой? Не думаю. Скорее с тобой, со мной, с нами. Я хочу знать, что здесь происходит. Так-так, значит, подружка ушла в магазин?
Лора:
- Так-так… ушла в магазин… так-так… за пирожным, вином… так-так… ну, может сигарет еще или пару сигар… Да а почему бы нам не выкурить по сигаре. В этом что-то есть. Как ты думаешь?
Виктор продолжает оглядываться:
- И ты выходит сейчас здесь одна? Так?
Лора:
- Так. Так. 
Виктор:
- В пеньюаре?
Лора оглядывает себя:
- В пеньюаре? Ну не голой же мне быть в чужой комнате! А вообще-то мы собрались гадать на картах. А для настоящего гадания надо снять верхнюю информационно запачканную одежду. Ну и еще… я немного похвасталась. Знаешь ведь, как женщины друг перед другом показываются. (смотрится у зеркала, разглаживая пеньюар) Ей очень понравилось. А я сказала, что ты мне подарил. 
Виктор:
- Так что ж ты подружке такой пеньюарчик показываешь, а родному мужу нет?
Лора:
- Виктор, я купила этот пеньюар к поза-поза-прошлой годовщине нашей свадьбы.  И одевала его уже много-много раз – ты не обратил никакого внимания. Так надо же было его кому-то показать, согласись.
Виктор:
- А я значит не обратил внимания?
Лора:
- Никакого.
Виктор:
- А подружка, значит, обратила. Так?
Лора:
- Конечно, попробовала бы она не обратить. Я бы тогда не заметила ее новых изумрудных сережек, которые она себе после развода в утешение купила. Под цвет глаз. Они у нее зеленые. (смотрит в зеркало) Мне бы они, конечно, не пошли. Под мой цвет нужен рубин, или сапфир, или может быть даже черный алмаз…
Виктор:
- Где он?
Лора:
- О ком ты?
Виктор:
- О ком – о ком… Мне сообщили, что ты здесь с мужчиной.
Лора:
- Тебе сообщили мужским голосом?
Виктор:
- Да.
Лора:
- Все правильно. Все получилось! Получилось! Получилось!
Виктор:
- Что получилось?
Лора:
- Знаешь, мне все-таки очень хотелось, чтобы ты оценил мой пеньюар. Ну и подружка, конечно, за одно. В общем мы договорились с подружкой встретиться, и еще я попросила папу позвонить. Чтобы он сказал, что я здесь не одна. А как иначе я тебя могу увидеть вечером? Ну как иначе могу заставить тебя оценить мой пеньюар? 
Виктор:
- И ты попросила папу сообщить мне, что находишься в этой гостиничке с другим мужчиной?
Лора:
- Ну, а кого же мне еще попросить в таком деликатном деле? Все другие тут же разнесут сумасшедшую новость по всему городу. А так все останется в нашем тесном семейном кругу. Я сказала ему, что приготовила тебе приятный сюрприз. Он тут же согласился. Папа в отличие от тебя романтик. И это не смотря на его-то годы. А как здорово он умеет менять голос. Правда, ты его не узнал?
Виктор мрачно:
- Не узнал.
Лора хлопая в ладоши:
- Получилось - получилось!
Виктор пристально смотрит на нее:
- Где он?
Лора в сторону:
- Нет, не получилось – не получилось…
Виктор:
- Где он! Ну, покажись-ка, Дон Жуан… Давай-давай, явись нам, герой-любовник ! Лора, где он? (заглядывает в ванную)
Лора возмущенно:
- Да ты… Как ты... (внезапно успокаивается, говорит в сторону) Впрочем. Если ревнует, значит еще не все, не все потеряно... Господи, я совсем забыла ведь он же всегда, всегда был таким ревнивым. Когда мы познакомились он тенью за мной ходил. Черной тенью черного Отелло. Я – в институт и он за мной. Я - в магазин и он за мной. Он же к столбу, к инвалидной коляске мог приревновать. И мог, и ревновал. Ах, какую, какую шикарную сцену Виктор устроил у стоматолога. Сорвал с него марлевую маску. Чуть не выбил ему такие красивые фарфоровые зубы. Белые с голубым отливом. Ах, вызывали полицию… Ах, составляли протокол… Ах… Но потом, потом он как-то постепенно перестал замечать и столбы, стоящие рядом со мной, и кружащие инвалидные коляски, и стоматологов с красивыми фарфоровыми зубами, и даже мясников с такими волосатыми-волосатыми  ручищами. Да он и меня перестал замечать. Но может, может быть еще все может быть…
Виктор закрывает дверь в ванную:
-  Здесь нет. Наверное, на балконе…
Лора:
- Здесь нет балкона.
Виктор:
- Тогда за креслом. (Идет к креслу, но передумывает) Или в шкафу (пытает открыть шкаф). Точно, здесь. Заперся изнутри, гад. Сейчас мы чем-нибудь подковырнем, чем-нибудь таким… (приседает, осматривается и замечает что-то под кроватью справа) Нет, он не в шкафу. Вот же он… (выпрямляется) Так-так…
Лора:
- Так-так что там?
Виктор:
- А ты не знаешь? 
Лора пытается прижаться к Виктору:
 - Так-так, не знаю. Виктор, мне страшно.
Виктор отталкивает ее:
- Конечно, страшно. Я тебя понимаю. Сейчас будет жуткая, кровавая сцена. 
Лора:
- Виктор, прошу тебя!
Виктор:
- Поздно меня просить. Слишком поздно… Но не бойся. Тебя, тебя я не трону. Ты все-таки…
Лора:
- Я все-таки…
Виктор:
- Ты все-таки женщина.
Лора, поправляя на себе пеньюар:
- Я женщина, женщина…
Виктор:
- А вот его, его я как и положено… (потирает кулаки, заглядывает под кровать) Чего это он мелкий такой?
Лора ничего не говорит, только пожимает плечами. Виктор разочарованно:
- Уж если изменять, то нашла б кого побольше меня, посильнее. Чтоб не обидно было. А этого даже бить не интересно… Ах, я ж почти забыл - от тебя чего угодно ожидать можно. Ты же всю жизнь глазки строила всем подряд: верзилам, карликам, толстым, худым. Думаешь, я забыл всех твоих… Преподавателя, с которым ты на экзамене записочками обменивалась... (имитирует ее) «Так положено по регламенту».
Лора:
- Какой был мужчина - эрудит, интеллектуал...
Виктор:
- Продавца-дебила из булочной. (снова имитирует) «Он весь такой пухленький...»
Лора:
- ...как сдобная булочка...
Виктор:
- Стоматолог был щупловат. (снова имитирует) «Но он весь в белом...»
Лора:
- ... как ангел.
Виктор:
- У тебя всегда были необычные фантазии. Тебя всегда тянуло на что-нибудь эдакое. Только вспомни! Уму непостижимо! Стоматологическая клиника. Люди вокруг. Много людей. А ты нисколько не смущаясь ложишься к нему в кресло-кровать. Раскрываешь губы... И он уже склонился над тобой, протянул к тебе свои ручонки, когда я вбежал и не допустил…
Лора счастливо:
- Он все помнит. Помнит. Помнит…
Виктор, кивая в сторону кровати:
- И давно ты с ним?
Лора:
- С кем?
Виктор:
- С кем – с кем, с ковриком подкроватным.
Лора осматривает себя в зеркало, поправляет волосы:
- А с каких пор это стало тебя волновать?
Виктор:
- Не увиливай! Давно?
Лора:
- А ты давно со своей? 
Виктор:
- Что ты имеешь в виду?
Лора:
- Видишь ли я как раз собиралась тебе сказать... Я все знаю о тебе и о твоей любовнице…
Виктор:
- О какой такой любовнице? 
Лора:
- Ой-ой-ой… Я действительно знаю все. Мой муж удовлетворяет постороннюю женщину.
Виктор смущенно:
- О чем ты?
Лора:
- Я же тебе сказала – я все знаю. У тебя есть другая.
Виктор теряется:
- Что? Какая еще другая? 
Лора:
- Другая женщина!
Виктор:
- У меня? Другая женщина?
Лора:
- У тебя другая женщина.
Виктор:
- Ну, знаешь. Такие жуткие, неоправданные обвинения. 
Лора:
- Очень даже оправданные.
Виктор:
- Совершенно неоправданные. И как что, как что мне их принимать? Как твою благодарность за то, что я тебе дал.
Лора:
- Ой-ой интересно и что же это такое ты мне дал?
Виктор:
- Все, все что у тебя есть!
Лора:
- Все, что у меня есть? А конкретнее?
Виктор:
- Я купил шикарную квартиру.
Лора:
 - Да, а кредит на нее и на мебель дали, если помнишь, кому? Мне. Под поручительство папочки, подчеркиваю, моего папочки…
Виктор:
- Ну, в конце-концов не домом единым.
Лора, загибая пальцы:
- Машину я купила сама.
Виктор:
- Да, мы так решили, что каждый сам себе купит машину.
Лора:
- Одежду я тоже покупаю сама. (ощупывает пеньюар) Хорошую одежду.
Виктор:
- Ну еще бы я покупал тебе одежду. Я и в своих-то размерах всегда путаюсь…
Лора:
- Ну так что, что ты дал мне?
Виктор:
- Не все конечно. Но почти… В общем много…
Лора:
- Точнее…
Виктор:
- Да возьмем хотя бы наше положение в обществе. Полезные знакомства…
Лора:
- Это наверное те знакомства, которые тебе обеспечил мой, опять же подчеркиваю, мой папочка…
Виктор:
- Ну и те тоже. Но ведь, в каком состоянии были те знакомства? Ой-ой, в каком состоянии... А я их развил, я их довел до идеальных. Ими можно пользоваться во всех сферах нашей общественной, политической, социальной и даже культурной жизни.
Лора:
- И мы пользовались? Я пользовалась?
Виктор:
- Еще рано. Еще совсем немного и можно будет пользоваться.
Лора:
- Хорошо я подожду. Так, а что еще?
Виктор:
- Тебе нужно еще?
Лора:
- Да еще.
Виктор:
- Так еще…
Лора:
- Так еще…
Виктор:
- Ты  настаиваешь?
Лора:
- Настаиваю.
Виктор:
- Что ж...
Лора:
- Ну...
Виктор:
- Ну...
Лора:
- Ну же....
Виктор:
- Об этом как бы не принято.
Лора:
- Не стесняйся.  Мы все-таки муж и жена.
Виктор:
- Значит, настаиваешь?
Лора:
- Настаиваю.
Виктор:
- Что ж...
Лора:
- Ну...
Виктор:
- Ну...
Лора:
- Ну же....
Виктор:
- Это...
Лора:
- Это...
Виктор:
- Это... радость секса!
Лора:
- Когда это было?!
Виктор:
- Но ведь было же, было, было. 
Лора:
- Когда?
Виктор:
- Так-так-так. Когда-когда-когда… Да не важно когда. Было и точка. А последнее время я просто жутко устаю. Смертельно. У меня не хватает сил, здоровья в конце концов. И еще я плохо сплю. Потому что все для тебя, все во имя тебя, все на благо тебя. Я каждый день надрываюсь на работе. У меня отчеты и бизнес-планы. Бизнес-планы и отчеты. И в понедельник, и во вторник.
Лора:
- И в среду, и в четверг.
Виктор:
- Да, и в пятницу, и даже в субботу с воскресеньем. Без выходных. А еще я мотаюсь по этим бесконечным утомительным командировкам. И все из-за тебя, все для тебя. Ведь я  хочу, я хочу, чтобы ты была обеспечена. Чтобы все у тебя было в порядке. Чтобы все тебе завидовали. А ты, ты мне такие упреки (имитирует ее) «Я все знаю о тебе и о твоей любовнице. Ах, другая женщина, другая женщина»
Лора:
- Да, да, да! Я все знаю о тебе и о твоей любовнице. И я давно собиралась тебе все сказать. Но не решалась. А теперь я скажу тебе все. Все.
Виктор:
- Все… Что ты мне скажешь? Я удивляюсь. Что ты мне можешь сказать?
Лора:
- Думаешь, я слепая. Думаешь ничего не замечаю. Нет, я все вижу, все знаю.
Виктор:
- Ну что, что ты знаешь?
Лора:
- Если ты не спишь со мной, значит знаешь что?
Виктор:
- Что?
Лора:
 - Значит спишь с другой. 
Виктор:
- Какая умная женщина…
Лора: 
- Не дура. И никогда ее не была. Рассказывай кому-нибудь другому про свои бизнес-планы. Я знаю от чего это ты так устаешь на работе. Вернее не от чего, а от кого! От нее! Ты устаешь от нее! 
Виктор невинно:
- От кого это нее?
Лора продолжает:
- Это с ней, с ней ты задерживаешься каждый день на работе. Это с ней проводишь выходные. (меняет голос) «Я в гольф-клуб, милая». Это с ней ездишь в так называемые командировки. Признайся же наконец. Ну будь смелее. Скажи, что да с ней. Она красивая. Она… блондинка. Все у нее в лучшем виде: 90-60-90. На сколько она моложе меня? Лет на двадцать?
Виктор:
- Ты элементарно ошибаешься, преувеличиваешь...
Лора:
- Преувеличиваю? Значит, она - не натуральная, а всего лишь крашенная блондинка. И не 90-60-90, а только 80-70-80. И моложе меня всего-то на десять... 
Виктор трясет головой:
- Все совсем не так, как ты думаешь…
Лора:
- Нет, все не так, как ты думаешь. Ты уверен, что трахаешь ее. Нет, дорогой, это она трахает тебя. 
Виктор морщится:
- Лора, что за слова.
Лора:
- Именно трахает! И знаешь зачем?
Виктор:
- Зачем?
Лора:
- Не знаешь. Думаешь любовь, сладкие минуты. Да ты ей нужен только лишь для того, чтобы продвинуться по службе. У нее видно самой ничего не получается. А ведь это у мужчин годы идут, у женщин они летят. И вот можно сказать последний шанс сделать шаг наверх. Выбраться к приличной жизни. И надо-то лишь всего затрахать тебя до помутнения рассудка. Ты подержишь ее за эти  80-70-80 и поддержишь, подтолкнешь, когда откроется подходящая вакансия. И она наконец оставит свою секретарскую должность. Она ведь секретарша? Да? Скажи. 
Виктор:
- У нас, конечно, есть секретарши, но...
Лора:
- Точно - она секретарша. Конечно, без высшего образования. Без особого ума. Но 80-70-80! И на десять лет моложе! Всего на десять лет... Ее зовут, ее зовут… Скажи, как ее зовут…
Виктор: 
- Как ее зовут?
Лора:
- Ты что забыл имя своей любовницы? 
Майк:
- Конечно, не забыл. Ну, в смысле нет у меня никаких любовниц.
Лора:
- А Мария?
Майк:
- Мария?
Лора:
- Да ( пишет по воздуху пальцем) М-а-р-и-я.
Виктор пишет по воздуху пальцем:
- М-а-р-и-я… Ах, Мария. Нет, нет и не думай - мы с не спим с Марией. Мы сотрудничаем. 
Лора:
- Сотрудничаем…
Виктор:
- Мы работаем, как проклятые, не замечая – ого-го - половых различий. Да, мы уже больше года готовим эту сделку по слиянию двух ведущих компаний. Я ведь как думал, как мечтал: получу премиальные, сложу их в чемоданчик и поставлю его в твоих ногах. Скажу: «Дорогая, о чем ты мечтала больше всего? Я могу выполнить все, что ты пожелаешь. Поедем в Венецию на карнавал… Или в джунгли на сафари… Или на полюс ловить свежих арктических креветок. Только пожелай, моя госпожа. Исполню любое твое желание. Любую прихоть. Только скажи…»
Лора:
- Ах…
Виктор:
-  И вот, когда осталось совсем немного, ты, ты мне такие упреки! И при этом сама, когда я, обессиленный этой проклятой работой, (задумывается) когда я уже… когда почти… (смотрит под кровать) ты, ты бросаешься в объятия этого мелкого проходимца… Вылезай, несчастный!
Лора не пускает его:
- Не надо, не надо, Виктор. Я боюсь…
Виктор:
- Он что вооружен?
Лора:
- Не знаю.
Виктор:
- Не знаешь. Так-так-так… Как ты могла лечь в постель с человеком, про которого даже не знаешь вооружен он или нет?
Лора:
- А что мне оставалось? Если ты с этой 80-70-80, с этой крашеной блондинкой…
Виктор:
- Так значит это я виноват? 
Лора:
- Ну не я же…
Виктор:
- Нет, подкроватный коврик, это ты ответишь за все. Вылезай. Вылезай, тебе говорят. (повышает голос) Предъявись! (Лора отворачивается)

Третья картина

Виктор нагибается и вытягивает за ногу Эндрю, помогает подняться, скептически осматривает:
- Да и правда, мелковат.
Эндрю:
- Мелковат, мелковат …
Лора не оборачиваясь:
- Уж какой нашелся…
Виктор:
- Хотя шустрый – одеться успел. 
Эндрю:
- Видите ли, я не раздевался.
Виктор ощутимо похлопывая Эндрю по плечам:
- Секс по быстрому. Некоторых это заводит. Особенно когда в недомашней обстановке. В офисе там, в подворотне, в гостинице с почасовой оплатой. Понимаю-понимаю…
Лора:
- Ничего ты не понимаешь. Он…
Эндрю:
- Я сейчас все объясню…
Виктор берет Эндрю за грудки:
- Да уж не надо мне ничего объяснять. Итак все яснее ясного.
Лора:
- Он…
Эндрю задыхаясь:
- Я… я…
Лора:
- Он пришел…
Эндрю:
- Я пришел…
Лора:
- Чтобы помочь…
Эндрю:
- Я сейчас все объясню…
Виктор:
- Что ж тут объяснять. Пришел помочь женщине. Обычное дело…
Лора:
- Виктор, у нас с ним…
Виктор:
- Смелее. Итак у вас с ним…
Лора оборачивается и остолбевает:
- Господи… У нас с ним ничего не было. 
Эндрю:
- Ничего не было.
Виктор облегченно:
- Значит не успели. Я не зря торопился.
Лора:
- И быть не могло. Я ведь его знать не знаю…
Эндю:
- И я, я тоже…
Виктор:
- Дела. (брезгливо отпускает Эндрю) То есть так вот просто с улицы подобрала неизвестно кого, первого встречного. Притащила в номер подружки. А может он болеет какой-нибудь заразной дрянью?
Эндрю:
- Я не неизвестно кто. Я здоровый. Абсолютно здоровый, в здравом уме. Позвольте наконец представиться. Эндрю Роллинз. Адвокат. Буду рад с вами познакомиться.
Виктор:
- А уж как мы рады… Ну ты сказал. Адвокат… Я бы еще может поверил, если там, скажем,  водопроводчик, электрик, полотер, высотник-монтажник… А тут адвокат…
Лора:
- Адвокат…
Эндрю:
- Именно адвокат. У меня с собой (достает из под кровати кейс) все необходимые сертификаты…
Лора ничего не понимает:
- Сертификаты…
Виктор:
- Сертификаты? В смысле… здоров?
Эндрю:
- Сертификаты, подтверждающие мою квалификацию.
Виктор:
- Ах, вот в чем дело. (Лоре) Тебя значит любители-самоучки больше не удовлетворяют. Нужны квалифицированные специалисты, мастера своего дела, профессионалы… (Эндрю) И где же этому учат?
Эндрю гордо:
- Я закончил специализированный колледж. С отличием! Прошел стажировку в лучшей компании. Думаю, вы понимаете, что именно поэтому меня и наняли на эту весьма ответственную работу.
Лора тихо, не понимая:
- На эту работу? Ничего не понимаю… 
Виктор:
- Весьма, весьма ответственная работа. И она тебе, конечно, нравится?
Эндрю:
- Разумеется нам с первых занятий прививают любовь к нашему делу. Посвящают во все таинства, рассказывают о том, как складывалась наша профессия, как веками оттачивалось мастерство, передавалось от поколения к поколению. И честно вам скажу, для меня,  в отличие он некоторых коллег, это не просто работа – призвание. Сколько себя помню – всегда стремился помогать людям. И чем дальше, тем большее удовольствие я получаю от этого своего порой очень нелегкого труда. Особенно мне нравится отсутствие рутины. А какое разнообразие.
Виктор:
- Да разнообразие это существенно… С этим не поспоришь…
Эндрю:
- Разнообразие, оно очень важно. Новые клиенты, новые обстоятельства. Ничего не приедается, все как в первый раз. Так говорил, наставляя меня, мой отец. 
Виктор:
- Тоже адвокат? Наследственный бизнес?
Эндрю:
- Совершенно верно. У отца было море клиентов. И до сих пор есть. Но все-таки годы дают себя знать…
Виктор:
- Да уж от этого никуда не денешься, годы в этом деле…
Эндрю:
- И отец потихоньку передает своих клиентов мне. И я постоянно убеждаюсь в его правоте. Действительно ни один клиент не похож на другого. Одному хочется от тебя точности и аккуратность, другому – романтического взгляда на действительность… Никогда не забуду мою первую клиентку…
Виктор тихо:
- Я тоже помню свою первую…
Эндрю:
- Это было не просто провести с ней вдвоем пять дней,  практически пять суток… 
Виктор:
- Пять суток? Действительно, профессионал…
Эндрю вдохновлено:
- Вот видите! Вы уже начинаете меня понимать. А вторым моим клиентом был один такой приятный старичок, мы с ним целую ночь провели в Южном парке. И скажу вам – с большим толком. И клиент был в восторге. Я горжусь собой - я был на профессиональной высоте…
Виктор:
- Вы что и мужчин обслуживаете?
Эндрю:
- Разумеется. Это политика нашей компании – никакой половой, расовой или религиозной дискриминации. Мы и вас можем обслужить. По высшему разряду. Только, извините, в порядке очереди. Профессиональная этика, знаете ли.
Виктор:
- Нет, уж спасибо. Я в ваших услугах не нуждаюсь.
Эндрю:
- Люди часто так говорят. А потом, знаете, приходят. Со слезами на глазах. Просят. Умоляют… Разные бывают ситуации. Жизнь непредсказуема. Так что не зарекайтесь.
Виктор:
- Тьфу-тьфу-тьфу… И слушай, помолчи, специалист. Дойдет до тебя дело. Лора, я не верю своим глазам, ушам. До чего ты опустилась? Ты пользуешься услугами профессионального наемника. Ты такая красивая…
Лора:
- Красивая…
Виктор:
- Такая разборчивая.
Лора:
- Разборчивая…
Виктор:
- Такая единственная в своем роде!
Лора:
- Единственная…
Виктор:
- И не могла найти себе бесплатного любовника? 
Лора:
- Я и не искала. 
Эндрю:
- Я не любовник… Я… 
Виктор:
- Какая разница, как это там у вас профессионалов называется. Суть-то одна и та же. Кстати, ты застрахован?
Эндрю:
- Конечно. Ведь в нашей работе весьма вероятна ситуация, когда могут возникнуть непредвиденные обстоятельства.
Виктор:
- Считай, что они уже возникли. Итак, сейчас я буду калечить твое застрахованное тело. Не беспокойся, твои основные профессиональные органы не пострадают (снимает пиджак и закатывает рукава)
Эндрю в сторону:
- Господи, господи, какой-то грубиян, пятикантроп. Давайте все решим цивилизованно, путем переговоров и по возможности во внесудебном порядке. Зачем нам все усложнять…
Виктор:
- Вот именно во внесудебном порядке, господин любовник.
Эндрю:
- Я не любовник. Я адвокат. Я полномочный адвокат. Меня наняли для того, чтобы здесь на месте оформить бракоразводные бумаги.
Лора смотрит на кровать, говорит в сторону:
- Так вот в чем дело. Мало того, что он вызвал мужа, так еще и об адвокате позаботился. Кретин!
Виктор:
- Адвокат? Бракоразводные бумаги? Лора, что это значит?
Лора:
- Как что? Ты разве не понял? Я с тобой развожусь! У тебя есть любовница. У меня нет мужа. Так что давай все окончательно оформим. Так сказать закрепим наши нынешние отношения законодательно. 
Эндрю:
- Дело в том, что…
Виктор Эндрю:
- Помолчи! (Лоре) Ты с ума сошла! Какой развод? И вообще - можно ведь как-то нормально поговорить, обсудить. Зачем устраивать весь этот цирк с телефонным звонком, с гостиницей, с адвокатом под кроватью.
Лора:
- А как бы мы иначе поговорили об этом? Тебя ведь днем с работы не вытащишь. Вечером ты приходишь поздно, утомленный, (поглаживает пеньюар) ничего не замечаешь, ни о чем говорить не хочешь. В выходные тебя опять нет. Я все время одна, одна, одна. Надоело. Вот и пришлось подключить подругу, отца, адвоката. Я специально спрятала его под кровать…
Эндрю:
- Я…
Лора:
- Помолчите… Я специально спрятала его под кровать, чтобы дать тебе шанс. О, если бы ты пришел и сказал, что любишь меня, если бы ты умолял простить меня, адвокат так бы и не появился. Но раз все подошло к разводу… Кстати, надо быстрее заканчивать наши дела, подруга скоро вернется. И возможно не одна. Вдруг с кем-нибудь познакомится в магазине, кто-нибудь захочет поднести ей сумку. А я не хотела бы помешать ее новому счастью. Так что, адвокат, готовьте документы. 
Эндрю:
- Видите ли…
Виктор Эндрю:
- Да погоди ты. Молчи, а то убью очень быстро.
Эндрю:
- Молчу-молчу. Не надо быстро.
Виктор Лоре:
- Да, Лора, не будем спешить.
Лора:
- Я и так столько времени не спешила. Все на что-то надеялась, ждала. Столько раз одевала этот пеньюар. Ну не только этот, но это не важно… Нет, больше тянуть нет смысла. Я так устала. Давай быстренько подпишем бумаги. И будем свободны. Ты женишься на свой секретарше. Ну, а я, я тоже найду себе кого-нибудь.
Виктор:
- Я не хочу жениться на секретарше.
Лора:
- Никто не хочет женится на секретаршах. Но они все равно выходят замуж.
Виктор:
- Я хочу быть с тобой.
Лора:
- Зачем?
Виктор:
- Как зачем?
Лора:
- Зачем? Чтобы иногда встречаться в одной квартире? Встречаться и не замечать друг друга?
Виктор:
- Я очень даже тебя замечаю.
Лора:
- Когда стягиваешь с меня одеяло?
Виктор:
- Послушай, Лора. Послушай, как моя жена…
Лора:
- Практически как бывшая жена… Адвокат давайте ваши бумаги.
Эндрю пытается что-то сказать:
- Но я…
Виктор:
- Лора.
Лора:
- Ну что еще?
Виктор:
- Мы столько лет вместе.
Лора:
- Ну и что?
Виктор:
- Это трудно сказать…
Лора:
- Мне тоже было нелегко. Я столько раз репетировала, проговаривала про себя и в слух…
Виктор:
- Я не могу без тебя. Ты нужна мне.
Лора:
- Зачем, зачем я нужна тебе? И зачем ты мне нужен? 
Виктор:
- Я могу назвать тысячу причин почему мы должны быть вместе.
Лора:
- И они убедят меня?
Виктор:
- Я могу назвать тысячу причин, но я назову только одну.
Лора:
- Я вся во внимании.
Виктор:
- Лора, я люблю тебя
Лора (в сторону):
- Он меня любит… Он… меня… любит… Он… меня… Господи, как давно, как давно он не говорил мне эти… слова… слова… слова… (Виктору) Ты лжешь. Ты просто хочешь оставить все так, как было.
Виктор:
- Лора, я правда люблю тебя. Прости меня. Я был несправедлив в своей невнимательности, в своей глупой ревности…
Лора очерчивает рукой женскую фигуру:
- И в этой 80-70-80?
Виктор:
- И в ней тоже... Лора, я не хочу тебя терять. Я люблю тебя. Я безумно люблю тебя.
Лора:
- По прежнему?
Виктор:
- По прежнему.
Лора:
- Как тогда?
Виктор:
- Как тогда.
Лора:
- Тогда когда…
Виктор:
- Да, тогда когда…
Лора:
- Но, неужели, неужели ты все помнишь.
Виктор:
- Как же такое забыть.
Лора:
- И как мы познакомились? Ты помнишь, о как это было давно, на той студенческой вечеринке?
Виктор:
- Еще бы. Как такое забыть. Только я вошел, и осмотреться-то толком не успел, как ты опрокинула  красный соус на мои белые, на мои единственные выходные брюки. И всю вечеринку мы просидели в ванной пытаясь отстирать их. Плечом к плечу…
Лора:
- Плечом к плечу. Ты помнишь… А как потом пошел провожать меня?
Виктор:
- Кому-то же надо был тебя провожать… Помню, как шлепал в мокрых брюках. Полицейский на перекрестке долго смотрел нам вслед….
Лора:
- Помнишь… А в парке ты наломал охапку сирени.
Виктор:
- Ты так просила. И я идиот полез, и разодрал рубашку. 
Лора:
- Потом мы шли по тротуару вдоль дороги и пошел дождь. И ты заслонил, обнял меня.
Виктор:
- Я все равно был наполовину мокрый.
Лора:
- И потом...
Виктор:
- Как честный человек...
Лора:
- Какая шикарная была свадьба. Триста двадцать восемь только официальных гостей. Три белых лимузина. Большой симфонический оркестр в белом. Пятьдесят официантов. Тоже  в белом.
Эндрю записывает в блокнот:
- И у нас с Шарлотой будет также. Три белых лимузина… Большой симфонический оркестр в белом… Официанты  в белом…
Виктор:
- Безумие...
Лора:
- Свадебное путешествие.
Виктор:
- Большие чемоданы.
Эндрю чешет голову:
- Большие чемоданы?
Лора:
- На край света...
Виктор:
- Черт знает куда…
Эндрю сам с собой:
- Конечно, на Восток. Вдвоем. Наедине…
Лора:
- Все такое пестрое, дурманящее, кружится голова. Я падаю в твои руки. Снова и снова… (прижимается к Виктору, тот ее обнимает)

Звучит медитативная музыка. Лора и Виктор медленно танцуют. Эндрю напевает:

Хари-кришна, кришна-хари, 
Хари-кришна, кришна-хари...

(Далее речитативом)

Девушка полюбила парня.
Парень ее тоже любил.
Девушка отдала ему себя.
И он все, что мог, тоже отдал.

Они любили друг друга тысяча-тысячу лет.
Они ушли вместе с закатом, но ушли они в рассвет.
Они там, где солнце с луною, они там, где облака.
Они по-прежнему любят друг друга, в его руке - ее рука...

Хари-кришна, кришна-хари,
Хари-кришна, кришна-хари...

Лора:
- Они по-прежнему любят друг друга…
Виктор:
- В его руке - ее рука...
 Эндрю достает платок и промокает глаза:
- Хари-кришна, кришна-хари... Ах,  Шарлота, как же я люблю тебя…

Четвертая картина

	Слева из под кровати выползает Майк, на четвереньках продвигается к входной двери. Музыка стихает.  Виктор с Лорой стоят в обнимку. Виктор - лицом к входной двери, Лора - к  Эндрю. В наступившей тишине слышно, как Майк шепотом  напевает:
- Хари-кришна, кришна-хари...
Виктор:
- А это кто? (оборачивает Лору к Майку) Лора, кто это?
Лора в ужасе:
- Это… Это…
Виктор отстраняет ее, подходит к Майку и поднимает его:
- Ты кто?
Майк испуганно:
- Я.., я.., я…
Виктор:
- Только учти - адвокат у нас уже есть…
Эндрю:
- Эндрю Роллинз к вашим услугам…
Майк испуганно:
- Я.., я.., я…
Виктор:
- Лора, кто это? Кого еще нам не хватало для бракоразводного процесса? Налоговый инспектор? Агент по недвижимости? 
Лора в сторону:
- Что ж, ты за все мне ответишь! За мужа, за адвоката… (Виктору) Виктор, я узнала его. Это маньяк! 
Виктор:
- Маньяк?
Лора:
- Я не говорила тебе. Я не была уверена. Боялась, что примешь меня за сумасшедшую. Знаешь, последнее время у меня было такое чувство, что кто-то постоянно следит за мной. Ждет у дома. Идет по пятам. И вот он, видимо, пробрался сюда, затаился под кроватью и приготовился, приготовился… Но он не рассчитал, Виктор,  он не рассчитал, что появиться мой муж и спасет меня. О, Виктор! (прижимается к Виктору)
Виктор:
- Лора.
Майк испуганно:
- Я не.., я не… 
Лора:
- Видишь он испугался тебя. У него теперь одна мысль – что-нибудь придумать и  сбежать. Чтобы потом выследить меня в каком-нибудь другом подходящем месте. 
Майк испуганно:
- Да ведь мы… Мы.. В смысле я и вы…
Виктор закипая:
- Маньяк…
Эндрю:
- Господи, мы с ним лежали под одной кроватью. И он мог меня там в темноте…
Виктор:
- Да, уж твое счастье, адвокат, что ты такой мелкий и он тебя не заметил.
Лора:
- Знаете, на что маньяки способны?
Эндрю:
- Знаю, я же как раз вчера читал в газете.  И по телевизору его показывали. Похож, очень похож. Это он, точно. Маньяк-насильник по прозвищу «Синяя пижама».
Лора:
- Точно пижама.
Виктор:
- Синяя.
Майк:
- Если вам не нравится цвет, то я могу ее перекрасить.
Лора:
- Может быть ты перекрасишь и кровь задушенных тобой младенцев, убиенных после надругательства жен и матерей, расчлененных мечтающих о тихой семейной жизни юношей?
Майк:
- Что вы, что вы…
Виктор:
- Убиенных после надругательства жен и матерей…
Эндрю:
- Мечтающих о тихой семейной жизни юношей… А вы знаете, вы знаете, он не только жестокий. В газете писали он еще и очень хитрый - полиция уже полгода поймать не может, зверя такого. Он долго готовится, ждет в засаде. Ждет в засаде…
Лора:
- Он же мог меня… 
Эндрю:
- И меня… И не один раз…
Виктор:
- Никого. Теперь он уже никого. Никогда. Ни разу…
Майк:
- Я никого… Я никогда… Ни разу…
Эндрю:
- Как хорошо, что мы его поймали.
Лора, поглаживая бицепсы Виктора:
- Да уж теперь точно от него никому больше не будет неприятностей…
Эндрю:
- Передадим его в полицию. Завтра же выйдет газета, и моя Шарлота прочитает: «Эндрю Роллинз способствовал поимке особо опасного маньяка». И она скажет мне: «О, мой герой». И мои клиенты будут становиться ко мне в очередь. Кому не хочется иметь дело с таким известным героическим адвокатом? Заломите ему руки и в полицию его, в полицию!
Лора:
- Не надо его никуда передавать.
Майк:
- Не надо.
Эндрю:
- Как это не надо? А газета? А может и радио, телевидение? Только представьте…
Лора:
- Что представить? Как весь город узнает, зачем мы здесь собирались? Представить, как все мои подруги начнут обсуждать мои отношения с мужем, придумывать за меня мою личную жизнь. Представить, как заговорят обо всем этом у Виктора на работе?
 Виктор:
- Я согласен с тобой, дорогая. Не надо шумихи. Не стоит его никуда передавать. Полиция начнет с ним сюсюкаться – права человека соблюдать. Протоколы, допросы: «Пожалуйста, кофе. А может быть зеленый чай. Сухой мартини? Сигарету с двойным фильтром?» Вы хотите, чтобы с этим зверем миндальничали в полиции?
Лора и Эндрю в один голос:
- Нет.
Виктор:
 - Вы не хотите. И я не хочу. Давайте возьмем его на поруки.
Майк:
- Это как?
Эндрю:
- С юридической точки зрения это…
Виктор:
- Это не то, что вы думаете. На поруки – это на поруки. В конце-то концов должен же я сегодня в конце концов кого-нибудь покалечить! Не адвоката, так маньяка. Знаете, как у меня чешутся кулаки. А тут такое благое, общественно-полезное дело… (Виктор подводит Майка к зеркалу, играет мускулами, делает боксерские движения примеряясь) Сначала хук слева, а потом апперкот. Нокаут.
Эндрю:
- Хорошо. Замечательно. Превосходно. Я так давно мечтал посмотреть на бокс из первого ряда. Шарлота не выносит вида крови и мы никогда не садимся ближе двадцатого…
Майк:
- Господи, какой же я идиот.
Лора:
- Кретин.
Виктор:
- А может растянуть удовольствие? Сначала прямой в корпус, а потом хук слева. 
Эндрю:
- И апперкот, обязательно апперкот. 
Виктор:
- Да, уж тогда точно навсегда забудет, что он маньяк. Хук слева… 
Эндрю:
- И апперкот! Только не укладывайте его первым же ударом. Доставьте удовольствие публике. Слева, справа, слева, справа. В челюсть, в печень, прямой и апперкот!
Майк:
- Я - идиот. А скоро еще и  инвалид… Послушайте, я сейчас все объясню. Ведь я… мы с ней…
Лора:
- Мы с ней?! Виктор, и ты собираешься разговаривать с этой мразью?
Виктор надвигается на Майка :
- Только по-мужски. Сейчас будет море крови.
Лора тихо в сторону:
- Так ему и надо… (громче) Ах, я только не при мне. Он конечно маньяк, но я, я лучше не стану смотреть на это… (уходит в ванную)
Эндрю:
- И  Шарлота бы не стала. Женщины, они такие слабые. То ли дело мы мужчины. Чужая кровь нас только возбуждает. Ты сам становишься сильнее, когда тот, за кого ты болеешь, рассекает противнику бровь, разбивает ему нос, рвет губы…
Майк хватается за сердце, шатается:
- Мне плохо… (падает)
Эндрю:
- Ну, так не честно. Техническое поражение. Публика недовольна.
Виктор, задевая Майка ногой:
- Эй, маньяк, хватит притворяться, поднимайся. 
Эндрю:
- Поднимайся, маньяк, поднимайся. Продержись хотя бы один раунд. Порадуй зрителей.
Виктор:
- Не хочет.
Эндрю:
- Что-то он побледнел. Похоже у него что-то с сердцем.
Виктор:
- Никогда не думал, что у маньяков может быть что-то с сердцем. 
Эндрю:
- Наверное переутомился в ожидании. А потом у меня б самого на его месте сердечко екнуло. (оглядывает Виктора) У вас такие бицепсы и трицепсы, и дельтовидная мышца – ого-го - лично я бы еще до боя со страху умер… 
Виктор:
- Да уж только не хватало только, чтобы он сдох до того как ему…
Эндрю:
- Да, обидно конечно. Нокаут всегда эффектнее технического поражения.
Виктор:
- Не то слово.
Эндрю:
- А между прочим, если он умрет, вас осудят…
Виктор:
- Осудят? Меня?
Эндрю:
- А как вы хотели. По закону вы ведь его фактически убили…
Виктор:
- Убил? 
Эндрю:
- Довели до смерти. Срок конечно немного меньше, чем за откровенное убийство, но все равно…
Виктор:
- Срок?
Эндрю:
- Срок. Согласно закона.
Виктор:
- За маньяка?
Эндрю:
- Согласно закона он считается человеком.
Виктор оглядывается на дверь:
- А я… А меня здесь не было…
Эндрю:
- Видите ли я давал клятву о недопустимости лжесвидетельсвования. И я ее не нарушу.
Виктор сжимает кулаки:
- Не нарушишь?
Эндрю твердо:
- Ни за что. Можете и меня убить. Но мои родители адвокаты будут гордиться мной. И ассоциация адвокатов, членом которой я уже являюсь, тоже.  И Шарлота тоже. Каждое воскресение она будет приходить ко мне на могилу. И каждый раз будет читать на моем надгробье: «Герой адвокат погибший при исполнении своего профессионального долга». Она будет оплакивать эту надпись. И украшать цветами. (чуть не плача) Знаете, она любит эти… такие… желтенькие…
Виктор:
- Черт с тобой, живи! Но что, что же делать?
Эндрю:
- Но может он еще…
Виктор трогает Майка:
- Еще тепленький ( хлопает Майка по щекам)  Маньяк, вставай. Ну, давай, ну вставай, хороший мой, черт тебя подери. Может все-таки ему врезать? Хотя бы разочек?
Эндрю:
- Тогда уж точно добьете. Знаете, ему нужно сделать искусственное дыхание. Да и еще массаж сердца. Мы проходили первую медицинскую помощь на случай, если клиенту станет плохо, после того, как он выставленный ему счет увидит.
Виктор:
- Ну так действуй.
Эндрю морщится:
- Знать-то я знаю, но видите ли прикасаться к его груди, целовать… Я обещал Шарлоте никогда никого… И я выполню свое обещание. А давайте вызовем скорую помощь?
Виктор:
- Точно, давай вызовем скорую. (бросается к телефону) А если она не успеет и он того? 
Эндрю:
- Да, на дорогах такие пробки… А если он умрет, то вас…
Виктор:
- Осудят… Ладно я сам, сам… (берет Майка на руки, кладет на кровать справа) Как же это делается-то?
Эндрю:
- Сначала нужен массаж сердца. Кладете руки ему на грудь и ритмично надавливаете: раз-два, раз-два…
Виктор массирует Майку грудь:
- Раз-два, раз-два… Не умирай… Ну, мой милый, ну, хороший… Раз-два, раз-два…
Эндрю:
- А теперь искусственное дыхание…Изо рта в рот…
Виктор морщится:
- Целовать маньяка…
Эндрю пожимает плечами:
- Сосед по камере вас больше устроит?
Виктор  делает искусственное дыхание, массаж сердца  приговаривая в паузах:
- Ну, мой милый, ну, хороший… Раз-два, раз-два… Ну, мой милый, ну, хороший… Раз-два, раз-два…

Пятая картина

Медленно раскрывается  шкаф. Из него сначала выглядывает, а затем тихо выходит Евгения. Показывает пальчиком Эндрю, чтобы тот молчал. Обходит кровать  и со стороны двери начинает фотографировать Виктора и Майка, сверкая вспышкой:
- Вот я вас и застукала! Вот и застукала!
Виктор жмурясь, загораживаясь от вспышки:
- Что это? Что такое? А это, наверное…  Я понял, вы подруга Лоры… Вы уже вернулись.  Мы сейчас уйдем, мы освободим... Не беспокойтесь. Все в порядке. Сейчас я его только это как бы вам сказать…
Евгения продолжает снимать:
- Какая наглость. Прямо у меня на глазах. Так доказательства на лицо…
Виктор продолжает приводить Майка в чувство:
- Ну, мой милый, ну, хороший… Раз-два, раз-два… (Евгении) Успокойтесь - мы не воры… Ну, мой милый, ну, хороший… Раз-два, раз-два…
Евгения:
- Конечно, вы не воры. Я же не слепая - вы любовники. 
Виктор:
- Он просто маньяк. 
Евгения:
- Значит вам в отличие от меня крупно повезло.
Майк подает голос:
- Мы не любовники.
Евгения  (Майку):
- Не оправдывайся! Вот уж не думала, что ты изменяешь мне с… мужчиной. Да еще так, что он тебе такие комплименты… Маньяк. Просто маньяк…
Майк приподнимаясь:
- Евгения, все не так как ты думаешь.
Виктор утирая пот со лба:
- Ожил. 
Эндрю Виктору:
- А ведь кажется уже на том свете был. Вам повезло – останетесь на свободе.
Виктор:
- Какое счастье.
Майк:
- Я жив.
Евгения:
- Майк, со мной ты никогда не терял чувств. Я, я… не так хороша?
Майк:
- У нас здесь ничего не было!
Виктор:
- Ничего особенного.
Евгения:
- Ничего особенного?
Виктор пожимая плечами:
- Ну не верите нам, так спросите у Лоры.
Евгения:
- Ах, здесь еще и Лора. 
Эндрю:
- Да, она в ванной.
Евгения Майку:
-  Втроем… Какой же ты затейник оказывается. Мы столько лет прожили вместе и я так плохо тебя знала. Но если здесь есть и женщина, может быть еще не все потеряно.
Виктор Майку:
- О чем она? Кто она?
Майк:
- Это…
Выходит Лора, замечает Евгению:
- Здравствуйте.
Евгения осматривает Лору:
- Так ничего особенного.
Лора с возмущением:
- Ничего особенного?
Виктор:
- Выбирайте выражения.
Евгения указывает по фигуре Лоры:
-  Здесь можно убавить, здесь добавить (потом осматривает Виктора) А вот он даже очень. Майк я тебя понимаю. С таким мужчиной, наверное, и правда можно получить внеземное удовольствие. Потерять сознание…
Виктор скромно:
- Можно. Хотя некоторые этого не понимают.
Лора:
- Я ни-че-го не понимаю.
Виктор:
- Да я в общем тоже… Лора, это та самая твоя подруга, которая уходила в магазин?
Лора:
- Это не моя подруга.
Майк:
- Это моя жена.
Евгения:
- Которая застукала всех вас на месте прелюбодеяния. Ведь это так, господин адвокат. Вы подтверждаете?
Эндрю:
- Подтверждаю.
Виктор:
- Какого еще такого прелюбодеяния? Откуда вы знаете адвоката?
Евгения:
- Как откуда? Я его заказала для засвидетельствования измены мужа и оформления бракоразводного процесса. Господи, как я перенервничала. Надо было прийти заранее. Убедить господина адвоката залезть под кровать. Самой втиснуться в шкаф. Потом ждать, и ждать, и ждать. А шкаф такой толстый - ничего не слышно и когда выходить не ясно.  Но, господин адвокат, увиденных и заснятых объятий, поцелуев, я полагаю, будет достаточно.
Эндрю:
- Вполне.
Евгения:
- Факт измены зафиксирован?
Эндрю:
- Неопровержимо.
Виктор смотрит на Лору и Евгению:
- Вы, что обе заказали одного и того же адвоката?
Эндрю:
- Нет (указывает на Евгению) это мой клиент.
Виктор указывая на Лору:
- А это?
Эндрю:
- Это не мой клиент.
Лора:
- Майк, так ты и собственной жене сказал, что мы здесь? Полный извращенец.
Майк:
- Нет, что ты… Я не понимаю…
Виктор:
- Ты знакома с этим маньяком?
Лора:
- Как тебе это…
Евгения:
- Успокойтесь, милочка, Майк ничего мне не говорил. Я его просто  выследила. 
Майк:
- Что ты говоришь? Как ты могла…
Евгения Майку:
- Как ты мог?
Майк:
- Я все объясню.
Виктор Лоре:
- Как ты могла?
Лора:
- Я все объясню… 
Эндрю:
- И зачем вообще люди женятся, если потом… разводятся… (достает из портфеля бумаги, сортирует их, раскладывает)
Евгения Эндрю:
- Эх, молодой человек, не вступив в объятия святого брака никогда не поймешь всей сладости освобождения от них. (Майку) Так что ты хотел сказать мне?
Майк Евгении:
- Знаешь последнее время мне было как-то не по себе. Я думал о смысле жизни. О семейной жизни. О нас с тобой. Мне надо было с кем-то поделиться, обсудить это. Я пытался поговорить с тобой. Но ты все отмахивалась – потом, потом, тебе все было некогда, дела, дела, дела... А мне так хотелось поговорить о нас, что я даже на работе стал просить коллег поделиться опытом свой семейной жизни. Не скучно ли им дома? Что они думают о своей второй половине утром, в обед, в субботний вечер? Что они вообще делают, когда вместе: секс, игра в карты, совместные прогулки, телевизор… Я же научный работник. Я все хотел выяснить, понять, что с нами происходит после стольких лет семейной жизни. Почему мне неуютно в своем собственном доме. Почему мне не хватает тебя, хотя ты вроде бы и рядом…
Лора Виктору:
- И я хотела выяснить. Я не хотела жить так как последние годы. 
Виктор:
- И ты, ты… к нему…(Лора кивает) 
Евгения:
- И вот эта твоя коллега тебе все прояснила?
Майк:
- Она не коллега. На работе никто мне не помог. Когда я кого-нибудь спрашивал о его семейной жизни, то тот сразу оказывался очень занятым. Я ничего узнал на работе. Но мне повезло в нотариальной конторе. Помнишь мы ходили по поводу завещания твоей тетушки. Пока ты там что-то обсуждала с адвокатом – не с этим, тот постарше был, так вот пока ты там что-то обсуждала с адвокатом, я разговорился с одной девушкой, она тоже кого-то ждала. Опыта у нее семейной жизни правда не было, но она мне дала хороший совет – найти кого-нибудь подходящего через газету.
Евгения:
- Через газету?
Майк:
- Ну да, опубликовать объявление в газете. Девушка была столь любезна, что даже помогла мне составить текст.
Евгения:
- И что же ты там написал?
Майк:
-  Написал «Просто проведем вечер вместе. Без интима. Без обязательств»…
Евгения:
- Просто написал?
Лора Виктору:
- Да, а я просто прочитала это объявление.
Виктор:
- С каких это пор ты читаешь газеты?
Лара:
- С тех самых, как ты перестал обращать на меня внимание. Я стала, стала заглядывать в твои газеты. Вдруг я пойму, почему они интересуют тебя больше, чем я. И вот я прочитала объявление и подумала, раз тебя нет дома, почему бы мне не провести вечер с «культурным, воспитанным мужчиной, желающим выслушать вас и высказаться самому по всему спектру современных семейно-социальных вопросов…» Действительно почему бы не поговорить с человеком, которого волнуют те же самые проблемы, что и меня?
Евгения Майку:
- Поговорить в пижаме…
Виктор Лоре:
- В пеньюаре…
Лора и Майк в один голос:
- Это же для убедительности, для натурализма. Чтоб все было как дома… (берут с кресла свою одежду, одеваются)
Лора:
- Я ему сказала все, что хотела сказать тебе Виктор.
Евгения:
- И ты сказал ей все, что хотел сказать мне, милый?
Майк:
- Я не успел. Он пришел…
Виктор Лоре:
- И как? Как тебе? Понравилось?
Лора:
- В первый раз это было очень интересно, волнительно.
Евгения:
- Так вы не раз встречались?
Майк:
- Не раз…
Лора Виктору:
-  Да, сначала было интересно, а потом как-то не так, не то… Лучше всего было, когда ты пришел и я правда тебе сказала все. Все, все… А как чудесно было, когда ты сказал, что любишь меня. Я простила тебя…
Виктор:
- Ты меня простила!
Лора:
- Да. И ты меня прости.
Евгения Майку:
- И ты, наверное, хочешь, чтобы я простила тебе этот круглый стол по вопросам семейной жизни? Или более правильно – круглую кровать.
Майк:
- Конечно. Прости меня. Ведь я же, я обязательно должен был разобраться. Ведь у нас же ничего не было. Мы же просто разговаривали. Поверь, она до меня пальцем не притронулась.
Лора Майку:
- И он до меня ничем.
Виктор указывая сброшенный на пеньюар:
- Но он видел тебя в этом.
Лора:
- Но должен же хоть какой-нибудь мужчина видеть меня в этом.
Евгения:
- Должен. Неплохая штучка. В каком бутике брали?
Лора:
- Уже не важно. Он там был в единственном экземпляре. Виктор, я столько времени искала его, а сколько раз примеряла. Все раздумывала, сомневалась. Ведь это только для тебя, для тебя, для тебя! (обнимает Виктора, тот ее, шепчутся)
Евгения:
- А эту пижаму Майк, я покупала для себя. В смысле для тебя. Но чтобы ты спал в ней со мной, а не таскался по гостиницам черт знает с кем.
Виктор бросает Евгении:
- Это вы о ком?
Евгения:
- О присутствующих не говорят.
Эндрю:
- О присутствующих пишут. У меня все бумаги готовы. Осталось только поставить ваши подписи…
Евгения:
- Спасибо, Эндрю, но вы уже достаточно поработали. 
Эндрю:
- Как это достаточно? 
Евгения:
- Вполне достаточно. Можете идти домой. 
Эндрю:
- Нет не достаточно. (показывает бумаги)  Вот здесь обязательно должны стоять ваши подписи. Без них документ не будет иметь юридической силы и я не смогу внести данные в реестр расторгнутых браков. Все должно быть по закону. Честь по чести…
Евгения:
- Эндрю, все что нужно вы уже все сделали. Я вам так благодарна, что вы оправдали мое доверие, что вы помогли мне пережить эти сладчайшие минуты.
Майк:
- Сладчайшие минуты?
Эндрю:
- Я? Вам? Сладчайшие минуты?
Евгения:
- Да вы. Мне. Я ведь чувствовала, что что-то происходит, что мой муж или изменяет мне, или собирается изменить. Он стал такой задумчивый и даже рассеянный.
Майк:
- Я всегда был рассеян. Я же думаю о работе, о своих исследованиях.
Евгения:
- Да ты всегда был рассеян, но не настолько, чтобы полить нашу кошку кофе. Конечно, я не могла допрашивать тебя или закатить скандал, (смотрит на Лору и Виктора) как это бывает у других.  Но мне нужно было разобраться в своих подозрениях. И мне должен был помочь кто-нибудь уже сталкивавшийся с семейными делами. И вот тогда, когда я занималась наследством тетушки, я решила и с этим делом заодно разобраться. Нужен был подходящий адвокат. Тот, с которым я имела дело, был уже в возрасте. Но мне подсказали другого. Мне тоже, кстати, помогла девушка. Может быть та же самая? Но не важно. Так вот она порекомендовала Эндрю, сказала, что не подведет - молодой, рьяный, с большим будущим за пока еще нынешний гонорар.
Эндрю:
- Да я молодой,  рьяный, с большим будущим. И видите результат на лицо. Осталось совсем немного, чтобы довести это дело до конца.
Евгения:
- Оно уже завершено. Даже жаль, что все уже закончилось. Вы себе и представить не можете, как это оказывается интересно, увлекательно разрабатывать план поимки мужа (указывает на Лору) так сказать с поличным. Подслушивать телефонные разговоры, незаметно вскрывать почту, следить на улице, прячась за прохожими…
Виктор бросает Евгении:
- Согласен. Следить это очень, очень увлекательно…
Лоран сколько отстраняясь от Виктора:
- Значит, мне не казалось. За мной правда следили. Виктор, так это был ты? Ходил за мной по улице, в магазине заглядывал в кабинку для переодевания, когда я примеряла платье. Это был не маньяк, это был ты. Но как, как ты мог? 
Виктор мнется:
- Ну я… А что мне оставалось… Если ты…
Лора Евгении:
- И вы… за собственным мужем. Это ведь не очень…
Майк:
- Не очень…
Евгения:
- Порядочно? И это вы – участники круглой кровати - говорите мне о порядочности? 
Лора:
- Извините.
Майк:
- Прости, дорогая.
Евгения:
- Я подумаю… Забавно, но с тех пор, как я заподозрила мужа в измене, я стала другим человеком. Да-да-да. Моя жизнь стала такой увлекательной. Все дела, в которых я погрязла, как-то отошли на второй план. Я даже не подозревала, что в мире есть еще много чего интересного. Я брала уроки у известного фотографа и вот научилась выбирать ракурс, устанавливать диафрагму и выдержку. А еще я прошла курсы по ведению скрытного наружного наблюдения. 
Виктор:
- Черт, я не догадался. И прокололся на кабинке для переодевания.
Лора Евгении:
- А с парашютом вы не прыгали?
Евгения:
- Нет. Хотя мысль интересная. Вдруг пришлось бы накрывать вас с Майком с воздуха на лесной поляне. Не пришлось… Но еще я хотела заняться криптографией и тайнописью, чтобы можно было читать любые зашифрованные послания. К сожалению шифрами в своей ученой переписке мой муж не пользовался. Знаете даже досадно, что узнать время и место вашей встречи оказалось так просто.
Виктор:
- И как же вы узнали?
Евгения:
- Элементарно, Виктор. Мой рассеянный муж все записывает себе в еженедельник, который лежит у него на рабочем стола. И на сегодня у тебя, дорогой, помечено: «научная командировка». Точная дата. Точное время. И точный адрес «научной командировки» - два квартала от дома. 
Лора:
- Тупица.
Майк:
- Да, не очень умно.
Евгения Виктору:
- Думаю, вы бы тоже догадались.
Виктор:
- Да-да, конечно. Это же нужно первым делом - заглянуть в еженедельник, обыскать сумочку, распотрошить губную помаду – нет ли там какой записки.
Лора:
- Так вот куда делась моя губная помада. Три комплекта.
Виктор разводит руками:
- Извини, издержки следственно-розыскной работы.
Лора Евгении:
- Ах, он же у меня всегда был таким ревнивым. Мог к столбу приревновать, к инвалидной каляске…
Евгения:
- Вам можно только позавидовать.
Лора:
- Вы думаете?
Эндрю смотрит на часы:
- Так мы разводимся или нет?
Виктор Лоре:
- Нет?
Майк Евгении:
- Нет?
Лора и Евгения:
- Нет.
Эндрю:
- Ну знаете!
Евгения:
- Эндрю, не беспокойтесь весь гонорар вы получите сполна.
Эндрю:
- Я не сомневаюсь в вашей порядочности. Просто (смотрит на часы), если я здесь никому не нужен…
Лора:
- Спешите к молодой жене? 
Эндрю:
- Нет, я еще не женат – только обручен. И через месяц у меня свадьба. 
Евгения:
- Вы хотите жениться? После всего увиденного вам не страшно? 
Эндрю:
- Нет, у нас с Шарлотой другие отношения. И в браке у нас все будет по другому.
Виктор:
- Конечно-конечно.
Майк:
- Ну, уж точно.
Лора:
- Дай-то вам бог.
Эндрю собирает бумаги:
- Правда, у нас все будет по другому. Ведь мы с Шарлотой совсем другие. Мы не следим друг за другом, мы доверяем друг другу. Мы не обманываем друг друга. Моя любимая всегда знает, где я, с кем я, что я делаю. 
Лора:
- И сейчас знает, где вы?
Эндрю:
- Разумеется. Я сказал, что меня попросили зафиксировать факт измены и оформить бракоразводные документы. Так что я сообщил ей точный адрес, время.
Виктор:
- И она вам поверила?
Эндрю:
- Разумеется.
Евгения:
- Святая душа.
Эндрю:
- Да, именно, моя Шарлота - святая, чистая, как ангел. Я встретил ее в церкви. Мы ставили свечи Святому Угоднику. Наши руки соприкоснулись. Нет, это наши души соприкоснулись. И как только я взглянул на нее, а она взглянула на меня…
Лора:
- У нас тоже сначала было почти так, когда мы заперлись в ванной на вечеринке. 
Виктор обнимает Лору.
Евгения:
- И у нас… Ты помнишь Майк.
Майк:
- Еще бы. Я выскочил из лаборатории. Споткнулся и схватился за тебя, за твои… и губами попал прямо в губы. 
Евгения:
- Маньяк. Просто маньяк (обнимаются с Майком)
Эндрю:
- Какие странные люди. Как так можно? Следить, подозревать и потом обниматься, целоваться… Нет у нас все будет по другому. Моя, милая Шарлота. Она сейчас дома, спит.  Одна в розовой кроватке. ( достает из кармана портмоне, фотографию, целует ее) Розовые щечки. Ангельская, ангельская душа. (прячет фото и портмоне, смотрит на парочки) Я не такой. И Шарлота не такая… Как не хочется пачкаться об этих несчастных, порочных людей. Впрочем это моя работа… Ах, если б не работа, то сегодня вечером я бы не пропустил свидание с Шарлотой. И после него сидел бы дома в кресле и мечтал бы о ней. О том, как мы идем с ней идем к алтарю… Вот мы вместе встречаем рассвет – «Хари-кришна, Кришна-хари…» Вот вместе завтракаем, гуляем. Мы каждую свободную минуту будем вместе. Рука в руке. До самой смерти. Мы не такие… Мы не будем следить… Подозревать… Мы не наскучим друг другу… Каждая минута для нас будет великим счастьем… А этим… Ну чего им не хватает? Такие красивые женщины. Приличные казалось бы мужчины… Спали бы дома в супружеских объятиях, а не выясняли отношения (оглядывается) в весьма подозрительной обстановке … (собирает документы)

Шестая картина 

Лора Виктору:
- Знаешь, я поняла. Я все поняла. Нам не хватает ребенка. 
Виктор:
- Ребенка? Ты говоришь о ребенке? Но ты, ты же не хотела. Не хотела портить фигуру…
Лора:
- Да, я боялась, что ты перестанешь обращать на меня внимание, перестанешь меня любить. Но теперь понимаю, что нам просто необходим ребенок. Он же будет наш общий и мы будем заботиться о нем вдвоем. Мы все будем делать вдвоем, как раньше… как после свадьбы… Ты хочешь, ты хочешь чтобы у нас был ребенок?
Виктор:
- Я всегда хотел. Но сейчас, сейчас не слишком ли поздно? Ты…тебе…в этом возрасте….
Лора:
- Возраст не важен, ведь мы можем усыновить чужого ребенка…
Виктор:
- Чужого?
Лора:
- Ну, сначала, конечно, будет чужим. Потом мы привыкнем, он привыкнет - станет своим. 
Виктор:
- Лучше все-таки своего.
Лора:
- Значит ты не хочешь иметь ребенка? Хотя бы чужого?
Виктор:
- Это не просто… Это надо выбирать… Это неизвестно кто, от кого… И вообще, что еще из него вырастет...
Лора:
- Можно же проще. Давай усыновим такого, по которому уже видно, что из него выросло. Вот, Эндрю, например. Мы его уже знаем. Очень положительный молодой человек с твердыми моральными устоями. Вполне симпатичный…
Виктор:
- Он же совсем взрослый!
Лора:
- Тем лучше. Он уже образован, обеспечен. И к тому же адвокат, сможет быстро и без проблем на самого себя оформить необходимые документы.
Виктор:
- Парень он, конечно, неплохой. Бокс любит, как я понял... Что ж я не против, если это нам поможет.
Лора:
- Поможет-поможет… У нас будет наследник. У нас будут внуки. Только представь, нам будет о ком заботиться. Ну, вот закрой глаза. Видишь, фруктовый сад. Ты сидишь с газетой в кресле под цветущей яблоней…
Виктор:
- Я сижу с газетой в кресле-качалке под цветущей яблоней…
Лора:
- А вокруг тебя ползают орущие сопливые малыши.
Виктор:
- Да, идиллическая картина.
Лора:
- Значит ты одобряешь?
Виктор:
- Значит ты не хочешь развода?
Лора:
- Ну, если мы усыновим…
Виктор:
-  Эндрю, мы вас усыновим!
Эндрю:
- Шутите? 
Лора:
- Нисколько.
Эндрю:
- Но это невозможно. У меня уже есть родители.
Лора:
- Странно, у него есть родители. Мы об этом как-то не подумали.
Виктор:
- Точно, он же говорил про отца-адвоката.
Лора, вздыхая:
- У Эндрю есть родители…
Евгения:
- Да, у Эндрю есть родители. И эти родители здесь.
Эндрю:
- Нет, что вы, они сейчас дома. Ждут меня, говорят обо мне, мечтают, как я воплощу мечту их жизни. Им ведь, как они не старались, так и не удалось открыть собственную адвокатскую контору. Но я, я  буду стараться изо всех сил. Теперь эта уже и моя мечта. Собственная адвокатская контора. Она обязательно у меня будет. И когда родители выйдут на пенсию, я смогу содержать их. Матушка будет нянчить внуков, а отец – давать мне консультации по сложным делам – у него ведь такой опыт. И до конца их дней мы будем дружно жить в одном доме: матушка, отец, я и моя Шарлота.
Евгения:
- Нет, Эндрю, вы ошибаетесь, ваши родители не дома. Они здесь.
Эндрю озирается:
- Что вы имеете ввиду?
Евгения:
- Видите ли Эндрю. Ваши родители, ну те, которых вы считаете матерью и отцом, – это не  ваши настоящие родители. Они приемные родители. Они взяли вас из приюта. Взяли, воспитали, дали образование…
Лора:
- Как интересно.
Эндрю:
- Не может быть.
Виктор:
- Все, конечно, в жизни случается…
Майк Евгении:
- Ну, а ты-то откуда знаешь? Или тебе так понравилось за мной следить, что ты и на адвоката, как на меня, тоже досье собрала – следила, фотографировала, кри-пто-гра-фировала? Ты теперь о всех будешь справки наводить? Это может стать болезненным увлечением.
Евгения:
- Мне ли не знать? Мне ли не знать все об Эндрю. Все-все-все… Я сейчас раскрою вам страшную тайну. До сих пор еще никто ничего… Эндрю, Эндрю, он…
Лора:
- Неужели маньяк?
Виктор:
- Тот самый.
Майк:
- И на меня хотел все свалить.
Эндрю:
- Я не маньяк, что вы, я, я…
Евгения:
- Эндрю, он – мой ребенок. 
Эндрю:
- Не может быть.
Евгения:
- Очень может быть. У вас ведь есть с собой фотография ваших родителей?
Эндрю:
- Конечно-конечно (достает партмоне) Вот матушка, отец, Шарлота…
Евгения  рассматривает:
- Ну, Шарлота меня не интересует. Хотя, как ни странно, ее лицо мне кажется знакомым… Где-то я ее уже видела…
Эндрю:
- Да, она часто ко мне заходит.
Евгения возвращает фотографию Шарлоты:
- Впрочем не важно. Бог с нею. Посмотрите внимательно на фотографию отца, матери, на себя в зеркале и на меня. На кого вы больше похоже? На своих приемных родителей или на свою родную (всхлипывает) мать?
Эндрю рассматривает фотографии, Евгению, себя в зеркале:
- Глаза… Нос… Губы…
Лора, Виктор, Майк тоже рассматривают фотографии, Эндрю, Евгению:
-  Глаза… Нос… Губы…Да, здесь ничего похожего… А вот здесь явно родственная линия… Гены, никуда не попрешь… 
Евгения:
- Гены, сыночек, гены…
Майк:
- Евгения, но как, как это может быть? Ты же сказала, что не можешь иметь детей. Врачи подтвердили. И как мы не старались, у нас ничего…
Евгения:
- Это я сейчас не могу. А когда-то я была абсолютно молода и здорова. И глупа… Представьте себе - я влюбилась в рок-музыканта. Тогда он был безумно популярен. А сейчас, сейчас никто не вспомнит его имени. Уже тогда он начал экспериментировать с различными, как он говорил, творческими стимуляторами. И постепенно сошел со сцены. Где он сейчас? (пожимает плечами) Может умер от передозировки наркотиков. Или превратился в пропитанного алкоголем зомби. А может быть гниет в тюрьме за драку или растление несовершеннолетних. Не важно, что с ним сейчас. Но когда я в него влюбилась,  он еще был чертовски здоров. Чертовски здоров, и чертовски красив – эти глаза, Эндрю, (указывает на его глаза) это его глаза. И вся фигура – вылитый он. Тебя не тянет покурить травку?
Эндрю:
- Нет.
Лора:
- Меня, кажется, да.
Евгения: 
- А набить кому-нибудь физиономию?
Эндрю:
- Нет. 
Виктор тихо:
- Все-таки очень хочется.
Евгения:
- Заняться любовью с двумя или тремя девушками?
Майк тихо:
- Я не против.
Эндрю:
- Нет, только не это. Я люблю Шарлоту… (тихо) и кажется рок-н-ролл… 
Евгения облегченно вздыхает:
- Слава богу, ты унаследовал только лучшие его качества. И надеюсь мои… Я так любила тебя. Помню твои крошечные пальчики, твои губки, сосущие мою грудь… Какое сладкое чувство…
Лора:
- Какое сладкое чувство… И вы отказались от любимого ребенка?
Майк:
- Как ты могла?
Эндрю:
- Почему?
Евгения:
- Конечно, сама я бы никогда так не поступила. Но родители, они считали такую беремененнось и моим позором, и их собственным. В общем они устроили так, что я родила без огласки. Это был мальчик. И его тут же отдали в приют.
Лора:
- Собственного ребенка…
Виктор:
- …отдать в приют.
Майк:
- Тебе было тяжело…
Эндрю:
- Вы страдали?
Евгения Эндрю:
- Не то слово, мой мальчик. Я приходила в приют каждую неделю. Эндрю, я смотрела на тебя на прогулках. На твои первые шаги. На твои глаза, ищущие свою мать. Я смотрела на тех, кто приходит выбирать себе детей. Я была так рада, когда тебя взяла пара адвокатов. Это были приличные люди. Они могли обеспечить тебе будущее. И я поняла, что твоя жизнь сложится. Я тебе больше не нужна... И я думала родить еще ребенка, а может не одного, и забыть о тебе. Отдать себя своей официальной семье. Но как оказалось, большего мне не дано. Как сказали врачи, это счастье, что вам удалось проделать это хотя бы однажды. Так что, Эндрю, ты - единственный мой сын.
Виктор:
- Да, если его представить в женском платье, с прической… то действительно смахивает.
Лора:
- Как две капли воды.
Эндрю робко:
- Мама?
Евгения:
- Мама… Как я мечтала услышать это слово. Когда  я поняла, что у меня больше не будет детей, я стала пристально следить за тобой, за твоей карьерой, помогать тебе насколько это возможно. Я рекомендовала тебя своим знакомым. 
Эндрю:
- И значит та моя первая важная клиентка, которую почему-то доверили мне…
Евгения:
- Это была моя подруга.
Эндрю:
- А второй клиент. Приятный старичок, с которым мы целую ночь провели в Южном парке?
Евгения:
- Это мой дядя. Твой двоюродный дедушка.
Эндрю:
- Ведь благодаря этим двум первым клиентам, которые оставили в книге записей благодарственные записи, меня приняли на постоянную работу.
Евгения: 
- И здесь, думаешь, здесь ты оказался случайно? Думаешь, случайно тебе достался этот заказ по оформлению бракоразводного процесса. Да какая-то девушка, (задумывается) девушка рекомендовала тебя, но и без нее этим случаем все равно занимался бы только ты. Я должна была поддержать твою карьеру, дать тебе новый шанс проявить себя. Но прости, прости меня, Эндрю!
Эндрю:
- Мама, я схожу с ума…
Майк:
- Я тоже. У нас есть ребенок…
Евгения:
- Наконец, наконец, я открылась тебе, Эндрю. И тебе, Майк. Теперь я больше не буду плакать ночами в подушку… 
Эндрю смелее:
- Мама.
Лора:
- Мама, твоя мама. Твоя родная мать. Так обними же ее.
Эндрю бросается в объятия Евгении:
- Мама.
Евгения:
- Сынок.
Майк:
- Сынок?
Виктор жмет Майку руку:
- Поздравляю.
Лора тянет Виктора в сторону:
- Все, Виктор. Я все передумала. Я решила. Я решилась. У нас будет неприемный. У нас будет свой собственный ребенок… 
Виктор:
- А фигура? 
Лора:
- А фигура… Над ней можно поработать, сохранить как-нибудь. Я буду ходить на фитнес. Я буду ограничивать себя в пирожных. В конце концов черт с ней с этой фигурой. Как только представлю себе крошечные пальчики, губки, сосущие мою грудь… Какое сладкое чувство. И еще услышать – мама, ма-ма…
Виктор:
- Папа… Па-па?... Папа! Значит, у нас будет свой собственный ребенок. Как у них…
Лора:
- Даже лучше. Он будет совсем наш. И он будет девочкой.
Виктор:
- Лучше все-таки он будет мальчиком.
Эндрю:
- Господи, какой счастливый вечер. Я обрел настоящих родителей.
Евгения Эндрю:
- Да, это несказанное счастье прижать к груди своего сына. Сделать то, о чем столько лет мечталось. Свершилось, свершилось! Вот только знаешь, лучше не говорить об этом твоим нынешним родителям. Ведь они так много для тебя сделали. И они достойны полноценного родительского счастья. 
Эндрю:
- Но я, я хотел бы познакомить вас с Шарлотой. Я хочу пригласить вас, вас всех на нашу свадьбу.  Приходите, мне будет приятно. И не беспокойтесь наша с Шарлотой свадьба будет не хуже, чем у всех. Вот (достает бумажку). Я же записал. У меня тоже  будет три белых лимузина. Большой симфонический оркестр в белом. Пятьдесят официантов. Тоже  все в белом.
Евгения:
- Ну, конечно, мы придем. Только ты скажешь родителям, что мы твои очень важные клиенты.
Лора:
- Спасибо за приглашение. И мы, если сможем, конечно…
Виктор:
- Да, как друзья очень важных клиентов.
Эндрю:
- Как не просто жить... Через столько лет заблуждений обрести свою мать и не сметь ни с кем поделиться своем счастьем. А Шарлоте? Можно сказать Шарлоте?
Майк:
- Шарлоте, думаю, можно.
Евгения:
- Но только после свадьбы.
Эндрю:
- После свадьбы…
Евгения:
- После свадьбы мы будем тайно видеться с тобой.
Майк:
- Да мы найдем повод. Мы тебе еще какое-нибудь адвокатское дело подбросим. Не бракоразводное, конечно. Но что-нибудь придумаем. Что-нибудь вроде жестокого обращения с супругой…
Евгения:
- Майк?
Майк:
- Ну или с супругом.
Лора:
- Мы можем выступить свидетелями.
Виктор:
- Или соучастниками.
Эндрю:
- Тайно видеться со своей родной матерью… Какая странная, странная жизнь у меня начинается…
Евгения:
- И, конечно, на наши как бы деловые встречи ты можешь приходить со своей девушкой…
Эндрю:
- С Шарлотой.
Евгения:
- С Шарлотой. Сначала вы будете приходить вдвоем. А потом у вас будут наши внуки.
Эндрю застенчиво:
- У нас ваши внуки… 
Евгения:
- Я стану их качать руках. Как когда-то тебя…
Эндрю:
- Мама…
Лора:
- И совсем скоро бабушка.
Виктор Майку:
- Как бы… дедушка…
Майк:
- Только детям тоже какое-то время не нужно будет говорить, что мы их настоящие бабушка и как бы дедушка... 
Евгения:
- Да, до тех пор пока мы живы.
Эндрю:
- Это жестоко…
Евгения:
- Это жизнь сынок. Но у нас ведь будут и веселые, счастливые вечера. 
Эндрю:
- Счастливые? Как сегодняшний вечер?
Евгения:
- Как сегодняшний вечер.
Лора:
- Действительно потрясающий вечер. Вы знаете, мы безумно, безумно были рады с вами.  И мы очень, очень благодарны вам. Вы помогли нам лучше понять друг друга, вы навели нас на мысль, которая несомненно изменит нашу жизнь, изменит ее к лучшему. И мы хотим сделать эти изменения, как можно быстрее. И простите, мы уходим. Мы очень спешим (берет Виктора под руку) 
Виктор:
- Да это не терпит отлагательства…
Евгения:
- Что ж счастливого вам изменения. 
Лора и Виктор уходят:
- До свидания.
Майк:
- Счастливо.
Эндрю:
- Ждем на свадьбу.

Седьмая картина 

Эндрю:
- Какая жалость, что здесь нет Шарлоты. Как бы она сейчас радовалась вместе со мной. Но потом я все, все расскажу ей. Какой чудный, замечательный вечер.
Евгения:
- Да уж, ничего не скажешь, вечер удался. Сначала слежка Майком. Долгое томительное ожидание в шкафу. И вот я вижу мужа в объятиях любовника. Такой взрыв ревности, негодования. Потом успокоение. А потом какая гениальная мысль пришла в голову – выдумать себе сына. И даже успеть насладиться материнством. Замечательный вечер. Я ни скучала ни минуты. Как давно мне не было так хорошо…
Эндрю:
- Мама, о чем ты? 
Майк:
- Евгения, ты, ты все это выдумала? Вот не ожидал от тебя…
Евгения:
- А я от тебя тайных встреч с женщиной в гостинице ожидала?
Эндрю:
- Мама, тебе плохо?
Евгения:
- Сынок, я же сказала -  мне очень хорошо. Я чудно провела этот вечер.
 Эндрю:
- Мама, объясни же…
Евгения:
- Мама ждет тебя дома. А меня, нас всех, если хочешь, прости. Это было так - шутка. 
Эндрю:
- Шутка?
Евгения:
- Ну да шутка. Розыгрыш. Мой муж порезвился с чужой женщиной. Я тоже не отказала себе в удовольствии поимпровизировать.
Эндрю:
- Ты, вы не мама?
Майк:
- И как я не догадался?
 Эндрю:
- Но зачем, зачем?
Евгения:
- Ты еще слишком молод, мой мальчик. Ты не знаешь, что тебя ждет впереди. Это сейчас у тебя романтическое время ухаживания, фантазий, мечтаний. А когда самые смелые мечты, связанные с твоей Шарлотой, воплотятся в реальность, когда три белых лимузина скроются за поворотом, когда отыграет большой симфонический оркестр и разойдутся пятьдесят официантов, когда соседи перестанут говорить вам вслед «какая чудесная пара», когда у тебя будет триста семьдесят пятая брачная ночь, когда ты будешь жевать у телевизора с мужем восемьдесят пятую тонну попокорна, когда вы в двухтысячный раз обсудите каждую мелочь из вашего прошлого, настоящего и будущего, когда ты перестанешь замечать того, кто рядом с тобой, вот тогда, тогда тебе захочется чего-нибудь такого, особенного, непредусмотренного обыденной семейной жизнью. И я понимаю Лору, которая откликнулась на объявление Майка. И я понимаю Майка, который дал это объявление. Это же до какого состояния семейной жизни должен был дойти мой погруженный  в науку, мой никогда не блиставший романтической фантазией Майк, чтобы додуматься дать такое объявление.
Майк:
- Я же говорил, что я не сам. Мне про объявление девушка подсказала, в коридоре в нотариальной конторе, пока ты обсуждала завещание своей тети.
Евгения:
- Но ты ведь не сказал этой девушке, что это бредовая идея. Ты ее воплотил. Ты оказался здесь – в «научной командировке»…
Майк:
- Да. Не сказал… Воплотил… В научной командировке…
Евгения:
- Я ведь никогда не ревновала тебя. А тут так вдруг возбудилась от мысли следить за тобой. И занимаясь наследством тетушки наняла первого рекомендованного мне адвоката… 
Эндрю:
- Вы посмеялись надо мной?
Евгения:
- То, что здесь оказался именно ты – просто случайность. 
Майк:
- И то, что здесь оказались именно мы тоже случайность. Я подозреваю, что на нашем месте могла бы оказаться любые супруги, прожившие в браке более одного года…
Евгения:
- Дорогой, Эндрю, прости нас. Пойми и прости. И может быть ты утешишься тем, что сделал большое дело. Тебе благодарны Лора и Виктор. И мы благодарны тебе за этот вечер, который так чудесно провели вместе ..
Эндрю:
- Как хорошо, что здесь не было Шарлоты.
Лора:
- Может быть и ей бы понравилось?
Эндрю:
- Исключено.
Евгения:
- Не будьте так категоричны. Думаю, после вашей свадьбы пройдет совсем немного времени, и вы вспомните этот вечер. Вспомните все в деталях: то, как лежали под кроватью, то, с каким восторгом обретали новую мать… И возможно захотите пережить что-нибудь новое, необычное в своей потихоньку сереющей семейной жизни…
Эндю:
- Никогда. Ни-ко-гда.
Майк:
- Не зарекайтесь, молодой человек. Семейная жизнь – такая штука…
Евгения:
- Не будем спорить. И давайте, не будем вам больше задерживать. Бегите, мчитесь к своей невесте. И мы тоже пойдем.
Майк:
- Да, мы идем домой. Я хочу подумать, мне есть над чем подумать…
Евгения:
- Нам есть еще о чем поговорить. До свидания, мой мальчик. До сви-да-ни-я…
Эндрю:
- До свидания ма… Прощайте.
 Евгения и Майк уходят:
- Вот уж не ожидала от тебя… А я от тебя. Это невозможно представить… 
Дверь закрывается. Некоторое время Эндрю сидит неподвижно. Потом собирает бумаги. Оглядывается: 
- Ужасный вечер…Ужасный… Странный… Очень необычный. Интересно, чтобы сказала Шарлота, будь она здесь. Сказала бы что это не совсем здоровые люди? Разве можно так относиться к браку. Это же серьезное дело... А вдруг, а если, если все, абсолютно все люди сходят с ума после свадьбы. Я ведь не знаю. Да, вдруг через какое-то время проведенное вместе люди начинают как-то по особому воздействовать друг на друга. Воздействовать и изменяться, становиться пусть не физическими, но моральными монстрами, пожирающими друг друга и всех, кто им попадется под руку – родственников, друзей, знакомых, своих адвокатов... Но ведь мои родители – они так счастливы в браке. Они столько лет вместе и они по-прежнему довольны друг другом. А может, может они притворяются? И что, что же мне делать? Перенести свадьбу? На месяц, на год, на три? А может совсем не женится? Ведь еще не поздно. Конечно, не поздно, можно просто сказать, что я передумал: «Шарлота, я передумал. Понимаешь, мне нужно время. Я должен окончательно все взвесить и решить. Я еще не готов к семейной жизни…» Но нет, она будет рыдать и у меня не выдержит сердце. Нет, нет, нет…. Все это ерунда. Нет у нас все будет по другому. Мы с Шарлотой любим и будем любить друг друга всегда, вечно… Нам никогда не наскучить быть вместе. Мы никогда не станем искать развлечений на стороне. Каждый вечер она с нетерпением будет ждать меня с работы. Я с нетерпением буду ждать возвращения. Мы будем счастливо будем проводить все свободное время вместе: играть в лото, читать друг другу стихи, петь песни… (напевает)
Хари-кришна, кришна-хари, 
Хари-кришна, кришна-хари...

	Эндрю выключает свет. Уходит, продолжая напевать. В углу слышится звук отодвигаемого кресла. Из-за него встает женская фигура, пересекает комнату. Отчетливо слышится стук каблучков. Женщина открывает дверь и уходит.

Конец