ПОСТФАКТУМ,
или  РЕВИЗОР - XXI

Комедия

Действующие лица

Никанор Никанорович Притоков – губернатор Примусинского края
Валентина Васильевна Зиновьева – его секретарь
Нателла Катериновна  Обмирайте – его  жена
Вадим Кириллович Тимошин – мэр  города Примусинска
Андрей Николаевич Челобитин – аудитор  ВРУ (Высшего Ревизионного 
                                                                Управления)
Валерий Иванович Дунаев – помощник  аудитора
Лидия Петровна Быстроделова – начальник департамента культуры
                                                                 и образования
Зураб Георгиевич Хачапурян – начальник продовольственного 
                                                            департамента
Дорофей Карпович Непейпиво – начальник департамента внутренних дел 
Игорь Сергеевич Гордеев –  советник губернатора
Ройтман Яков Петрович – главный редактор газеты «Примус для всех»
Ройзман Петр Яковлевич – генеральный директор телекомпании
Мирон Михайлович Мелитонов – глава банка  
Павел Степанович Колесов – директор  завода
Дула – юноша из партии «Ковыль»                   
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
В губернаторском кабинете секретарь Валентина Васильевна готовит стол к заседанию: раскладывает бумаги,  карандаши, расставляет бутылки с водой. Постепенно появляются приглашенные. Первыми входят РОЙТМАН и РОЙЗМАН.

РОЙЗМАН. Не знаешь, по какому случаю сбор? 
РОЙТМАН. А шут его... Здрасте, Валентина Васильевна, что за аврал? Мне же номер подписывать! График!
ЗИНОВЬЕВА. Начальству виднее.
МЕЛИТОНОВ (входя). Привет работникам пера и орала!.. Мадам, вы сегодня смотритесь на тыщу баксов!
ЗИНОВЬЕВА. Без комплиментов! Лучше – наличными.
МЕЛИТОНОВ. Друзья, а почему все зовут вас Ройтман да Ройзман? У нас каждый имеет право на имя. Так воюйте за свое имя, черт возьми! 
РОЙЗМАН. Мы мирные люди…
РОЙТМАН. Имена наши – культура ваша…
МЕЛИТОНОВ. Один – один! Не зря мне бабушка говорила: журналистам палец в рот не клади. Отгрызть не решатся, но куснуть могут.
                   Входят Быстроделова, Хачапурян и Непейпиво.
БЫСТРОДЕЛОВА. Всем – добрый  день! Валентина Васильевна, мне никто не звонил?
ЗИНОВЬЕВА. Сюда?
БЫСТРОДЕЛОВА. Уходя, я просила переключать самые важные звонки на вашу приемную.  
ЗИНОВЬЕВА. Нет, пока не звонили.
РОЙЗМАН (Обращаясь к Непейпиво). Дорофей Карпович, вы не забыли – у вас прямой эфир…
НЕПЕЙПИВО. В шесть, если не ошибаюсь?
РОЙЗМАН. В шесть. Но прийти надо бы на полчаса раньше – грим наложить, в студии освоиться…
МЕЛИТОНОВ. Его под гримом  не   скроешь, тут маска-шоу  нужна!
Появляются ГОРДЕЕВ и КОЛЕСОВ
ГОРДЕЕВ. Вам бы, Мирон Михайлович, не шутить с милицией.
МЕЛИТОНОВ. Эт-точно!  Но последний вопрос можно? Дорофей Карпович,  почему все-таки  НЕ-ПЕЙ-ПИВО? Это вам кто, папа запретил? Или еще папе – дедушка?
БЫСТРОДЕЛОВА. А вы знаете, это фамилия казацкая, я  где-то читала. У запорожских казаков было много подобных прозвищ: Небыйбатька, Нетудыхата, Незовывитер… А потом они стали фамилиями.
МЕЛИТОНОВ. (В тон, негромко) Нетудымозгы, Небэрывзяткы…
ТИМОШИН (Войдя и усаживаясь ближе всех к главе стола). Салют честн0й компании! Валюша, зови шефа.
ЗИНОВЬЕВА  (по селектору): Никанор Никанорович, все в сборе. (Выходит в приемную после того, как ПРИТОКОВ появляется из другой двери – видимо, из комнаты отдыха).
Притоков.. (Оглядев присутствующих, говорит в настольный микрофон) Я пригласил вас, господа, чтобы сообщить… черт знает что! Опять этот микрофон не работает!.. Валентина! (Секретарь возвращается) У нас когда-нибудь!.. в чем-нибудь!..  будет порядок?
ЗИНОВЬЕВА. До сих пор всё работало…
ПРИТОКОВ. Значит, это мы  всё  сломали?!  
ЗИНОВЬЕВА. Я поняла, Никанор Никанорович.
ПРИТОКОВ. «Поняла»… Хорошо бы мне что-нибудь понять в этом го… государстве! Ладно, иди… В общем, должен сообщить вам малоприятное известие. К нам едет чиновник. Из Петербурга.
РОЙТМАН. Как из Петербурга?!
Ройзман. Почему из Петербурга?!
ПРИТОКОВ. «Как» да «почему»... Вам-то что за разница – откуда едет. Аудитор он! Из ВРУ… 
РОЙТМАН. Кто, простите, врет?
ГОРДЕЕВ. ВРУ – это Высшее Ревизионное Управление. 
РОЙТМАН. А, понятно…
ТИМОШИН. Так ведь оно совсем недавно нас проверяло. Инспекторов… сколько? –  недели две как проводили…
ПРИТОКОВ: Проверяют  инспектора, а отчет на коллегию представляет аудитор. Вот и хочет, наверно, сам посмотреть, чего они тут наковыряли. Постфактум, так сказать…
ТИМОШИН: Не царское это дело –  за подчиненных по углам шарить. Тут что-то другое. 
Хачапурян: Угостим,  да и с богом.
ПРИТОКОВ: Здоров ты угощать!.. Ему что, в Питере или Москве выпить не с кем? Ради твоей персоны только и летит?
БЫСТРОДЕЛОВА. А вы знаете, кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет. Чего нам бояться?
ПРИТОКОВ. Бояться надо всегда! 
ТИМОШИН. (Вполголоса) Особенно  если  ручонки не отмыл…
ПРИТОКОВ. (Услыхал) Ты, Вадим Кириллович, не торопись меня сдавать. Ты сначала выборы выиграй. А то своими портретами город увешал – и думаешь, уже любимый вождь?
ГОРДЕЕВ. Народ их уже за иконы принимает, того гляди молиться  начнет…
ТИМОШИН. Ну как же без тебя, Игорь Сергеич?! Ты у нас – ровно шут при царе: всё тебе сказать дозволено, любого облаять можешь… 
БЫСТРОДЕЛОВА. Кстати, а какой у вас рейтинг?
ТИМОШИН. Не жалуюсь!
РОЙТМАН и РОЙЗМАН (Встают. Вместе) По данным последнего опроса…
ПРИТОКОВ. Может, всё же по одному?
РОЙТМАН и РОЙЗМАН (Вместе) По данным последнего…
РОЙЗМАН. Ладно, давайте вы, Яков Петрович!
РОЙТМАН. Нет, теперь уж вы, Петр Яковлевич!
РОЙЗМАН.  Пожалуйста, пожалуйста, Яков Петрович!
РОЙТМАН. Ну, что вы, Петр Яковлевич!
ПРИТОКОВ. Кончайте ваньку валять! Ройтман, докладывай!
РОЙТМАН. По данным последнего опроса нашего социологического института, рейтинг действующего губернатора  на сегодняшний день составляет 51, 35 процента, в то время как показатель его ближайшего конкурента…
ГОРДЕЕВ. Фамилию подсказать?
РОЙТМАН. … Вадима Кирилловича Тимошина – 37, 69 процента.
РОЙЗМАН. Странно, у меня другие данные…
ПРИТОКОВ. Что значит – другие?
РОЙЗМАН. По данным последнего опроса нашего социологического института, рейтинг  Тимошина – 62 процента, а у вас, Никанор Никанорович…
ПРИТОКОВ. Чушь это всё – ваши рейтинги, фитинги… Главное сегодня – это ВРУ проклятое! 
КОЛЕСОВ. (Чтобы сменить тему) Думаю всё же, Никанор Никанорович,  нет повода для паники. Наше дело – работать,  их дело – проверять.  
ПРИТОКОВ. Слушайте! Как же мне эта болтовня надоела! Нич-чего по делу решить не можем! Я вас пригласил  посоветоваться, а вы – возражаете! Раньше бы… Вынес вопрос на бюро – и каждому по инфаркту. С занесением! А тут распетушились. Придумали: что не запрещено, то разрешено – и  думаете, никто ничего не видит! Мол, народ-Емеля у речки сидит, свою щуку ждет … (Неожиданно грозно) Очнется – увидит! Спохватимся, да поздно. Одну власть уже профукали, прос…пали… А ведь прав, ой, прав был Ильич на все времена: партия, которая зажралась, - обречена!  
ГОРДЕЕВ. Зазналась…
ПРИТОКОВ. Что?
ГОРДЕЕВ. Он говорил: зазналась…
ПРИТОКОВ. (Успокаиваясь) Зазналась, зажралась – какая разница?
ГОРДЕЕВ. А кто едет, не известно?
ПРИТОКОВ. Челобитин, кто ж еще! Его гвардейцы у нас проверку вели…
КОЛЕСОВ. О-о, личность известная. Мужик принципиальный, честный. 
МЕЛИТОНОВ. Ну, быть честным теперь модно.
ТИМОШИН. Честным быть всегда модно. Правда, топ-моделей по этой части маловато…
НЕПЕЙПИВО. Видно, такая мода дорого обходится – не каждому по карману.
ПРИТОКОВ. Еще один философ объявился! Ты лучше ответь, почему у тебя  преступлений совершается  всё  больше, а преступников осужденных – всё меньше? 
НЕПЕЙПИВО. Я вам уже докладывал, Никанор Никанорович: нам правовой базы не хватает. Он машину угнал – говорит: взял покататься. За что его судить? Носит оружие без разрешения – говорит: нашел. И адвокат его в суде защитит.. Вчера в кафе человека убили – мы объявили операцию «Перехват», но задержать пока никого не удалось…
ПРИТОКОВ. «Захват», «Перехват»… Ты б лучше операцию «Ухват» объявил – наши бабы, если возьмутся, они себе враз правовую базу  найдут!.. Ну, всё - давайте к делу. Между собой собачиться можем сколько угодно, а на людях  блох трясти, думаю, никому не охота. 
КОЛЕСОВ. Мне, по правде говоря, эта проверка только на руку. Я инспекторам сам подсказывал: министерство бюджетные деньги заводу не платит – так  что, если и нарушили мы какую графу, то не от хорошей жизни.. 
ГОРДЕЕВ. А про то, как три месяца людям зарплату не выдавал, чтоб себе мерседес купить, – тоже  подсказал?  О коттедже  я  уж  не  говорю…
КОЛЕСОВ.  Так ведь без «мерса» к нужному человеку теперь за версту не подъедешь! Никанор Никанорович, как вопросы решать? Я еще со своей солдатской службы усвоил, как нас начальство оценивает: подход – «пять», ответ – «два», отход – «пять», общая – «четыре»! А зарплата… Народ у нас запасливый.. Помните советские времена?  В магазинах полки голые, а по домам – что ни холодильник, то закрома родины. Вот и теперь без зарплаты никто не умер – у меня она даже целей	 будет!  
                                            РОЙТМАН что-то пишет в блокноте.
Ты что там  царапаешь, желтая  пресса? 
РОЙТМАН. Да просто…
ПРИТОКОВ. Между прочим, у нас не то мероприятие, которое надо   освещать. Уберите блокноты. Павел Степанович прав: надо постараться из проверки извлечь максимум  пользы для края.  Что такое наш Примусинск? Нефтяная столица региона! Вот и покажите, что краю надо помогать. Деньгами,  льготами…	 Пусть простые люди выскажутся. Как вы там это делаете? Блиц-опрос, мониторинг общественного мнения… Мирон Михайлович, ты поддержи прессу материально.
МЕЛИТОНОВ. Да они и так кредит за кредитом… 
ПРИТОКОВ. Слушай, банкир, ты случаем  не забыл, что деньги в твоем банке лежат наши? Я имею в виду – краевой администрации. А то ведь можем и другую кубышку подыскать. Дивиденды по акциям годами не платишь – капитализация, видишь ли! Проценты по вкладам копеечные – люди жалуются… А свои офисы в мрамор одел! Не по чину живешь!
МЕЛИТОНОВ. Так ведь имидж дорогого стоит, Никанор Никанорович. Да и не сунется  к нам этот Черемисин… 
ГОРДЕЕВ. Че-ло-би-тин! 
МЕЛИТОНОВ. Пускай себе Челобитин… Мы – предприятие частное, а ВРУ, если не ошибаюсь, только бюджетные деньги контролирует.
ПРИТОКОВ. Частное, говоришь? А как тридцать миллионов под гарантии краевого бюджета брал – забыл? И где они?
МЕЛИТОНОВ. В дело пошли, вы же знаете… 
ГОРДЕЕВ. В дело и пойдут. Вопрос только – по  какой статье?
ПРИТОКОВ. А ты не каркай, остряк-самоучка! Не ты ли  мне насоветовал  дать эти  гарантии?
ГОРДЕЕВ. Между прочим, ВРУ по закону – не карающий орган. У него нет правоприменительных полномочий.
БЫСТРОДЕЛОВА. Чего нет?
ГОРДЕЕВ. Да ничего нет! Акты, отчеты… Я ж был депутатом Госдумы – знаю: никто их не читает, эти отчеты.  Разве только если проверка заказная…
БЫСТРОДЕЛОВА. А что, и такие бывают?
ПРИТОКОВ. Ох, Лидия Петровна, как же ты хорошо сохранилась…
БЫСТРОДЕЛОВА. А вы знаете, я слыхала, этот Челобитин – очень интересный мужчина!
МЕЛИТОНОВ.  Так, может, ему это… Непейпиво, может, подберешь ему кого-нибудь на ночь, а? С улицы разбитых красных фонарей…
ТИМОШИН. Смотри, как бы он тебе фонарей не набил! 
ПРИТОКОВ. Вот трепачи!
ХАЧАПУРЯН. Никанор Никанорович, я думаю, все-таки хороший ужин не помешает. Ведь «гость» - от слова «угостить», правильно?
ГОРДЕЕВ. Наугощали уже! Когда министр прилетал, и мы ему с вертолета поля показывали – ты сколько под это дело списал? (берет со стола ПРИТОКОВА  бумагу) Вот, ВРУ насчитало: коньяк – пять ящиков, водка – семь, икра, балык, сервелат, буженина, куры копченые, бастурма, анчоусы… Тут еще и про банкет в честь делегации из Златогорска – тоже  не слабо закусили… 
ХАЧАПУРЯН. А ты там не был? 
ГОРДЕЕВ. Был, конечно. Я про то, что Челобитина шашлыком не умаслишь. Да и не пьет он, по-моему.
ПРИТОКОВ. Ну, по-твоему – и вправду никто не пьет! (Все оживились, ГОРДЕЕВ потупился) Зураб Георгиевич, тут бы что-нибудь оригинальное… Чтоб удивить так удивить! 
РОЙЗМАН. Можно его в Розовую Падь свозить, в заповедник…
МЕЛИТОНОВ. (С энтузиазмом) Во! И медвежатинкой угостить…
РОЙЗМАН. Ну, зачем медвежатинкой? Просто показать наши богатства… И в каком они состоянии… Он поймет, что у края большие перспективы, большие потребности…
БЫСТРОДЕЛОВА. А вы знаете, богатства России будут прирастать Сибирью!
ГОРДЕЕВ. Это вы сами так решили?
ПРИТОКОВ. Угомонись, Игорь Сергеич… А ты, Лидия Петровна, на него не обижайся.  Лучше подготовь аргументы. Инспектора тут вон что понаписали (заглядывает в акты). Школы ремонтировали – кровельных материалов пошло, как будто весь город под крышу подвели. Костюмы для народного хора купили – их в наличии не обнаружилось... 
БЫСТРОДЕЛОВА. А вы знаете, костюмы действительно украли! Мы-то  хотели как лучше, а получилось…
Голос ЗИНОВЬЕВОЙ по громкой связи: Никанор Никанорович, возьмите, пожалуйста, трубку.
ПРИТОКОВ (в телефонную трубку). Слушаю. Здравствуйте, Андрей Николаевич!.. Я в курсе… Ну, рейс вы не очень удачный выбрали – утром у нас туманы, придется вам у соседей пережидать. Я могу туда машину послать, встретить… Ну, в Примусинске  для гостя лишний бак бензина не найти… Тоже правда!.. Хорошо… Ждем. (Положив трубку) Он мне будет объяснять, с чего начинается родина!.. В общем, ни о чем мы толком не договорились, действуйте по обстановке. А тебя, Вадим Кириллович, особо прошу: ну, будешь, будешь ты губернатором – придет твое время. Только не  надо по моим костям топтаться! Ведь когда-нибудь и тебе скажут: Акело постарело… 
ГОРДЕЕВ. Акела.
ПРИТОКОВ. Что?
ГОРДЕЕВ. У Киплинга – Акела.
ТИМОШИН. Ты что это, Никанор Никанорович? На тебя не похоже…
ПРИТОКОВ. Ладно! Как знаешь… 
РОЙЗМАН (по мобильному телефону). Света, передай  репортерам – через час планерка. И пусть готовят все камеры!
ГОРДЕЕВ. Уже?!
МЕЛИТОНОВ. Типун тебе!
Действие второе
Двухкомнатный номер «люкс» в  краевой гостинице. Помощник аудитора ВРУ ДУНАЕВ уютно устроился  на диване. Рядом – журнальный столик с фруктами, телефоном и ноутбуком, за диваном – бутылка пива.  ДУНАЕВ  смотрит по телевизору  какой-то фильм, время от времени отвлекаясь то бутылке, то к компьютеру. 

ДИКТОР. Шестьдесят пятую серию фильма «Кровожадные секс-бомбы»  смотрите завтра в это же время. Далее на нашем канале – телешоу «Кто хочет быть дебилом». Победителя ждет увлекательнейший тур на двоих  в непроходимые джунгли Амазонки! Реклама пройдет быстро. Оставайтесь с нами! 
ДУНАЕВ. (Выключает телевизор) «Оставайтесь!» Я бы остался, да шеф с минуты на минуту вернется, обзор прессы потребует, а у меня еще конь не валялся… Впрочем, «Коммерсант» есть…  «Комсомолка» тоже… «Ведомости»… «Примус для всех» - это краевая… Могли бы нам побольше места уделить! Лондонская «Индепендент» - и та солиднее  подала. (Читает) «В Примусинск, крупнейший краевой центр Восточной России,  прибыл аудитор Высшего Ревизионного Управления Андрей Челобитин. Прямо на аэродроме он заявил журналистам, что проверка  вскрыла здесь серьезные нарушения в  расходовании бюджетных средств. Подробностей он не сообщил, сославшись на то, что закон запрещает их обнародовать до представления в парламент, однако заметил, что в его намерения входит лично повлиять на искоренение подобных явлений. Некоторые наблюдатели полагают, что Челобитин может выставить свою кандидатуру на предстоящих выборах губернатора края»… Интересно, какие догадливые у них наблюдатели! Небось, сам кому-то и намекнул. (Напевает на мотив «Америка, Америка») Политика, политика, ай мэйк ит вэл фо ю! Политика, политика, билив ми тзэт из тру…  
Энергично входит ЧЕЛОБИТИН – высокий, стройный, молодцеватый.
ЧЕЛОБИТИН. Ну, как дела?
ДУНАЕВ. (Вставая) Все в порядке, Андрей Николаевич. Пресса  хорошая, если не считать…
ЧЕЛОБИТИН (перебивая). Что пишет «Нью-Йорк Таймс»?
ДУНАЕВ. «Нью-Йорк Таймс» молчит. 
ЧЕЛОБИТИН. Как – молчит? Почему?
ДУНАЕВ. Не знаю. 
ЧЕЛОБИТИН. Может быть, вы вчерашний номер смотрели?
ДУНАЕВ. Да нет, сегодняшний…
ЧЕЛОБИТИН. Странно! Ведь обещали! (Уходит в ванную комнату. ДУНАЕВ быстро убирает бутылку подальше. ЧЕЛОБИТИН возвращается, вытирая руки полотенцем). Любое дело надо делать чистыми руками! На прием есть кто-нибудь?
ДУНАЕВ. Да, вот список. 
Открывается дверь, и на пороге появляется ДУЛА..
ДУЛА. Извините… 
ЧЕЛОБИТИН. Одну минуту! 
ДУЛА исчезает..
(Читает) Так… Мэр… директор завода… президент банка… начальник департамента культуры… Чиновнички пошли!  Валерий Иванович, захватите, пожалуйста, полотенце – если  вам не трудно…
ДУНАЕВ.  Мне не трудно. Андрей Николаевич. (Забирает полотенце и уносит в ванную) Там еще несколько человек из общественных организаций, но это уж как получится… 
ЧЕЛОБИТИН. Примем всех, Валерий Иванович! Люди приходят – значит,  мы им нужны. (Садится за стол и открывает свой ноутбук, с которым никогда не расстается). Приглашайте, Валерий Иванович… Если вам не трудно… 
ДУНАЕВ.  Мне не трудно, Андрей Николаевич. (Открывает дверь). Вадим Кириллович? Пожалуйста!

Входит ТИМОШИН. ЧЕЛОБИТИН встает ему навстречу, пожимает руку – по всему видно, что сегодня они уже виделись.

ЧЕЛОБИТИН. Прошу вас, присаживайтесь.
ТИМОШИН. Спасибо. Я, Андрей Николаевич, напросился на эту встречу…
ЧЕЛОБИТИН. Пожалуйста, пожалуйста!
ТИМОШИН. У меня разговор, можно сказать, конфиденциальный…
ЧЕЛОБИТИН. (Дунаеву) Валерий Иванович, будьте добры, постарайтесь, чтобы нам не мешали… если вам не трудно!
ДУНАЕВ. (Немного обиженно) Мне не трудно, Андрей Николаевич. (Выходит за дверь)
ТИМОШИН. Это желание, Андрей Николаевич, возникло сразу после митинга – там, на заводе. Вы сказали, что хотите создать новую партию… Скажу прямо: мне импонирует ваша программа, и я хотел бы… в общем, думаю, смогу быть полезным!
ЧЕЛОБИТИН. Да?! Я очень  рад! (Начинает ходить по комнате)  Я знал… Я просто убежден, что именно в глубинке есть люди, готовые служить национальным интересам, которые… (Словно спохватившись) Но… Вы же в некотором роде  в команде губернатора! 
ТИМОШИН. Состоял! Я действительно поддерживал  Притокова на прошлых выборах…

Челобитин жестом прерывает его, прикладывает палец к губам, а другой рукой делает многозначительный круг, намекая на подслушивающие устройства.

ТИМОШИН. (Понизив голос) … И стал при его содействии главой городской администрации… Но стоило вникнуть  в конкретные проблемы… Вы посмотрите, что стало с краем! Раньше каждый шестой примус земного шара горел на нашем бензине. Наш край с гордостью называли «всесоюзной керосинкой»! А теперь? Как показала проверка ВРУ – ваша  проверка, Андрей Николаевич! – всё это богатство разворовано, поделено между своими. Недра распродаются иностранным компаниям…
Снова распахивается дверь, и в комнату вбегает ДУЛА. 
ДУЛА. Извините…
ЧЕЛОБИТИН. Одну минуту!
ДУЛА исчезает.
Да! Когда я был в Норвегии, я убедился: там нефть стала основой благосостояния всех граждан. А у нас?! Иногда кажется, что все живут под лозунгом: то, что отцы не украли, - мы доворуем!.. Нет, моя  НЧП – Настоящая Честная Партия –  вернет богатства народу! (Садится за стол и заносит что-то в компьютер)
ТИМОШИН. Это даже удивительно: сколько веков воруем, а страна всё ещё великая!
ЧЕЛОБИТИН. (Отвлекаясь от компьютера) Что вы сказали?  Ну да… Так о чем мы с вами договоримся? 
ТИМОШИН.  Готов помочь созданию местного отделения НЧП, даже возглавить его – с тем, что войду в федеральный список на выборах…
ЧЕЛОБИТИН. Ну что же… Но есть несколько условий!
ТИМОШИН. Слушаю, Андрей Николаевич. 
ЧЕЛОБИТИН, Надо будет серьезно поработать. Делом, так сказать, подтвердить свою позицию…
ТИМОШИН. Разумеется!
ЧЕЛОБИТИН. После выборов голосовать в Думе только согласованно. Ведь чем сильна армия? Там принцип: делай как я! Не так ли?
ТИМОШИН. (Озадаченно) М-м-м… Конечно, после обсуждения во фракции…
ЧЕЛОБИТИН. Вас что-то смущает?
ТИМОШИН. Не-ет, но… позиция у каждого…
ЧЕЛОБИТИН. Если позиция у солдата своя – он уже вне армии. А депутат в таком случае должен  немедленно отказаться от мандата!
ТИМОШИН. (Подумав) Да, пожалуй...
ЧЕЛОБИТИН. Вот и прекрасно! Приступайте! (Поднимается, давая понять, что аудиенция окончена)
ТИМОШИН. До свидания, Андрей Николаевич. 
Челобитин, пожав ему руку и тут же забыв о нем, возвращается к компьютеру.
ДУНАЕВ. (От двери) Андрей Николаевич…
ЧЕЛОБИТИН. Приглашайте следующего, Валерий Иванович.
Входит КОЛЕСОВ. ЧЕЛОБИТИН, не отрываясь, работает за клавиатурой..
КОЛЕСОВ. (Кашлянув)  Разрешите?
ЧЕЛОБИТИН. А, это вы? (Продолжает работать) Присаживайтесь!   Одну минуточку… Слушаю вас.
КОЛЕСОВ. Я пришел потому… В общем, там, на митинге, боюсь, вы могли неправильно понять некоторых выступавших… 
ЧЕЛОБИТИН. Я всё понял правильно!
КОЛЕСОВ. Они говорили, будто у них отобрали акции завода. Но ведь это ложь! Наглая ложь, Андрей Николаевич! Поверьте, они сами от этих акций отказались! Дивидендов не было, зарплаты не было – вот и стали продавать акции. А уж кто  их купил – разве ж уследишь? Лишь бы заводу польза… Как говорится, жила бы страна родная – и  это… никаких забот!
ЧЕЛОБИТИН. Ну как вам не стыдно! По Конституции субъектом власти у нас является  народ. Как же можно скрывать от народа правду? Когда я был в Испании, я понял: испанцы живут хорошо не потому, что им завоевал счастье  Дон-Кихот, а потому что рыцарями там были все! Вот в чем секрет испанского чуда! И немецкого! И японского!
КОЛЕСОВ. (Вполголоса) Господи, неужто по всей карте пойдет? (Громко, с вызовом) А кто это – народ? Покажите – я всё ему скажу.
ЧЕЛОБИТИН (Грозно). Вы шутите? 
КОЛЕСОВ (Возбуждаясь). Ничуть! Я-то, в отличие от вас, вижу его каждый день. И не на митинге, а в деле. Приходите утром в цех – полюбуетесь. Одни - серые с похмелья, другие всё делают наперекосяк – лишь бы с рук, разговор  – мат-перемат… И это – народ? У нас ведь в крови: «Вот приедет барин – барин нас рассудит». Вы и есть для них тот барин. А до дела коснись –   что они могут?.. Опустила людей жизнь, ой как опустила!
ДУЛА (возникая на пороге) Извините…
ЧЕЛОБИТИН. Минуту! (ДУЛА скрывается за дверью) Степан Павлович… 
КОЛЕСОВ. Павел Степанович я!
ЧЕЛОБИТИН.  Простите - Павел Степанович… Но почему же люди зарплату не получают? Пусть небольшую – но вовремя!
КОЛЕСОВ. А знаете,  сколько я балбесам плачу?
ЧЕЛОБИТИН. Каким балбесам?
КОЛЕСОВ.  У нас так бывших милиционеров называют. Их со службы за всякие злоупотребления уволили, а теперь они  весь  город крышуют… 
ЧЕЛОБИТИН.  И вы - платите? 
КОЛЕСОВ. А  приходится выбирать: или «крыша», или крышка. Кто меня от них защитит?.. Вот вам я готов поверить. Даже помочь материально… (Лезет в карман) 
ЧЕЛОБИТИН. Вы что? Зачем это?
КОЛЕСОВ. А вы рассчитываете без денег победить? (Кладет на стол бумажку) Это чек на предъявителя. Не волнуйтесь, никто не узнает… 
ЧЕЛОБИТИН. Ну, знаете!.. Это ни в какие ворота…
КОЛЕСОВ. (Встает, кладет ему руку на плечо). Послушай, парень. Я, наверно, тебе в отцы гожусь… 
ЧЕЛОБИТИН.  Не думаю!
КОЛЕСОВ (Усмехаясь). Ну, пускай не гожусь. А всё же послушай.. Ты с воровством хочешь бороться? Но воровство – только один из способов распределения национального продукта. Станут людям выгодны другие способы – они и воровать перестанут. А отчеты твои  -  что  рецепты в аптеку: ты  их выписываешь, а там лекарства-то  и нету… Бывай здоров!
ЧЕЛОБИТИН. (Вдогонку) Немедленно заберите чек!
КОЛЕСОВ, не оборачиваясь, выходит, на пороге появляется ДУНАЕВ, и ЧЕЛОБИТИН спешно прячет чек в карман.
Подождите! (Дунаев скрывается за дверью) Черт знает что такое! Надо будет завтра же вернуть! 
Пока ЧЕЛОБИТИН приходит в себя, в двери робко появляется Дула.
ДУЛА.  Извините…
ЧЕЛОБИТИН.  Вы кто?
ДУЛА. Я из партии «Ковыль».
ЧЕЛОБИТИН. ВРУ общественными организациями не занимается!
ДУЛА. Я знаю… Мы готовы… У нас много сторонников… Если бы мы  создали блок с вашей партией…
ЧЕЛОБИТИН. Но НЧП – партия политическая. Конечно, экология тоже входит в сферу…
ДУЛА. Андрей Николаевич, я  уже давно… Я восхищаюсь вашей принципиальностью, смелостью, эрудицией! (ЧЕЛОБИТИН начинает вслушиваться, и ДУЛА, почувствовав это, вдохновляется) Вы знаете, какие степи здесь были в седьмом веке? Необъятные! За горизонт! Тут еще кости Чингис-хана находят!... Не его самого, конечно… А теперь? Жена губернатора Обмирайте…
ЧЕЛОБИТИН. Кто?
ДУЛА. Обмирайте! Это у нее фамилия такая. А имя-отчество – Нателла Катериновна… 
ЧЕЛОБИТИН. Странное имя!
ДУЛА.  Так вот, жена губернатора – любительница горных лыж. И ради ее увлечения в нашем равнинном краю построили курорт «Горный»…
ЧЕЛОБИТИН. То есть как?
ДУЛА. А вы поинтересуйтесь – как! Говорят, на деньги спонсоров. А на самом деле – из бюджета! Плюс взятки...
ЧЕЛОБИТИН.  И есть доказательства?
ДУЛА.  Будут! А еще… В нашем заповеднике промышленными стоками озеро отравили – оно еще с ледникового периода сохранилось. Представляете? (Выглядывает за дверь, и двое молодцов вносят в комнату большой аквариум с карпами). Вот рыбка оттуда, не побрезгуйте.
ЧЕЛОБИТИН. (В ужасе) Отравленная?
ДУЛА. Ну что вы! Мы ее раньше поймали.
ЧЕЛОБИТИН. Вы сумасшедший? 
ДУЛА. Нет, от чистого сердца. Поверьте!
ЧЕЛОБИТИН. Да чего вы хотите, в конце концов?
ДУЛА.  Мы, партия «Ковыль», боремся за первозданную чистоту природы.   Нас надо поддержать из бюджета. Без вас…
ЧЕЛОБИТИН. Дунаев! Валерий Иванович! (ДУНАЕВ возникает на пороге) Проводите этого … 
ДУЛА. Меня Дула зовут! Дула Илларионович!
ЧЕЛОБИТИН. Проводите этого Ду… этого гостя!  И уберите всё! 
ДУЛА. Но как же?..
ЧЕЛОБИТИН. Валерий Иванович запишет ваши просьбы, мы рассмотрим. 
ДУЛА. У нас и  адрес  в интернете есть …
ЧЕЛОБИТИН. Хорошо, хорошо. Прощайте!
Оставшись один, с облегчением опускается в кресло у стола. Возвращается ДУНАЕВ.
Валерий Иванович, я же просил, чтобы не мешали! А этот ненормальный … раз пять врывался. Вам что, трудно было с ним справиться?
ДУНАЕВ. Мне не трудно, Андрей Николаевич.
ДУЛА. (От порога) Извините…
ЧЕЛОБИТИН. Батюшки!
ДУЛА. Вы удивились, что у меня имя такое… 
ЧЕЛОБИТИН. Имя как имя! Какое дали…
ДУЛА. Дула по латыни значит «раб». Папа имел в виду – раб божий… 
ДУНАЕВ. Хорошо, раб… то есть, господин … Ваше время вышло! (Вытесняет его за дверь) 
ЧЕЛОБИТИН. (Устало) Валерий Иванович, вам не кажется, что человечество вырождается? 
ДУНАЕВ. Нет, Андрей Николаевич! Я вам откровенно скажу: пока в нем есть такие люди, как вы, - есть надежда!
ЧЕЛОБИТИН. Ну что вы…
ДУНАЕВ. Вы меня знаете, Андрей Николаевич, - я льстить не умею! Да и не один я так считаю – все говорят!  
ЧЕЛОБИТИН. Так уж и все?!
ДУНАЕВ. Кто понимает!.. 
ЧЕЛОБИТИН. Но почему они все?..
ДУНАЕВ. Жизнь такая… Раньше мы жили как на материке – на  Большой Земле, можно сказать. А теперь каждый –  на своем маленьком острове. Сегодня у него… как там?.. и пост, и бизнес, и любовь. А завтра? Волна смоет – и что останется? Один постфактум? Вот и спешат… Чтоб потом не поститься!.. Вам чайку заказать?
ЧЕЛОБИТИН. Если не трудно…
ДУНАЕВ. Мне не трудно, Андрей Николаевич. (Выходит).  
Едва ЧЕЛОБИТИН погружается в компьютер, раздается стук в дверь и  входит  БЫСТРОДЕЛОВА.
БЫСТРОДЕЛОВА. Вы меня не помните, Андрей Николаевич? Я – Быстроделова, начальник…
ЧЕЛОБИТИН. (Встает навстречу, целует руку, галантно усаживает к столу) Помню, помню – департамент культуры и образования…
БЫСТРОДЕЛОВА. Спасибо! Я не надолго…
ЧЕЛОБИТИН.  Пожалуйста, пожалуйста! Простите, запамятовал ваше имя-отчество…
БЫСТРОДЕЛОВА. Его легко запомнить. Такое вино есть. Ну, догадались?
ЧЕЛОБИТИН. Вообще-то я не знаток по этой части… Фетяска… Каберне… Тут, знаете, такие странные имена есть…
БЫСТРОДЕЛОВА. Почему странные? 
ЧЕЛОБИТИН. Ну… Жена губернатора – почему-то Катериновна…
БЫСТРОДЕЛОВА.  А вы знаете, оказывается, Катерин раньше было мужским именем. У католиков. Я читала! Это значит – непорочный. В России жил один итальянский композитор – его  так и  звали: Катерин Альбертович. Но у меня  имя проще – Лидия. 
ЧЕЛОБИТИН. Лидия…
БЫСТРОДЕЛОВА. Для друзей – просто Лидия… 
ЧЕЛОБИТИН. А мы – друзья?
БЫСТРОДЕЛОВА. Конечно! Как замечательно вы сказали на митинге: «Народ, не уважающий свою культуру, будет питаться отбросами чужой»! Вот уж правду говорят: все гениальное – просто! Я готова подписаться под каждым вашим словом! 
ЧЕЛОБИТИН. (Немного рисуясь). Для нашей партии такая подпись – на вес золота! В политике, конечно, больше  мужчин, но делают  ее – женщины! 
БЫСТРОДЕЛОВА. А вы знаете… вам не хватает женщины! Я знаю, вы еще холост. Но разве одиночество – ваш удел? Такой красивый, умный, перспективный – и такой незащищенный! 
ЧЕЛОБИТИН.  С чего вы взяли?
БЫСТРОДЕЛОВА. Поверьте женщине, которая искренне вас любит.
ЧЕЛОБИТИН. Я… вы… 
БЫСТРОДЕЛОВА. Не спорьте! Любая, извините, вертихвостка может вас увлечь. Но это будет не только вашей личной драмой – это трагедия для  страны! Ведь настоящая женщина  - это Пистис, Элпис, Харрис! В одном флаконе! 
ЧЕЛОБИТИН. Что?
БЫСТРОДЕЛОВА. Вера, Надежда, Любовь – в одном лице!.. Вы верите в любовь? Я имею в виду – с первого взгляда?
ЧЕЛОБИТИН. Послушайте… 
БЫСТРОДЕЛОВА. (Встает  и двигается по направлению к нему, Челобитин отступает). Андрей Николаевич, мы люди взрослые и можем говорить без обиняков. Я всю жизнь… то есть, свою сознательную жизнь… искала мужчину, который бы стал для меня лидером… Где они, такие мужчины? Их нет! Растворились! Испарились! Искрошились! (Попутно заглядывает под стол, в спальню, в шкаф) И вот теперь, когда я встретила вас… А через день-другой вы улетите… Нет, я хочу лететь по жизни с вами! Позвольте  поцеловать вас!
Настигает ЧЕЛОБИТИНА и страстно целует. В двери возникают ОБМИРАЙТЕ и ДУНАЕВ, пытающийся ее задержать.
обмирайте. Какой пассаж!
ДУНАЕВ. Андрей Николаевич! К вам… 
ЧЕЛОБИТИН. (Решительно освобождаясь от объятий БЫСТРОДЕЛОВОЙ) Извините, вы не так поняли. 
БЫСТРОДЕЛОВА. (Без малейшего смущения направляясь мимо ОБМИРАЙТЕ к выходу) Разумеется! Я благодарила Андрея Николаевича за  горячую поддержку народного образования. Спасибо за все, Андрей Николаевич! До встречи!
ОБМИРАЙТЕ. (Вполголоса) Ты и моего Никанора так благодаришь? 
БЫСТРОДЕЛОВА. Пошлость вам не к лицу, Нателла Катериновна! (Выходит)
ОБМИРАЙТЕ. Здравствуйте, Андрей Николаевич! Извините, что я … несколько неожиданно… Тем более, что мы  с вами незнакомы. Хотя… не сомневаюсь, что обо мне вам уже что-нибудь насплетничали. Первая леди всегда на виду!
ЧЕЛОБИТИН. А-а, так вы – супруга Никанора Никаноровича? Очень приятно. Вы извините за  эту сцену… вы могли подумать…
ОБМИРАЙТЕ.  Не беспокойтесь, свои  кадры мы знаем! Я, собственно, на минуточку – там  у вас на прием еще много народу… Просто у нас  на днях  маленькое семейное торжество – годовщина свадьбы…
ЧЕЛОБИТИН. Что вы говорите! Поздравляю. Какая же, если не секрет? 
ОБМИРАЙТЕ. Не секрет, но… всему свое время! Я решила сама вас пригласить (оглядывается)… вместе с Валерием Ивановичем, конечно… Словом, мы с Никанором Никаноровичем были  бы  очень рады, если бы  вы нашли  возможность разделить с нами этот вечер.
ЧЕЛОБИТИН. Большое спасибо, но…
ОБМИРАЙТЕ. Будут только свои.
ЧЕЛОБИТИН. Свои? В каком смысле?
ОБМИРАЙТЕ. Наши друзья – ваши друзья, Андрей Николаевич! И вы не подумайте, что Никанор  Никанорович в обиде на вас за выводы проверяющих. Если б вы знали, как он вам благодарен!  Ведь он всё видит, всё знает – а сделать ничего не может! Какие полномочия у губернатора? Да что я вам говорю – вы лучше меня знаете…
ЧЕЛОБИТИН. Боюсь, Нателла… Катериновна… я не смогу…
ОБМИРАЙТЕ.  И слушать не хочу! Я просто обижусь. Мы ведь не враги. Кстати, вы не думали попытать счастья на наших губернаторских выборах? Ведь если не вы, в кресло сядет этот прохиндей Тимошин. Тогда пиши пропало!.. Впрочем, это уже другая песня. Ждем вас, Андрей Николаевич. Имейте в виду – без вас не начнем! (Уходит)
ЧЕЛОБИТИН. (С облегчением вздыхает) Фу, кошмар какой… Валерий Иванович, я, пожалуй, схожу пообедать. А вы уж, пожалуйста, загляните еще раз в интернет насчет «Нью-Йорк таймс». Если вам не трудно…
ДУНАЕВ.  Мне не трудно, Андрей Николаевич.

Челобитин  уходит. ДУНАЕВ садится за компьютер, работает, но при этом ворчит.

Вот так и живем... Неделя пройдет – и ничего больше в Примусинске не увидишь. Людей на встречах – и то через глазок видеокамеры: снимай, говорит,  для истории! А, по совести говоря, что он для нее сделал? Умный? Конечно. Честный? Как слеза ребенка! Красивый? Хоть щас в Голливуд - секс-символ! Речь говорит – жульё дрожит. А вот случись… ну, хоть наводнение, прости господи… или засуха… И что? Да его любой чиновник вокруг пальмы обведет – и скажет, что сосна!  (В дверь стучат) Кто там? 
РОЙТМАН. (Входя) Здравствуйте. Я главный  редактор краевой газеты «Примус для всех». Моя фамилия Ройтман, Яков Петрович.
ДУНАЕВ. Здравствуйте, здравствуйте, гражданин маршал!
РОЙТМАН	. Почему маршал? 
ДУНАЕВ. Анекдот когда-то был – очень  смешной.
РОЙТМАН. Да? Мой папа говорил: запомни, Яша, смешных анекдотов не бывает – потому что смеется последним тот, кто над анекдотом таки не смеется. 
ДУНАЕВ. Как вас напугали, однако! Вы, наверное, к Андрею Николаевичу? Он обедает. Кстати, пока суд да дело… Плоховато вы освещаете его визит! Вот, посмотрите, как «Индепендент» подала…
РОЙТМАН	. Нам, конечно, до «Индепендента» далеко. 
ДУНАЕВ. У вас что, установка такая от местных властей? А как же свобода слова? 
РОЙТМАН.  Это что, тоже анекдот? Так он опять не смешной! Вы ее когда-нибудь живую видели – даже в «Индепенденте»? Лучше я спрошу у вас кое-что другое.
ДУНАЕВ. Ну?
РОЙТМАН. Скажите, у вас отчет о проверке с собой?
ДУНАЕВ.  (Делает пасы руками, показывая, что говорить надо тише. Тут же включает телевизор) Допустим. И что из этого?
РОЙТМАН. (Приглушая голос) Знаете, если бы вы дали мне его на часок… ну, на полчасика… А мы бы намекнули на анонимный, но заслуживающий доверия  источник… или на собственное расследование… или даже вообще  без  ссылки на ВРУ – и напечатали несколько фактов… Вы представляете, какой был бы тайфун перед выборами!  
ДУНАЕВ. Вы сами-то понимаете, что говорите? 
РОЙТМАН. А что? По-моему, и вашему шефу это прибавило бы голосов.
ДУНАЕВ. Во-первых, (нарочито громко) это противозаконно! (Тут же переходя на полтона) Во-вторых, отчет о проверке – это наша интеллектуальная собственность. А вы говорите – «анонимный источник»!
РОЙТМАН. Что вы говорите?! Собственность? Об этом я не подумал…
ДУНАЕВ. А в-третьих, в любом деле есть цена вопроса…
РОЙТМАН. (Восклицает) Да ради бога!
ДУНАЕВ. Т-с-с-с!
РОЙТМАН.  Ради бога, это же деловой разговор! Вы только скажите – где, когда и сколько?
ДУНАЕВ. У вас дискета есть?
РОЙТМАН. Вот, пожалуйста.
ДУНАЕВ. Через час в ресторане. Пообедаем вместе.
РОЙТМАН. Все понял! Вы что пьете – водку или коньяк? 
ДУНАЕВ. И виски тоже. Только настоящие!
РОЙТМАН. Какой  вопрос! (Выходит) 
ДУНАЕВ вставляет дискету в компьютер и работает. Снова стучат в дверь.
ДУНАЕВ. Открыто!
Входит РОЙЗМАН.
РОЙЗМАН. Разрешите?
ДУНАЕВ. Уже разрешил!
РОЙЗМАН. Валерий Иванович? Вы-то мне и нужны.
ДУНАЕВ. Я – лицо не должностное. 
Ройзман. Вы – лицо! Самое что ни на есть – лицо!.. Валерий Иванович, я сразу быка за рога. Валерий Иванович, помогите нам получить у Андрея Николаевича эксклюзивное интервью. Минут так на двадцать – двадцать пять…  Но, знаете, такое, чтоб… Словом, сенсацию! Мы бы заплатили…
ДУНАЕВ. (Делает рукой знаки, что, мол, помещение прослушивается) Ну что вы! При чем тут плата! У Андрея Николаевича такой плотный график, что я даже не знаю… Время слишком дорого! (Показывает пальцами, что надо таки заплатить) 
РОЙЗМАН. Я понимаю! Мы готовы…
ДУНАЕВ. Т-с-с-с!
РОЙЗМАН. … сюда приехать. Ради экономии… времени…
ДУНАЕВ. Сколько?.. Я говорю: сколько у него приглашений в трудовые коллективы! (РОЙЗМАН показывает растопыренные пальцы одной руки) Мало!.. Мало времени остается  для работы над документами (РОЙЗМАН показывает обе  ладони)… Но телевидение – это, конечно, тоже важно. Постараемся (берет деньги) выкроить что-нибудь. Я вам позвоню!
РОЙЗМАН. Спасибо, Валерий Иванович, большое вам спасибо!
Выходит. Возвращается  ЧЕЛОБИТИН в сопровождении МЕЛИТОНОВА.
ЧЕЛОБИТИН.  Ну что, есть новости?
ДУНАЕВ. Нет, Андрей Николаевич. Всё по-прежнему.
ЧЕЛОБИТИН. Странно… Можете пообедать, Валерий Иванович, я вас дождусь. (ДУНАЕВ выходит). Так в чем ваша идея, Мирон Михайлович?
МЕЛИТОНОВ. Могу я говорить уже как член НЧП с совещательным голосом?
ЧЕЛОБИТИН. Вы ведь уже подали заявление… Думаю, помех не будет. 
МЕЛИТОНОВ. Спасибо! Мне нравится, что у вас нет… как бы это назвать?.. олигархофобии!.. Так вот, ваш брат, Юрий Николаевич, насколько мне известно, менеджер одной из московских компаний. А что, если мы его изберем  вице-президентом  нашего банка?
ЧЕЛОБИТИН. Это что, взятка?
МЕЛИТОНОВ. Андрей Николаевич, ну зачем так! Просто еще одна точка опоры. Помните Галилея? «Дайте мне точку опоры – и я переверну землю!» 
ЧЕЛОБИТИН. Ну, хорошо. Но ведь он – в Москве…
МЕЛИТОНОВ. И пусть! Мы откроем там филиал, которым он и будет курировать!
ЧЕЛОБИТИН. Я вижу, вы все продумали. Только надо бы самого Юрия спросить.
МЕЛИТОНОВ. (Радостно) Очень уж надоел беспредел, Андрей Николаевич! Вы думаете, нам, предпринимателям, легко так жить? А ведь мы тоже патриоты!.. Но не смею больше задерживать. До свидания! 
ЧЕЛОБИТИН. Всего доброго! (Оставшись один, смотрит в сумерки за окном, потом присаживается к компьютеру) Все же странно, почему молчит «Нью-Йорк Таймс»?
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

В доме губернатора вечер в разгаре. Здесь все уважаемые люди города: ТИМОШИН, ГОРДЕЕВ. КОЛЕСОВ, МЕЛИТОНОВ, БЫСТРОДЕЛОВА, ХАЧАПУРЯН, НЕПЕЙПИВО. Приглашены и руководители СМИ – РОЙТМАН и РОЙЗМАН. ПРИТОКОВ и ОБМИРАЙТЕ и принимают поздравления, и сами обходят гостей, следя, чтобы всем было весело, приятно в их доме. Секретарь губернатора ЗИНОВЬЕВА помогает хозяевам, предлагая гостям напитки. Входят ЧЕЛОБИТИН и ДУНАЕВ. У ЧЕЛОБИТИНА с собой неразлучный ноутбук.				

ЧЕЛОБИТИН. Добрый вечер! Простите, что  задержались - Москва звонила…
ДУНАЕВ. Здравствуйте!
ОБМИРАЙТЕ. Ой, гости дорогие! А мы вас ждем-ждем!
ПРИТОКОВ. Андрей Николаевич! Очень рад! Проходите, пожалуйста. ЧЕЛОБИТИН. Позвольте поздравить виновников торжества. (Принимает из рук ДУНАЕВА букет роз и вручает его хозяйке, затем – бутылку коньяка, которую передает ПРИТОКОВУ). 
ПРИТОКОВ. (С видом знатока) Царский подарок!
ОБМИРАЙТЕ. Спасибо, букет - роскошный!.. Но настоящий виновник торжества – это вы!
ЧЕЛОБИТИН. Ну что вы! Я – разве что виновник переполоха…
ЗИНОВЬЕВА (подходит с подносом). Шампанского?
ЧЕЛОБИТИН. По такому случаю… (Хозяевам) Ваше здоровье!
ОБМИРАЙТЕ. Ваше здоровье!
ПРИТОКОВ. За всех присутствующих! 
ЧЕЛОБИТИН. (Отхлебнув пару глотков) Кажется, горьковато. Или нет?
МЕЛИТОНОВ. И вправду горчит. Как это я раньше не заметил!
БЫСТРОДЕЛОВА. Конечно! Горько, горько!
ВСЕ (Хором) Горь-ко! Горь-ко! Горь-ко!
ПРИТОКОВ и ОБМИРАЙТЕ  целуются.
ОБМИРАЙТЕ. Ну, хватит, хватит! (Платком стирает с губ ПРИТОКОВА свою помаду) Дорогие гости, антракт окончен – вечер продолжается. (РОЙЗМАН включает музыку и подходит к  ЧЕЛОБИТИНУ).
РОЙЗМАН. Андрей Николаевич, хочу вас поблагодарить. Ваше интервью наделало столько  шуму!..
ЧЕЛОБИТИН. Да? Очень интересно! Валерий Иванович, почему же  вы мне об этом не сказали?
ДУНАЕВ. Да я… Не то чтоб… Не успел… наверно… 
ЧЕЛОБИТИН. (Укоризненно) Странно! Так что за шум, Петр Яковлевич?
РОЙЗМАН. Рейтинг передачи просто зашкалило. Люди звонят, требуют прямых дебатов в эфире с другими  кандидатами  в губернаторы…
ГОРДЕЕВ. Интересно, вы с таким намерением и ехали сюда – баллотироваться на этот пост?		
ЧЕЛОБИТИН. (Простодушно) Вы знаете, нет. Но, встречаясь с людьми, слушая их жалобы, я вдруг подумал: а ведь они ждут не только слов. Люди устали бороться – они хотят просто жить. И ради них я готов…
БЫСТРОДЕЛОВА. А  вы знаете, один в поле не воин!
ЧЕЛОБИТИН. Почему же один? Теперь, когда здесь рождается организация нашей Честной Партии… 
ГОРДЕЕВ. У нас народ…  Ну, как Садко на дне морском!
ЧЕЛОБИТИН. Не понимаю…
ГОРДЕЕВ. Не в обиду вам будь сказано… Помните, как царь предложил Садко невесту выбирать? Глянул богатый гость – а царевны на одно лицо! Попробуй, не ошибись! 
ОБМИРАЙТЕ. Ну вот, еще сказок нам не хватало! Я танцевать хочу. Позвольте, Андрей Николаевич? (Увлекает ЧЕЛОБИТИНА на вальс. Тот на ходу передает ноутбук ДУНАЕВУ). 
ЧЕЛОБИТИН. Если вам не трудно, Валерий Иванович.
ДУНАЕВ. Мне не трудно, Андрей Николаевич.
БЫСТРОДЕЛОВА,  в свою очередь, приглашает ПРИТОКОВА. Обе пары кружатся в вальсе,  остальные движутся по комнате в общем полугипнотическом круговороте.
ОБМИРАЙТЕ. (Вполголоса) Я вижу, вы мое предложение приняли? 
ЧЕЛОБИТИН.  В некотором роде. 
ОБМИРАЙТЕ. Я очень рада! У вас намного больше шансов, чем у Тимошина.
ЧЕЛОБИТИН.  Вы так его не любите?
ОБМИРАЙТЕ. А вы видели, чтобы где-нибудь губернатор и мэр друг друга любили? Он же всё знает, во всем участвует – и тут же использует против нас. Оппозиция, видите ли!  
ПРИТОКОВ.. (Танцуя с БЫСТРОДЕЛОВОЙ. Вполголоса) Лидия Петровна, ты бы… это… поаккуратнее, что ли… 
БЫСТРОДЕЛОВА. Не бойся. Она видела, как я с Челобитиным целовалась.
ПРИТОКОВ. Целовалась? 
БЫСТРОДЕЛОВА.  А что? Ты мне – не муж, теперь почти и не начальник. А он – мужик видный, перспективный…
ПРИТОКОВ. Ну, ты и стерва!
БЫСТРОДЕЛОВА. (Декламируя) Как много нам открытий чудных готовит просвещенья дух!.. А ты не заметил, что у нас бабы в бизнесе успешнее, чем мужики? Думаешь, почему? 
ПРИТОКОВ. Ну? 
БЫСТРОДЕЛОВА. Потому что у любой бабы есть первоначальный капитал! 
ПРИТОКОВ.. (Смеется) И вправду – стерва! За что и ценю… (Продолжают танцевать)
МЕЛИТОНОВ (стоя за столиком вместе с НЕПЕЙПИВО). Нарушаешь завет предков, Дорофей Карпович! Тебе велено: не пей пиво, а ты пьешь… Как же так?
НЕПЕЙПИВО. Не надоело тебе, Мирон Михайлович? Вроде серьезный человек, банкир, а шутки у тебя – тупые, как…  палка гаишника! 
МЕЛИТОНОВ. Вау! Один – один! (Подходит ЗИНОВЬЕВА с подносом, чтобы сменить бокалы) Слыхала, Валюша, как он меня уделал? (Хлопает ее пониже спины)
ЗИНОВЬЕВА. Где бьют, там целуют!
МЕЛИТОНОВ. За мной не заржавеет! (ЗИНОВЬЕВА отходит) Ну ладно, только ответь на последний вопрос: вот имя у тебя – Доро-фей. Это что значит? 
НЕПЕЙПИВО. То же самое, что наоборот: Фео-дор. Значит: дар богов. 
МЕЛИТОНОВ. (Хохочет) Ну и подарочек! Правду говорят: дареному козлу в зубы не смотрят…
РОЙТМАН. (Оказавшись  рядом) Коню!
МЕЛИТОНОВ.  Что?
РОЙТМАН.  Коню, а не козлу.
МЕЛИТОНОВ. Нет, ты посмотри на это папарацци! Всё видит и слышит! Как Берия!
НЕПЕЙПИВО. Был бы Берия – жила б империя!
ХАЧАПУРЯН. (Оказавшись рядом) Он слишком женщин любил…
НЕПЕЙПИВО. Любить слишком - нельзя. Или любишь, или не любишь!
ПРИТОКОВ. (Оказавшись рядом) Опять философствуешь!
БЫСТРОДЕЛОВА. (Громко) Андрей Николаевич, а  какая у вас программа? Очень бы хотелось знать…
ЧЕЛОБИТИН. Что, прямо сейчас?
БЫСТРОДЕЛОВА. Здесь и сейчас!
ВСЕ. (Хором) Да! Пожалуйста!  Хотя  бы вкратце! Просим!
ЧЕЛОБИТИН.  Ну что ж… (Останавливается, берет из рук ДУНАЕВА ноутбук. Тут же замирает и общее вращение) Разве что в нескольких словах… Как показывает работа ВРУ и мой  личный  опыт…
ГОРДЕЕВ. Хм!
ЧЕЛОБИТИН. (Не обращая внимания) … главное для власти – это контроль!
ГОРДЕЕВ.  А я думал – власть…
ЧЕЛОБИТИН.  Контроль – вот начало всякой власти. Ведь за что мы отстранили прежнего президента?
ГОРДЕЕВ.  Так это вы его отстранили? Мы-то думали, он сам ушел…
ЧЕЛОБИТИН. (Иронически) Это при его властолюбии?!.. Нет, видимость, конечно, была соблюдена… Но! Мы привели его к власти – мы и отстранили!
ТИМОШИН. Вы, оказывается, и привели? Так это мы вам обязаны таким счастьем?
ВСЕ. (Хором) Не мешайте! Не перебивайте! Дайте послушать!
ЧЕЛОБИТИН. Не скрою, наш грех! Вы, наверное, помните, что он назначил меня первым  руководителем Контрольной палаты президента. Это была, можно сказать,  его благодарность за поддержку на выборах. Но потом он решил, что мной можно помыкать. «Назначь одну проверку!», «Отмени другую!»… Я терпел, терпел, но однажды сказал: нет! И он, поняв, что карманный контролер из меня не выйдет, ничего лучше не придумал, как – представьте себе! – вообще упразднить   контрольный орган! 
ВСЕ. Ах!
ЧЕЛОБИТИН. А когда мы решили создать Высшее Ревизионное Управление, он даже наложил вето на этот закон.
ВСЕ. Вы подумайте! Ужас! Кошмар!
БЫСТРОДЕЛОВА. И  как же вам удалось?..
ЧЕЛОБИТИН. Мы преодолели президентское вето!
ВСЕ.  Ура-а-а!
КОЛЕСОВ. (Иронически) Теперь ему, конечно, несдобровать…
ЧЕЛОБИТИН. (Не обращая внимания) Новый президент понимает роль контроля. Вот и я повторяю: контроль – начало всякой власти… Или я не прав, Никанор Никанорович?
ПРИТОКОВ. Над каждым чиновником  контролера не поставишь…
ЧЕЛОБИТИН. А над каждым и не нужно. Механизм должен работать! Ме-ха-низм! Мы с новым президентом так и договорились…
ГОРДЕЕВ. Вы – лично?
ЧЕЛОБИТИН. Представьте себе! Я ему говорю: господин президент, власть без силы – бессильна. Сила без закона – незаконна. Значит, закону нужна сила, а силе – нужна власть! То есть, не так… Власти нужен закон, и закон даст ей силу!
КОЛЕСОВ – ТИМОШИНУ (Вполголоса) Ты что-нибудь понимаешь?
ТИМОШИН. По-моему, он заврался!
КОЛЕСОВ. А что, если и вправду с президентом на короткой ноге? Черт их там знает, в центре, кто кем управляет! 
НЕПЕЙПИВО. Я… это… Гражданин… то есть, товарищ... ну, в общем… Челобитин! Что значит «закону нужна сила»?
ЧЕЛОБИТИН. А то и значит! Вот вы все время жалуетесь, будто вам не хватает правовой базы. А какая вам база еще нужна? То и дело объявляете месячники – «Чистая дорога», «Чистый багажник»… А на деле? Всегда получается одно – «Чистый бумажник». У граждан, конечно… Потому что порядок нужен  не на месяц, для галочки, а всегда!  
БЫСТРОДЕЛОВА. А вы знаете, чем  больше пива – тем больше позитива!
ЧЕЛОБИТИН. (Несколько оторопев) Причем тут пиво? Я говорю – нужен контроль! Тотальный, гласный, бескомпромиссный!
КОЛЕСОВ – Тимошину. Вот победит он на выборах – и не светит тебе, Вадим Кириллович, не греет… 
ТИМОШИН.  Да, пожалуй, надо душить птенчика в зародыше.
ЧЕЛОБИТИН.  Вот вы, Никанор Никанорович…
ПРИТОКОВ. Слушаю! 
ЧЕЛОБИТИН. Ну, разве вы не знали, что сын господина Хачапуряна, начальника продовольственного департамента, владелец сети ресторанов? ПРИТОКОВ. Знал.
ЧЕЛОБИТИН. А что его жена – президент агрофирмы? 
ПРИТОКОВ. Тоже знал. 
ЧЕЛОБИТИН. Но разве не понятно, что уже здесь заложена основа злоупотреблений! Департамент вне всяких конкурсов  предоставляет агрофирме всяческие преференции, льготы, а фирма, в свою очередь, монопольно поставляет  продукты в городские рестораны!.. Валерий Иванович, вы меня понимаете? 
ДУНАЕВ. Конечно, Андрей Николаевич! (Включает видеокамеру)
ХАЧАПУРЯН. Я что – вор, да? Какой я вор? В крае ни разу с продовольствием перебоев не было, так? Хлеб, водка, колбаса-малбаса – все продукты первой необходимости всегда в ассортименте, так? Пусть люди скажут! Всё по закону…
ЧЕЛОБИТИН. Никто вас ни в чем конкретно не обвиняет. Но что касается закона… Вот есть такое выражение – вор в законе. Но сегодня в законе не тот, кто ворует, а тот, кто издает законы, способствующие возможному воровству. Такие законы надо менять!
ТИМОШИН. Можно вопрос, Андрей Николаевич?
ЧЕЛОБИТИН. Минуточку, Вадим Кириллович… А что в больницах делается! Ведь там без денег даже укол не сделают.  А был бы контроль… 
ПРИТОКОВ. Знаю! Всё знаю, дорогой Андрей Николаевич! И потому они все (обводит рукой  зал) у меня на крючке, все боятся!  А выгони их, набери других да понадейся на  контролеров – споются как миленькие. Поделятся между собой, да и споются. 
ЧЕЛОБИТИН. Нет, с такой логикой я согласиться не могу. Интересно у вас получается: злоупотребления – оттого, что в бюджете денег мало, а бюджет беден – оттого, что злоупотребления везде! Замкнутый круг какой-то…  
ОБМИРАЙТЕ. (С гордостью за мужа) А всё-таки он – вертится! 
МЕЛИТОНОВ. Хотелось бы всё же понять, Андрей Николаевич…
ЧЕЛОБИТИН.  Что именно, Мирон Михайлович?
МЕЛИТОНОВ. Та партия, которую вы создаете и которую многие из нас готовы поддержать, - она за президента или в оппозиции?
ЧЕЛОБИТИН. Оппозиции, которая всегда говорит власти «нет» - такой оппозиции доверять нельзя!
МЕЛИТОНОВ. Значит?..
ЧЕЛОБИТИН. Значит, у нее должна быть тактика. И стратегия!
ТИМОШИН.  Смахивает на двурушничество…
ОБМИРАЙТЕ. Всё, мужчины, хватит о политике! У меня тост… Валентина Васильевна, где наша скатерть-самобранка?
Зиновьева обходит зал с подносом..
Политика всех испортила. Политики – прости, Никуша! – способны любому, самому невинному слову придать порочный смысл. Ну, вот сегодня праздник нашей семьи. Семья – значит, родной дом, надежный причал. А что с этим словом сделали? Одну пошлость!  Скажешь «семья» - и сразу представляется банда. Но, дорогие мои, ведь мы все, по сути, одна человеческая семья! Что нам делить? И кто пришлет нам из космоса других людей? Разве я не права, Андрей Николаевич?  
ЧЕЛОБИТИН. В каком-то смысле…
ОБМИРАЙТЕ. Давайте же выпьем за семью! И за наше общесемейное счастье!
Все чокаются. Снова звучит вальс, но теперь пары меняются: ПРИТОКОВ танцует с женой, БЫСТРОДЕЛОВА – с ЧЕЛОБИТИНЫМ..
КОЛЕСОВ – ТИМОШИНУ. (Вполголоса) Лихо завернула! Всех подгребла, даже аудитора!
ТИМОШИН – КОЛЕСОВУ. И понимай как хочешь: то ли «все люди – братья», то ли «сидеть будем вместе»… 
ОБМИРАЙТЕ. Странно: такой красавец, а танцует как медведь!
ПРИТОКОВ.  Я тоже всегда считал это глупым занятием. 
ОБМИРАЙТЕ. Вот когда он станет губернатором…
ПРИТОКОВ. Думаешь, станет?
ОБМИРАЙТЕ. Я уверена, Никуша!.. Так вот, ему понадобится представитель в парламенте, так? 
ПРИТОКОВ. Думаешь, согласится на мою кандидатуру?
ОБМИРАЙТЕ. А почему бы нет? Ты человек опытный, край знаешь как свои пять пальцев…
ПРИТОКОВ Я думаю, все двадцать!
ОБМИРАЙТЕ. (Смеется) В самом деле… А грязь, что на тебя выплеснули, - она, знаешь, на вороту не виснет.
ПРИТОКОВ. И ты думаешь, он сделает меня сенатором?
ОБМИРАЙТЕ. Конечно, сделает!
ПРИТОКОВ. Черт возьми, а ведь это, наверное,  хорошо – быть сенатором, а? 
ОБМИРАЙТЕ. Известное дело, хорошо!
ПРИТОКОВ. Это, пожалуй, покруче звучит, чем губернатор?
ОБМИРАЙТЕ. Известное дело – покруче!
ПРИТОКОВ. За границу летишь, а к тебе все: господин сенатор да господин сенатор… И хоть сам ты знаешь, что в стране у тебя никакого сената нет, а все равно приятно!
ОБМИРАЙТЕ. Известное дело – приятно!
ПРИТОКОВ.  А жить-то придется переехать  в столицу?
ОБМИРАЙТЕ. Ну, понятное дело – в столицу!
ПРИТОКОВ. А здешний дом и коттедж за собой оставим или продадим?
ОБМИРАЙТЕ. Понятное дело – за собой оставим. Это ж доход может приносить!
БЫСТРОДЕЛОВА. Андрей Николаевич, а правду в нашей газете писали, будто вы потомок древнего рода?
ДУНАЕВ. (Явно захмелевший) Древнейшего!
ЧЕЛОБИТИН. Валерий Иванович преувеличивает.
ДУНАЕВ. И ничего я не преуче… вили-чеваю…
ЧЕЛОБИТИН.  (С досадой отмахиваясь от него) Но, если по правде… предками моими гордиться можно!
БЫСТРОДЕЛОВА. Граф Челобитин, который Петру Первому служил, вам кем приходится? 
ЧЕЛОБИТИН. Он и считается основателем нашего рода.   Сам из крестьян, но отличился под Азовом и потом  дослужился до адмирала.
МЕЛИТОНОВ. А товарищ министра финансов при Александре Втором, Челобитин Сергей Викторович? 
ЧЕЛОБИТИН. Прапрадед по отцу. 
ГОРДЕЕВ. Я слышал,  в Штатах какой-то Челобитин  готовится сейчас к полету на Марс…
ЧЕЛОБИТИН, увлекаемый танцем, оставляет вопрос без ответа.
НЕПЕЙПИВО – ГОРДЕЕВУ (Вполголоса) А есть такой космонавт?
ГОРДЕЕВ (В ответ) Хрен его знает, может, и есть…
РОЙТМАН И РОЙЗМАН выходят из общего круга и останавливаются у столика.
РОЙЗМАН. Как публикация прошла – без эксцессов?
РОЙТМАН. Да Папа-то вроде ничего, а вот мэр…
РОЙЗМАН. Мне он после эксклюзива вообще пообещал уши оторвать!
РОЙТМАН. А что ты думаешь? Если победит – и оторвет…
РОЙЗМАН. Я что, зря стараюсь? У аудитора рейтинг сразу зашкалило!
РОЙТМАН. Но ведь Тимошин теперь тоже в его партии. Может в силу войти…
ДУНАЕВ. (Подходя) Друзья, за рейтинг надо выпить. Пусть растет большой-пребольшой…
ТИМОШИН. Так как насчет вопроса, Андрей Николаевич? Можно?
ЧЕЛОБИТИН. Конечно, Вадим Кириллович.
Движение останавливается.
ТИМОШИН. Мне просто любопытно… Почему среди всех городов и весей вы  решили баллотироваться именно в нашей угасающей «керосинке»? Родом вы из Питера, имя завоевали в Москве, а избираться решили здесь... В чем, так сказать, притяженье земли Примусинской?
ЧЕЛОБИТИН. (Простодушно) Да нет никакого секрета, меня уже спрашивали… Примусинск – одна из болевых точек страны, я и решил, что здесь моя помощь нужнее. Вот и всё.
ТИМОШИН. А  Златогорск?
ЧЕЛОБИТИН. Что – Златогорск?
ТИМОШИН. В Златогорске вы тоже нашли болевую точку?
ЧЕЛОБИТИН. Не понял…
ТИМОШИН. Вот телеграмма, которая  пришла на ваше имя в штаб-квартиру партии: «База Златогорске готова тчк Друзья уверены вашей победе тчк  Истомин». Это как понимать? Игра на два фронта? Где скорей  обломится?
ПРИТОКОВ. Вадим Кириллович, ты слова-то выбирай!..
ЧЕЛОБИТИН. Ничего, Никанор Никанорович, человек должен быть самим собой. Он же ко мне в союзники записался, так что… Мне надо знать, с кем  идти по жизни… Вы всегда чужие телеграммы публично зачитываете?
ТИМОШИН. Моим моральным обликом займемся позже. Вы по существу, пожалуйста…
ЧЕЛОБИТИН. Хорошо! Златогорск, если хотите, тоже болевая точка. По закону о разделе продукции тамошние месторождения могут отойти Японии или Китаю. И там мы тоже создаем организацию  НЧП – Настоящей Честной Партии, чтобы этому помешать. 
ТИМОШИН. Честная, говорите? А когда, уходя из команды первого президента, вы отступные брали за молчание – тоже  всё было по-честному? 
ЧЕЛОБИТИН. Это ложь! 
ТИМОШИН. Допустим... Козни врагов!  Но  сейчас  будет и правда…
ОБМИРАЙТЕ. Никуша, он все границы переходит!
ТИМОШИН. То, что наша первая леди за вас горой – понятно… 
ПРИТОКОВ. Не хами, Тимошин! 
ТИМОШИН. Погодите, Никанор Никанорович, вы мне еще спасибо скажете… Андрей Николаевич, не по вашему ли поручению ваш помощник взятки берет? Или он тоже на партийные нужды собирает?
ЧЕЛОБИТИН.  Простите, я не намерен больше выслушивать оскорбления… 
ТИМОШИН. Нет уж, послушайте! Господа, этот молодой человек (указывает на ДУНАЕВА) объявил отчеты ВРУ об аудиторских  проверках не больше не меньше, как интеллектуальной собственностью аудитора! Вы только подумайте: человек на государственной (!) должности, командируется за государственный (!) счет, проверяет исполнение государственного (!) бюджета – а результаты проверки, оказывается, его интеллектуальная собственность! Ну, а собственность можно продать! Так сказать, по договорной цене!  
ЧЕЛОБИТИН. Опять ложь! 
ТИМОШИН. А в качестве наценки – растущий рейтинг принципиального, честного аудитора! 
ЧЕЛОБИТИН. Валерий Иванович, вы-то что молчите? 
ТИМОШИН.  Яков Петрович, верно я излагаю?
РОЙТМАН.  Ну, в общем…
МЕЛИТОНОВ. (С восхищением) Вот так глаз: не болит, а красный! Не зря говорят: пиар – прессе навар!.. Ройтман, решено: покупаю твою газету. Сделаешь меня президентом! 
ЧЕЛОБИТИН. Как вы могли,  Валерий Иванович?!
ДУНАЕВ. (Он уже в крепком подпитии) Я им говорю… За всё в жизни надо платить, так?.. Согрешил – плати! 
ЧЕЛОБИТИН. Вы что, действительно торговали материалами проверки?
ДУНАЕВ. Богатые тоже платят… Делиться надо!.. Всё в жизни размножается делением. Даже инфузория… Простейшая, то есть, туфелька…
ЧЕЛОБИТИН. Вы что, пьяны?! (Отбирает у него ноутбук) Уйдите… Если вам не трудно…
ДУНАЕВ. Мне не трудно, Андрей Николаевич… (РОЙТМАН и РОЙЗМАН уводят его) И квартиры - делятся… и машины - делятся…
ТИМОШИН. Этот  помощничек  даже за доступ к телу брал. Зелеными! А вы говорите – рейтинг… 
ХАЧАПУРЯН. Но кто ему этот рейтинг создал? 
КОЛЕСОВ. Кто объявил ревизора героем нашего времени?
НЕПЕЙПИВО. Пресса, кто ж еще! Ройтман да Ройзман – они во всем виноваты!
БЫСТРОДЕЛОВА. А вы знаете…
ВСЕ. Знаем, знаем!
БЫСТРОДЕЛОВА..  (Обиженно отходит в тень). А я  ему говорила: Пистис, Элпис, Харрис! Вера, Надежда, Любовь…
ПРИТОКОВ. (Начинает обескуражено, но постепенно набирает привычный кураж) Это что ж получается? Выходит, мы тут – провинция, лопухи примусинские, народ обманываем… А приезжает этот спаситель… 
ГОРДЕЕВ. Граф!
ПРИТОКОВ. Граф недобитый… космонавт незапущенный… И открывает наши, так сказать, антинародные действия!.. А известно ли вам, уважаемый Андрей Николаевич, что люди, которых вы видите, не просто создали – выстрадали этот город со всеми его домами, трубами, скважинами и даже помойками! Да, они не сохранили руки в стерильной чистоте – наверное, можно найти на них крупицы или пятнышки… Но мы-то друг другу цену знаем. А вас кто сюда звал?! Что вы способны увидеть  в огромном крае, если и одного-то  щипача рядом не разглядели!.. (Присутствующие начинают смеяться – сначала тихо, поодиночке, потом всё дружнее и громче) А   я  тоже  хорош! Всё прошел: два политических строя пережил! в четырех партиях состоял! три ордена и три строгих выговора заслужил! дважды под следствием был!.. А тут чуть было нюни не распустил. И перед кем? Перед выскочкой, фанфароном…
Все хохочут в голос.
ЧЕЛОБИТИН. Чему смеетесь? (Хохот стихает) Над собой смеетесь! (Начинает обходить присутствующих, вглядываясь в их лица) Вы думаете, меня сейчас разоблачили? Спокойную жизнь себе обеспечили? Опомнитесь! Вы только подумайте: что сейчас произошло? Да, мой помощник оказался нечист на руку – мой грех. Оправдываться не стану. Но спросите себя: почему люди, которым вы сами доверили руководить средствами массовой информации, а по сути – влиять на умы и души, – почему они-то  решились на взятку за  информацию о ваших же злоупотреблениях? 
МЕЛИТОНОВ. На то и желтая пресса! Ради звонкого словца не пожалеют и отца…  
ЧЕЛОБИТИН. А вы не допускаете, что им как раз надоело врать? Им правды захотелось! Ведь спрос на правду в обществе был во все времена, но всегда ему предлагали одни суррогаты. 
ГОРДЕЕВ. Кто же их врать заставляет? 
ЧЕЛОБИТИН. А никто в отдельности! Мы все! Мы врем – как дышим. Законы пишем – и не соблюдаем. Встречаемся с избирателями – тоже врем, поскольку обещаний выполнять не собираемся. В церковь по праздникам ходим – и там себя ложным крестом осеняем. Да чего ни коснись: будь то статистика, социологические опросы, отчетность о раскрытии преступлений… Врем и воруем! Когда я был в Соединенных Штатах…
КОЛЕСОВ.  Опять двадцать пять!
ЧЕЛОБИТИН. …люди в приватных беседах смеялись. Говорили: вы думаете, мы хотим вас завоевать? Зачем? Мы просто возьмем то, что  плохо лежит. НЕПЕЙПИВО. Наши воры так же говорят!
ЧЕЛОБИТИН. Да, самая страшная для нас  опасность – не за границей, а здесь, рядом. Наши дети…
БЫСТРОДЕЛОВА. А  вы знаете, дети – цветы жизни!
ЧЕЛОБИТИН. Мы развратили их. Обманули своим пустословием. Оплевали своей глупостью. Заразили  равнодушием и цинизмом. Они не умеют работать – потому что их не научили. Они не умеют любить – потому что им внушили, будто всё покупается. Они не умеют мечтать – потому что мы убедили их жить одним днем. Они или окончательно похоронят страну, которую мы распяли на кресте лицемерия и пошлости…
ТИМОШИН. Или?
ЧЕЛОБИТИН. … Или проклянут нас! (Направляется к выходу)
МЕЛИТОНОВ. Вот тебе и постфактум…
РОЙТМАН. (Вбегает, сталкиваясь с ЧЕЛОБИТИНЫМ в дверях) Послушайте!
РОЙЗМАН. (Вбегая следом) Включайте скорее телевизор!
ПРИТОКОВ.  Вы  спятили? Что случилось?
РОЙТМАН и РОЙЗМАН (вместе). Включайте!
ОБМИРАЙТЕ включает телевизор.
ГОЛОС ДИКТОРА. «…Итак, президент решение принял. На ком он остановил свой выбор, официально пока не сообщается. Но,  как полагают осведомленные наблюдатели, полномочным представителем президента в Примусинском федеральном округе может быть назначен Андрей Челобитин,  в настоящее время – аудитор Высшего Ревизионного Управления. По данным нашего источника, он будет срочно отозван из служебной командировки,  а уже завтра представлен в новом качестве на заседании Государственного совета. На этом наш выпуск новостей окончен. Реклама пройдет быстро. Оставайтесь с нами».
Немая сцена
ЧЕЛОБИТИН (Медленно возвращается в зал и выходит на авансцену). Уж теперь-то «Нью-Йорк Таймс» не промолчит!