Александр Лушин

ЕЩЁ О СТОМАТОЛОГИИ

П ь е с а

На сцене полнейшая темнота и тишина. Эта кромешная пауза длится несколько дольше, чем это принято в подобных случаях. Зрителям начинает становиться слегка  не по себе. Неожиданно, хотя, конечно, уже очень ожиданно, один за другим начинают вспыхивать экраны телевизоров. Становится видно, что на сцене их тридцать два, расположены они в два ряда, один над другим. Стоит остановиться на том, что показывают эти телевизоры. На экране каждого из них крупным планом голова человека. Рассмотрим подробнее каждого из них. Верхний левый телевизор вовсе не включен. 2-й верхний занимает человек в странном белом головном уборе, закрывающем почти всё его лицо. На 3-м и 4-м верхних экранах манекены в неестественных позах. 5-й и 6-й  - люди в похожих головных уборах, на 7-м тоже манекен, но только совсем уж изуродованный. С 8-го и 9-го экранов на зрителя смотрят двое благообразных мужчин с опрятными вдохновенными лицами. Это 1-й резец и 2-й резец. На последующих верхних экранах располагаются соответственно остатки манекена, двое людей в странных головных уборах, ещё три манекена и ещё один  с закрытым лицом. Нижний ряд. Первый телевизор, как и его верхний сосед, не работает. На экранах второго и третьего расположилась пара несчастных инвалидов. Вид у них жалкий и даже неприятный. На голове у следующего – ведро, потом ещё два выключенных телевизора. Седьмой экран занят типом с перевязанным глазом, за ним следует троица близнецов – 1-я единица, 2-я единица и Двойка – с одинаковыми глуповатыми выражениями лиц. Далее – Клык, человек, словно сошедший со страниц книжек писателя Бушкова, за ним ещё два манекена и ещё двое с закрытыми лицами. Замыкает эту странную галерею лицо, выражающее индифферентную  созерцательность, граничащую с ироническим равнодушием. Это – Мудрый. В довершении группового портрета, следует заметить, что вся кампания одета в одинаковые розовые балахоны, зритель не сразу понимает, что и лица у них одинаковые.

1-й резец – (Как бы продолжая ранее начатый спич) И вот я воздеваю корни к небу и спрашиваю у вас, моих несчастных товарищей, бок о бок со мною вкусивших эту чашу, коих горше нет, до дна, до самого донышка!!! Доколе!!! Доколе будем мы терпеть все эти беды и страдания, сыплющиеся словно из адского рога изобилия на наши несчастные, изнурённые лихом, ни в чём не повинные головы,! Неужто, на веки вечные обречены мы безмолвно терпеть боль и унижения, унижения и боль, изо дня в день, без конца?
2-й резец – Киньте свой многострадальный, обессиленный взор на наше общее плачевное, положение, на жалкое существование, которое мы вынуждены влачить без единой надежды на хоть сколько-нибудь позитивное развитие событий, без капли веры в свет в конце тоннеля!
1-й резец – Давайте посмотрим правде в глаза! Отбросим никчёмные эмоции и займёмся фактами. Голыми и вопиющими фактами. Кислотно-щелочной баланс с завидным постоянством безжалостно и цинично нарушается в нашем рту на каждом шагу,. 
2-й резец – А этот бесконечный угнетающий налёт от кофе, чая и табака? 
1-я единица – А между нами всегда мясо остаётся, всегда!
2-я единица – Ага! Вот такие кусищи!
Клык – Да ладно, в мясо хоть вонзиться можно, а вот сколько он сладкого, падла, жрёт!
Одноглазый – Ха! Вонзиться! Не по нам ему уже такое мясо, в которое вонзиться, всё больше сосисочки-сарделечки… 
1-й инвалид – А на нашей стороне он вообще уже не жуёт!
2-й инвалид – Так, только булка иногда перепадает…
Клык – Так что же теперь из-за вас всем булку одну мять что-ли? У вас-то и нервы все давно повыдирали! 
1-я единица – Мы щётки сутками не видим! Сутками!
2-я единица – Ни жвачечки даже!
1-я единица – Не рот, а помойная яма!
Двойка – А во мне он позавчера вилкой ковырял! Чуть последнюю пломбу не выковырял!
Одноглазый – Ха! Вилкой в нём разок ковырнули, а он уже чуть и не в обморок!
1-й резец – Тише, друзья тише! Оставимте эти ненужные неконструктивные пререкания! Да, у каждого наболело! Но не для того мы здесь сегодня, чтобы безвольно хныкать над своими обидами! Нет, не для того!
2-й резец – Сегодня здесь мы с вами, дорогие наши измученные братья, для того, чтобы честно, как на духу, положа корень на сердце, сами себе ответить на один единственный вопрос – хотим мы дальше так жить или не хотим?
1-я единица – Не хотим, не хотим!
2-я единица – Не хотим мы жить так больше! 
1-я единица – Не хотим!
Одноглазый – Хотим, не хотим… А кто нас спрашивает-то? Как гнили тут так и будем гнить, пока не сгниём совсем.
1-й резец – Вот как раз такие-то в высшей степени вредные настроения мы и не должны допускать в наши уже не такие стройные, но всё ещё крепкие ряды! 
2-й резец – Как раз такие-то мысли, проникая в наше сознание, начинают разъедать его изнутри, подобно самому подлому кариесу, и отравляют всё наше существование, превращая его в сплошную пытку! 
1-й резец – Это-то и есть самая что ни на есть в корне не правильная пораженческая позиция!
Одноглазый – Пораженческая позиция … Шмараженческая шмазиция! Я, что-то, никаких других позициев кругом в упор не наблюдаю. А сказать почему? Сказать? Я скажу. Потому что нет их, никаких других позициев! Торчишь и торчи себе потихоньку, пока не выдерут. А выдерут… – перестанешь торчать, вот и вся тебе позиция.   
2-й резец – Вот! Вот сейчас-то, друзья мои, мы и подошли к самому главному! Дело в том, что другая позиция есть! И каждый из нас стоит сейчас на пороге …
1-й резец – На пороге ответственейшего, возможно, самого важного в вашей жизни…
2-й резец – Самого архиважнейшего в вашей жизни решения!
1-й резец – Ни для кого не секрет, что проблема выбора всегда была и остаётся одной из наиболее существенных…
2-й резец – Подчас, почти неразрешимых…
1-й резец – Подчас, почти неразрешимых проблем. И тем не менее каждому из нас придется сегодня сделать свой выбор.
2-й резец – Каждый из нас должен сделать свой выбор! 
1-я единица, 2я единица – (Наперебой) Выбор! Выбор! Давайте сделаем выбор! Давайте наконец его сделаем! Давно пора! Мы стоим на пороге выбора!
Одноглазый – Я чего-то не понял, из чего выбирать-то?
1-й резец – И сделав свой выбор, каждый из нас должен будет идти до конца!
Одноглазый – До какого конца?!
1-й Резец – До самого!
2-й резец – До саммого-саммого конца!
Двойка – До самого кончика!..
Одноглазый – До какого, блин, кончика?!! Я бы вам сказал до какого вам кончика пойти. Выбор они, блин, придумали! Какой выбор?!! Из чего выбирать-то собрались, кончики? Я что-то из чего выбирать в упор не наблюдаю!
1-й инвалид –  (второму) Слышь? Чего он там про кончик рассказывал?  
2-й инвалид – Да тихо ты!
1-й резец – Товарищи, кончик тут ни причём!
1-й инвалид – То есть как это – ни при чём? То толкует битый час про какой-то кончик, а теперь – на тебе! – ни при чём!
2-й инвалид – Да тихо ты! 
2-й резец – Кончик, товарищи, действительно ни при чём! Мы стоим на пороге выбора!
1-й резец – Это значит, что нам предстоит выбрать для себя один из двух вариантов нашего дальнейшего существования.
Одноглазый – Ну вот, здрасьте! Опять! Каких, блин, двух вариантов? Каких вариантов? Варианты-и-и!!! Ау!!!
1-й резец – А вот каких! Первый из них вам хорошо известен. Он заключается в том, чтобы, как изволил выразиться наш многоуважаемый оппонент, торчать, где торчим, и гнить пока не выдерут.
1-я единица, 2-я единица, Двойка – (Наперебой) Не хотим гнить! Не хотим! Надоело! Уж и так гниём и гниём! Хватит уже! И чтоб выдирали не хотим! Этот вариант нам не подходит! Не подходит! Не хотим!
Одноглазый – Не подходит им! О, блин, комики! А кто вас спрашивать-то будет! Гнили, гниёте, и будете гнить, пока не выдерут! И нет никаких больше вариантов-шмариантов!
2-й резец – А второй вариант!.. А второй вариант вот какой!
1-й резец – Второй вариант – приступить к действиям!
2-й резец – К решительным действиям!
1-й резец – Не торчать сложа корни…
2-й резец – Не бездействовать…
1-й резец – А приступить к решительным действиям!
1-я Единица, 2-я единица, Двойка – (Наперебой) К действиям! К действиям! Давайте приступать к действиям! Хватит бездействовать! Давайте действовать! Давайте приступим к решительным действиям!  
Одноглазый – Ой держите меня, я счас выпаду! К действиям приступить! К каким, блин, действиям?! К действиям!..
1-й резец – Вот! Вот мы и подошли вплотную к сути нашего предложения!
2-й резец – Мы прекрасно понимаем, что подобные экстремистские методы, мягко говоря, выходят за рамки цивилизованных отношений…
1-й резец –  …Но, учитывая отсутствие иных способов воздействия…
2-й резец – …И принимая во внимание все обстоятельства сложившейся ситуации…
1-й резец – …Мы предлагаем установить режим жёсткого зубовного террора!
2-й резец – Прибегать к этим крайним мерам нас просто-напросто вынуждают!
1-й резец – У нас не остаётся другого выхода!
2-й резец – Да и терять нам, в сущности, больше нечего!
1-й резец – Поэтому мы, взвесив все за и против, призываем вас сегодня поклясться друг другу идти до конца.
1-й инвалид – (второму) Чего это он опять про кончик говорит?
2-й инвалид – Да тихо ты. 

    Пауза.

1-я единица – Так нам теперь что?
2-я единица – Это самое, что ли?
Двойка – Ой…
1-й резец – Да, дорогой товарищ, именно!
2-й резец – Именно ЭТО САМОЕ!
Клык – А что? Это по мне! Давайте это самое! Всяко уж лучше чем под коронкой догнивать!
1-й резец – Мы очень рады, дорогой товарищ, что нашли в вашем лице единомышленника!
2-й резец – Что предлагаемая нами идея встретила с вашей стороны понимание!
Клык – Да ладно… А чё…
Одноглазый – Ну, блин, дают! Комики…
Мудрый – (Он впервые вступает в разговор, впрочем, весь вид его говорит, что делает он это исключительно от скуки) Я, вот, одного в толк не возьму, чего вы собираетесь этим добиться?
1-й Резец – Как чего? Прежде всего, таким образом мы обратим на себя внимание. Он… ну этот… короче, он обратит внимание и задумается о природе возникновения этого весьма нежелательного для него явления и, во избежание его повторения, постарается в кратчайшие сроки выполнить выдвигаемые требования.
Мудрый – Требования?..
1-я единица – Да, требования! Что, у нас теперь и требований быть не может? Пусть чистит нас хотя бы два раза в день!
2-я единица – И жвачку после еды даёт, без сахара!
Клык – Мяса побольше настоящего! Морковки сырой! 
2-й инвалид – Нас, между прочим, может быть, ещё и вылечить можно…
Двойка – И вилкой пусть не ковыряется!..
2-й резец – Правильно, товарищи! Хватит молчать! Пора выдвигать свои требования! Настала пора решительных действий!
Одноглазый – Умора!
ВСЕ, кроме Мудрого и Одноглазого – Ура! Действовать, действовать! Настало время решительных действий! Ура! Да здравствуют решительные действия! Да здравствует это самое! Ура! Ура!
Мудрый – Ну-ну…
1-й резец – Что – ну-ну?
Мудрый – А выдерут вас всех к чёртовой бабушке, вот что…
2-й резец – (Горячо) Лучше погибнуть в клещах стоматолога, чем догнивать свой век в этой помойке!
ВСЕ, кроме Одноглазого и Мудрого – Лучше погибнуть! Не хотим догнивать! Надоело! Долой! Даёшь! Ура!
Одноглазый – (Ухмыляясь, как бы додумывая вслух) А чего, правда, можно и это самое напоследочек. Терять-то и впрямь, вроде как, нечего…
Мудрый – Ну-ну…

  Неожиданно на зрителей обрушивается оглушительный дребезг будильника. Изображение со всех телевизоров разом исчезает, оставляя на экранах только серую шипящую рябь. Освещение на сцене выхватывает большую кровать, которая, оказывается, всё время стояла под телевизорами посередине. С неё буквально скатывается разбуженный человек и лихорадочными движениями пытается выключить ненавистный трезвон. Наконец это ему удаётся и он обессилено оседает обратно на кровать, сжимая руками виски. В это время телевизоры тоже перестают шипеть, гаснут и, если позволяет техника, бесшумно разлетаются вверх и в стороны. Проснувшийся ещё какое-то время ошалело смотрит по сторонам, трёт глаза, словно стараясь выдавить из них остатки сна. Потом, обернувшись, трогает одеяло, под которым становится заметно какое-то шевеление.

Человек – Нин… А, Нин… Полвосьмого уже… Просыпайся, а, Нин…
Нина – Мммм…
Человек – Полвосьмого уже, говорю. Просыпайся… 
Нина – Мммм…
Человек – Ни-ин!..
Нина – (Не показываясь из под одеяла) Ещё пять минут…
Человек – Так ведь полвосьмого уже, Нин…
Нина – Ещё пять минут!..
Человек – Ну, пять минут… Ладно, пять минут… (Помедлив, встает, потягивается, машинально напевает под нос на какой-то заунывный, мрачноватый мотивчик) Пять мину-у-ут… пять мину-у-ут… Пя-а-ать мину-у-ут… пять мину-у-ут…

  Человек отправляется за сцену или за ширму, откуда становится слышен шум воды и его дурацкая песенка. Освещение вновь меняется, на сцену опять «слетаются» телевизоры, включаясь по пути. На этот раз все персонажи, включая и манекены, покрыты густой вязкой пеной. Некоторые из них издают блаженное покряхтывание и постанывание, подобные тем, что, подчас, издают разомлевшие в парилке мужчины, готовясь нырнуть в прохладу бассейна. 

1-я единица – Вот, красота!
2-я единица – Блаженство!
Двойка – Всегда бы так!
1-й резец – Вот именно, друзья! В этом-то и заключается суть одного из наших основных требований! Так должно быть всегда!
2-й резец – И мы ни перед чем не остановимся, чтобы добиться своего!
Двойка – Ни перед чем?..
1-й резец – Абсолютно!
Двойка – А может это…
2-й резец – Что?
Двойка – Ну, может это… Он уже понял наши… эти… 
1-й резец – Требования?
Двойка – Ну да…
Одноглазый – Ага, как же! Понял он! 
1-й резец – Ничего он, конечно, товарищи не понял,
2-й резец – И не мог понять! 
1-й резец – Как он мог, спрашивается, что-нибудь понять, если мы ему ещё никаких требований не выдвигали?
Двойка – А…
1-я единица – (С энтузиазмом) А когда выдвигать будем?
2-й резец – Это зависит от нас.
1-я единица – А…
Клык – Ну, так, и когда же?
1-й резец – Это нам как раз и предстоит решить.
2-й резец – Разработать подробный план действий…
1-й резец – Определиться со стратегией…
2-й резец – Скорректировать тактитку…
Одноглазый – Ну так, давай, шмаректируй.
1-й резец – Нет, друзья, такие вопросы скандачка не решаются! 
2-й резец – Мы должны вынести  вопрос на голосование…
1-й резец – А для этого собрать собрание…
2-й резец – Выбрать президиум…
1-й резец – Согласовать и утвердить повестку дня…
2-й резец – Завести протокол, в конце концов!..
2-я единица – Регламент установить, да?
1-й резец – Совершенно верно, уважаемый, установить регламент - это тоже одна из наших первоочередных задач.
2-й резец – Итак, есть желающие?
1-й инвалид – Чего желающие?
2-й резец – Желающие вести протокол.
1-й резец – Кто может вести протокол, товарищи?

  Диалог телевизоров прерывается уже знакомыми нам помехами. На сцену возвращается Человек, вытирая лицо полотенцем. Мотивчик, на который он продолжает мурлыкать свои «пять минут», приобрёл заметно более мажорный характер.

Человек – Нинуля! Нину-уля! Пять минут прошло! Пора вставать! Ни-на-чка! Ни-ну-у-ля! Подъём, киса, подъём!
Нина – (Откидывая с головы одеяло) Кофе!
Человек – Ну, киса!..
Нина – Кофе!
Человек – Ну, ки-иса, может встанешь сперва…
Нина – Кофе!
Человек – Зубки почистишь?..
Н ина – Кофе и сигарету!

  Человек покорно отправляется готовить кофе. В его мычанье снова вплелись минорные нотки. Нина в это время долго сидит без движенья, тараща глаза. Потом зевает, потягивается, нащупывает под боком ПДУ от телевизора и тыкает им в сторону зрителя. Освещение соответствующим образом меняется, и голоса рекламных дикторов, то вкрадчивые то бодрые, начинают авторитетно описывать несомненные достоинства различных зубных паст, щеток, клиник, эликсиров и жевательных резинок. (Постановщик! Используй реально существующие ролики, и успех тебе обеспечен!) В это время человек успевает приготовить кофе.

Человек – ( Протягивая одну чашку) На, кисанька.
Нина – Сигарету.
Человек – Киса!..

  Нина поворачивает к нему голову, и после секундной паузы человек отправляется за сигаретами, приносит, оба закуривают, пьют кофе. Всё это время голоса продолжают нахваливать всякую зубную всячину. Cигареты докурены, кофе выпит. Нина решительным движением откидывает одеяло, сомнамбулически глядя перед собой нашаривает тапки, отправляется в ванную. Человек, порыскав в постельном белье, находит пульт и со вздохом выключает телевизор. Через секунду из ванной доносится голос:

Нина – Сделай!
Человек – Что, киса?
Нина – Ну сделай!
Человек – Что, кисанька, сделай-то?
Нина – Чтоб говорило.
Человек – (Состроив мученическую гримасу) Нинуля…
Нина – Ну сделай!
Человек – Ки-иса, ну зачем тебе эта…
Нина – Сделай!!!
Человек - …дребедень…
Нина – (Выходя из ванной) Там сейчас гороскоп будет, как будто не знаешь!
Человек – Знаю, да… гороскоп… А давай пока без звука, а потом включим, как начнётся, давай?
Нина – Да-а? Пропустим!
Человек – ( С оптимизмом) Что ты! Не пропустим!
Нина – Пропустим!
Человек – Не пропустим, не пропустим! Я всё время буду смотреть, и как увижу - сразу включу. Не пропустим.
Нина – Пропустим.
Человек – Да не пропустим, говорю же! Я всё время буду смотреть…
Нина – Вчера пропустили.
Человек – Ну, вчера… Вчера случайно! Гога позвонил вчера ни свет ни заря, чего-то ему надо было, не помню, вот я и отвлёкся… 
Нина – Всё равно пропустим.
Человек – Да не пропустим, я тебе обещаю!
Нина – Пропустим.
Человек – Нет, нет, не пропустим!
Нина – Пропустим, я знаю.
Человек – Как ты можешь знать? 
Нина – Знаю.
Человек – Знать можно только то, что уже было, а то, чего не было никто знать не может.
Нина – А я знаю.
Человек – Ну как же ты можешь это знать, если этого ещё не было-то, а?
Нина – (Помолчав) Пропустим.
Человек – Спорим - не пропустим?
Нина – На что?
Человек – (Заискивающе) На поцелуй...
Нина – На щелбан!
Человек – Ну, на щелбан, так на щелбан…
  Жмут друг другу руки, Нина «разбивает».
Нина – Пропустим.
Человек – Вот увидишь!..

  Включают телевизор без звука. На некоторое время водворяется тишина. Каждый занимается своим мелким утренним делом, человек при этом умудряется неотрывно глядеть в телевизор.

Нина – А я всё равно хочу, чтоб говорило.
Человек – Ну хочешь, я тебе говорить буду?
Нина – А что это ты мне будешь говорить?
Человек – Ну, расскажу что-нибудь…
Нина – А что это ты мне расскажешь?
Человек – Ну, например…
Нина – А эти тебе мешают что-ли?
Человек – ну ки-иса…
Нина – Что, киса?
Человек – Ну ты же знаешь…
Нина – Что?
Человек – Ну такие у них голоса противные…
Нина – Противные…
Человек – Да! Аж зубы сводит…
Нина – Зубы… Пропустим.
Человек – (Убеждённо) Вот увидишь!

  Ещё некоторое время телевизор работает без звука. Оба тоже молчат. Потом Человек снова начинает тихонько намурлыкивать что-то в меру заунывное.

Нина – Не мычать можешь?

  Человек замолкает. Потом, помолчав, смотрит на Нину:

Человек – А знаешь, что мне сегодня приснилось?
Нина – (Передразнивает) Как я могу знать, что тебе приснилось? Это же ТЕБЕ приснилось.
Человек – Нет, ну, да… Я, просто, к тому, что… Ну, знаешь что?
Нина – Как я могу знать…
Человек – Ну да, ну да… Я, просто… Такое приснилось, представляешь…
Нина – Сейчас, может, и представлю.
Человек – Как будто, представляешь, у меня зубы, ну, во рту между собой разговаривают, представляешь?
Нина – Зубы?
Человек – Ну да! А я, как будто всё это у себя во рту слышу, представляешь? И мне сначала смешно так, что они у меня во рту разговаривают, а потом как будто слышу, они против меня затевают что-то, представляешь? Мои же зубы – против меня же, представляешь? И так не то, чтобы страшно, а так, ну знаешь… Ну, не по себе так как-то стало, чего это они у меня же во рту против меня же, представляешь?
Нина – Ну. А дальше?
Человек – Да дальше-то я проснулся уже. Помню только не по себе так стало, чего это они у меня же во рту… И проснулся, будильник как раз… Ты как, Нинуль, думаешь, это к чему такое может?
Нина – К чему, к чему… Уж не к деньгам!
Человек – Ну Ни-ин! Ну опять ты! Ну при чём здесь деньги!
Нина – Ни при чём. ЗДЕСЬ они всегда ни при чём. 
Человек – Ну Нина!
Нина – А что – Нина? Ты спросил - к чему, я тебе говорю -  не знаю к чему, откуда мне знать? Только не к деньгам, это точно.
Человек – Ни-и-на!
Нина – А что, скажешь – к деньгам?
Человек – Ну…
Нина – Что –ну?
Человек – Ну, нет, наверное…
Нина – Ну и я говорю – не к деньгам. Конечно. И деньги здесь ни при чём. Как всегда.
Человек – Вот вечно ты, Ниночка, всё так повернёшь с ног на голову…
Нина – АААААААААА!!!!!
Человек – ЧТО?!!!
Нина – ПРОПУСТИЛИ!!!
Человек – Боже!..

  Оба начинают метаться в поисках пульта, Нина при этом неистово голосит.

Нина – Я же говорила! Вот я так и знала! Так и знала! Потому что так всегда! Вот говорила я тебе – пропустим? Говорила? Пожалуйста! Пропустили! Потому что всегда так! Вот я так и знала!..

  Пульт наконец найден, и с середины фразы звучит вкрадчивый голос диктора, на полуслове прерывая Нинины вопли:

Голос Диктора - …ны вдохновения, но если вы переложите всю ответственность на них, ситуация примет положение   «А воз и ныне там». Не стоит поддаваться сиюминутным прихотям, помните – яйца курицу не учат. Кстати, как раз от пернатых подвоха ждать не следует. Впрочем, округлые предметы и вогнутые поверхности могут принести пополнение в ваш бюджет. Красить в течение всей недели лучше жёлтым и оранжевым. Близнецы. Изнемогая под тяжёлой ношей не сдавайтесь! Развязка близка. Возможно на выручку придёт гужевой транспорт. В вашей ситуации лучше полностью отдаться домашним животным и другим сельскохозяйственным работам. Не забывайте – каков поп, таков и приход. Смените привычное меню, и сюрприз не заставит себя долго ждать! Раки, мужайтесь! Опыт, который сулит неприятная поездка, вскоре повернёт медаль другой стороной. И держитесь подальше от яркого освещения, помните – индюк тоже думал, да в суп попал. Умственные упражнения положительно скажутся на течении онкологических заболеваний. Львы в среду переживут пик влюблённости, после чего из рациона надо исключить всё растительное. Не пытайтесь изобрести велосипед, ваши злопыхатели уже навострили лыжи. Однако, контакты с жидкостями и пульпами принесут максимальное удовлетворение. Девам необходимо освежить в памяти закон сообщающихся сосудов. Избегая кислородных ванн не стесняйтесь мистификаций и дело в шляпе! Источник радости – колюще-режущие инструменты. А воспоминаний детства легко избежать, избавившись от сквозняков. Весы! Прекратите взвешивать! Огонь не ваша стихия, и нечего мутить воду. Волеизъявление дальних родственников может благотворно повлиять на интенсивность роста волос. Любимым нельзя дарить растения семейства крестоцветных. Скорпионам…
Нина – Ага, вот сейчас!..
Голос Диктора - …собравшимся посвятить основное время полиграфии и агропромышленности можно только посочувствовать. Знайте, отольются мышке кошкины слёзки!
Нина – Э-эх!..
Голос Диктора - Однако цитрусовые и водные виды спорта могут принести существенное облегчение. Укусы насекомых чреваты нагнетанием конфликта в коллективе. В среду в самый раз сходить к зубному. Стрельцы не должны торопиться с выбором, приобретая земноводных…
Нина – Ну вот!
Человек – Что, кисанька?
Нина – Я так и знала!
Человек – Что, что?
Нина – Я ТАК И ЗНАЛА!
Человек – Что ты знала?
Нина – Я знала, я знала!!!
Человек – Что-о-о?
Нина – Что проспо-о-рю!
Человек – Ооо!..
Нина – Потому, что я всегда проспо… Проспариваю. Проспориваю.Всегда.
Человек – Ну почему же всегда? Помнишь мы поспорили - с косточками мандарин или без косточек – ты сказала без косточек, а он и оказался без косточек, помнишь?
Нина – Да-а, но он был всё равно кислый, я помню. (Поворачивается к нему) Ну, давай.
Человек – Что?
Нина – Щелбан.
Человек – (Заискивающе) А может лучше всё-таки поцелуй?
Нина – Нет. Щелбан. Спорили на щелбан.

  Нина изо всех сил зажмуривается, наклоняется, подставляя лоб. Человек, вздохнув, Легонько щёлкает по нему пальцем.

Нина – Это не щелбан.
Человек – А что же это такое? Конечно щелбан!
Нина – (Продолжая жмуриться) Это не щелбан. Мы спорили на нормальный щелбан, а это – сю-сю-мусю.
Человек – Мы не спорили на НОРМАЛЬНЫЙ щелбан, мы спорили просто на щелбан.
Нина – (Разгибаясь) ПРОСТО щелбан это и есть НОРМАЛЬНЫЙ щелбан. А не сю-сю-мусю. (Снова наклоняется) Давай.
  Человек, покачав головой, щелкает Нину по лбу чуть сильнее.

Нина – Это не щелбан.
Человек – Нормальный совершенно щелбан!
Нина – (Снова разгибаясь) НОРМАЛЬНЫЙ щелбан, это когда я понимаю – да, это нормальный щелбан! А это – сю-сю-мусю. Давай. (Снова нагибается, Человек пожимает плечами, щёлкает ещё посильней. Нина снова поднимает на него глаза.) Ты что, издеваешься? Я прошу НОРМАЛЬНЫЙ щелбан! Не так уж много я прошу, по-моему! Неужели так трудно напрячься раз в жизни и сделать НОРМАЛЬНЫЙ щелбан, я не понимаю! Не сю-сю-мусю, а НОРМАЛЬНЫЙ щелбан!

  Человек в отчаянии делает нормальный щелбан.

Нина – Оооооо!!! (Заваливается на кровать)
Человек – Боже мой! Что такое! (Кидается к ней.)
Нина – Оооо!!!
Человек – Кисонька! Боже мой! Что с тобой?!!
Нина – Ничего! Ничего особенного, ты здесь ни при чём! Просто сотрясение мозга обеспечено! Ничего, я сама виновата!
Человек – (Сквозь слёзы) Ну как же так, кисонька моя, Боже мой, ну ты же сама…
Нина – Сама виновата, как всегда! Я же говорю! Ты здесь ни при чём , не надо было спорить! Вот так я и знала, что не надо спорить! Я всегда проспориваю. Проспариваю. Всегда! И ещё говорю себе – не спорь, что ты споришь, проспоришь ведь! Ты всегда проспариваешь! Проспориваешь! Всегда! А сама – спорю, спорю! Вот, пожалуйста! Сотрясение мозга обеспечено, сама виновата. Я так и знала! 
Человек – (Умоляюще придвигается к Нине) Кисуля моя, но я же…
Нина – (Энергично отбрыкиваясь)А ты здесь ни при чём! Ты здесь вообще ни при чём! Я сама во всём виновата! Ты ни при чём и никто ни при чём. Вообще. (После паузы) И деньги ни при чём.
Человек – Боооже мой! Ну вот тебе пожалуйста! Ну деньги-то тут причём! Тут-то!
Нина – (Снова резко оборачиваясь) А я и говорю ни при чём! Ни ты тут ни при чём, ни деньги тут ни при чём, никто тут НИ ПРИ ЧЁМ! Я сама во всём виновата, я так и знала!

  Нина снова отворачивается и застывает в мученической позе. Долгая пауза, во время которой Человек сначала сидит, опустив руки и вперившись в пол, затем пару раз предпринимает попытки возобновить разговор – устремляется к ней взором и всем телом, разводит руками, открывая рот, но всякий раз осекается и снова понуро никнет. Наконец он решается.

Человек – Ни-ин… А слыхала, говорили цитрусовые хорошо, слыхала? И купанье там ещё всякое… Слыхала?.. (Пауза. Нина не шелохнётся) Ни-ин… А хочешь, я тебе мандаринчика принесу, хочешь? 
Нина – (После паузы) Опять кислятину…
Человек – Ну почему же кислятину? Я самые сладенькие выберу, для тебя специально…
Нина – (Снова резко оборачиваясь) А как ты выберешь, как?!!! 
Человек – (Опешив) Ну…
Нина – Ты что их все понадкусываешь, да?
Человек – Ну зачем… я… я спрошу…
Нина – Спросишь? Тебе опять всё наврут и опять подсунут кислятину! Специально! Я знаю! И я опять буду во всём виновата!
Человек – (С мольбой, сдерживая рыдания) В чё-ом?!!!
Нина – В том, что я сказала «хочу», а ты пошёл спрашивать, тебе наврали и ты опять принёс кислятину! Я буду виновата! Я знаю! А ты здесь вообще ни при чём, и деньги ни при чём! (Человек багровеет) Вообще ничего ни причём! Вон сказали - в среду к зубному надо, а куда я пойду, к какому зубному, на что?!! А у меня уже неделю пломба шатается! Ничего, пусть шатается! А ты здесь ни при чём! И никто ни при чём! Пусть всё шатается, пусть вообще всё вывалится! А ты ни при чём! У меня тут сотрясение мозга, всё вывалилось и я сама во всём виновата. А ты натащил кислятины – и ни при чем! И деньги  тут вообще ни при чём!..

  Внезапно Нинин монолог прерывается довольно резким и противным, но протяжным и заунывным гудком. В то же мгновение оба персонажа замирают не окончив движения, как в стоп-кадре. Над ними загораются два телевизора. На них - два Резца. Оба преисполнены вдохновенного волнения и пафосной тревоги.

1-й Резец – По-моему момент как раз подходящий!..
2-й Резец – Лучше не придумать!..
1-й Резец – Сейчас или никогда!
2-й Резец – Наше дело правое!
1-й Резец – Ура, товарищи!..

  Экраны телевизоров гаснут, одновременно обрывается мерзкое гудение. Оба героя на сцене «отмирают» и тотчас Человек с рёвом бросается на Нину и начинает её беспорядочно кусать. Нина, разумеется, орёт, как полоумная. Но спустя две-три секунды (не больше!) их вопли и рычание захлёстывает мощная волна энергичной и очень тревожной музыки, типа « Танца с Саблями » композитора Хачатуряна, свет быстро гаснет. Всё происходит так стремительно, что зритель едва успевает что-либо понять.  Да и то не всякий… Музыка в полной темноте доигрывает до своего логического конца. Зрители чешут в затылках.

…………………………………………

  Не ярким, а прямо скажем, тускловатым светом освещается сцена. На ней за столом сидит Начальник. Он занимается тем, чем обычно занимаются начальники, сидя в одиночестве за столом. Занимается он этим не очень долго – разве что самый нетерпеливый зритель успевает поёрзать на кресле, кашлянуть и подумать: «Ну?». Потом начальник встаёт из-за стола. Прохаживается. Снова садится. Потом достаёт пульт и торкает им в сторону зрителя -–включает телевизор. Тот незамедлительно отзывается дружески доверительным, бодрым и очень заинтересованным голосом диктора. Освещение, разумеется, тоже чуть-чуть изменяется.

Голос диктора - …жаются неохотно. Зато на родных заливных лугах, как только снег растает и пригреет солнышко, у них создаются все условия для брачных игр. Через несколько дней после наступления тепла красноухие зубастики разбивается на пары и предаются процедуре продолжения рода. Поскольку соотношение самок и самцов в каждой колонии примерно 14 к 1-му, каждый самец, оплодотворив 1-у самку, тут же смело переключается на следующую, повторяя брачный ритуал. Ухаживая за очередной подругой, самец зубастика надувает щёки, уши его разбухают, увеличиваясь с в размерах почти вдвое, а серебристый пупырчатый хвост начинает выкидывать замысловатые коленца и выписывать зигзаги, исполняя брачный танец. За этим занятием он может не сходить с места помногу часов подряд, пока очередная наивная самочка не впадёт в оцепенение, заглядевшись на непрерывно движущийся хвост. Тогда уже самец может приблизиться и, покусывая уши новой невесты разбудить её и немедленно ей овладеть. 
  Оплодотворенная самка, придя в себя, отправляется в укромное место, как правило, в лес, где, прогрызя своими сильными зубами дупло в каком-нибудь пне или у подножья старого дерева, забираются в него и в течение двух недель вынашивают потомство. При этом они снова впадают в оцепенение. Местные жители, хорошо знакомые с повадками красноухих зубастиков, утверждают, что в своих снах самки снова и снова видят завораживающий танец хвоста. Разбудить забравшуюся в дупло самку в этих краях считается очень дурным поступком, способным навлечь гнев духов на всё племя и вызвать таким образом падёж скота, стихийные бедствия и прочие напасти. И тем не менее каждый год десятки тысяч зверюшек не только бывают разбужены, но и гибнут под гусеницами тракторов и в безжалостных ковшах экскаваторов. Правительство, пытаясь развивать и укреплять экономику государства, занимает под строительство всё новые и новые территории, вытесняя зубастиков с их традиционных мест обитания. В результате исчезают целые популяции. Немудрено, что экономический спад, при таком отношении к национальным святыням, из года в год даёт всё более чудовищные показатели. Однако прогрессивная общественность и экологические организации уже давно ведут развернутую борьбу с зарвавшимися толстосумами из правительства. Стихийно возникшее несколько лет назад движение «Красноухих» собрало в свои ряды сотни тысяч оппозиционеров и переросло в мощную радикалистскую партию сопротивления «Зубастики», которая, помимо активной антиправительственной пропаганды, то и дело заявляет о себе дерзкими актами возмездия, взрывая правительственный транспорт и здания, пуская под откос поезда с правительственными грузами, сжигая мосты и другие объекты строительства…

  На последних словах дикторского текста на столе у начальника какой-то хитрый домофон издаёт истошный зуммер. Начальник, не торопясь, выключает звук телевизора, снимает трубку и степенно прокашлявшись, произносит:

Начальник – Да. Да. Да-да. Да? Да.

  Начальник кладёт трубку, продолжая смотреть в молчаливый экран, через мгновение в дверь просовывается голова Человека. При взгляде на него хочется вскинуть брови и протянуть – «Да-а-а… Похоже, этому малому не по себе…» Впрочем, мы не успеваем рассмотреть его настолько подробно и вдумчиво.

Человек – Здрасьте…
Начальник – (Величественно обернувшись) Добрый день.
Человек – Вызывали?
Начальник – Хороший вопрос. Как бы ты сам на него ответил?
Человек – Ну…
Начальник – Ну?
Человек – Ну…
Начальник – Ну-ну-ну?!
Человек – Ну, да…
Начальник – Пра-авильно! Совершенно верно! Абсолютно исчерпывающий ответ! Да! И этим всё сказано. Вот ты и ответил, заметь, абсолютно самостоятельно, на свой вопрос. Вызывал. А, кстати, почему ты пришёл к такому выводу?
Человек – Ну…
Начальник – А вот теперь позволь, я отвечу на поставленный вопрос. Ты пришёл к означенному выводу, опираясь на тот факт, что несколько минут назад тебе позвонила Галина Степановна и сообщила тебе, что я тебя вызываю. Иначе, зачем бы тебе, спрашивается, вваливаться посреди бела дня ко мне в кабинет и отвлекать меня от важной работы вопросом, вызывал ли я тебя, в то время, как тебе доподлинно известно, что – да, вызывал, не так ли? Теперь ты, надеюсь, видишь, что вопрос твой был абсолютно неуместен и по сути своей глуп?
Человек – Вижу…
Начальник – Ну что ж, превосходно, превосходно. Тот факт, что теперь тебе видна неуместность и глупость твоего вопроса, внушает некоторую надежду на то, что ты не окончательно потерян для общества. Попробуем продвинуться дальше. Следующий вопрос сформулируем так: как тебе кажется, зачем я тебя вызывал?
Человек – Ну… 
Начальник – Ну?..
Человек – Ну…
Начальник – Ну-ну! Смелее! Попробуй мыслить логически.
Человек – Ну, наверное…
Начальник – Та-ак, та-ак!…
Человек – Ну, вы, наверное, хотели…
Начальник – Конечно!!! Конечно, молодец! Конечно я хотел! Абсолютно правильное предположение! Что называется, в самое яблочко! Я хотел! Точнее и не скажешь! Ты явно становишься на путь прогресса! Похвально, похвально. Однако, ещё одно усилие. Ещё один рывок. Нам ведь осталось определить чего именно я хотел. 
Человек – Ну…
Начальник – Понимаю. Понимаю твоё затруднение. Эта задача куда сложнее. Даже человек с тренированными извилинами, пожалуй, по началу оказался бы в непростом положении. В непростом, но не тупиковом! Прошу обратить на это самое пристальное внимание - не тупиковом! Потому как нам на подмогу снова приходит ЛОГИКА! Итак, чего может хотеть начальник вызывая своего подчинённого? На первый взгляд – чего угодно, ведь разнообразие человеческих желаний столь безгранично! Но это только на первый взгляд. Ведь если бы я захотел, к примеру, поиграть с тобой в пятнашки, я бы скорее выбрал для нашей встречи какую-нибудь полянку или лужок, не так ли? Ведь согласись, лужок или полянка куда лучше подходят для игры в пятнашки, чем душный кабинет… Кстати, что-то и вправду душновато. Открой-ка форточку, проветрим. (Человек отправляется открывать форточку) Так вот. Тоже, между прочим, любопытный пример. Если желание поиграть в пятнашки мы отмели, вычеркнули из предполагаемого списка желаний, которыми может быть обуреваем начальник, вызывающий своего подчинённого, то ты можешь предположить, что я тебя вызвал, потому, что хотел, чтобы ты открыл форточку. Можешь?
Человек – Ну…
Начальник – Можешь, можешь, не спорь. Можешь. А вот предположишь ты так или нет, зависит от того, насколько ты силён всё в той же логике! Поскольку, посуди сам, если бы я просто хотел, чтобы форточка была открыта, стал бы я вызывать тебя или нет? Ведь я мог бы просто попросить Галину Степановну открыть форточку, или, на худой конец, оторваться от важной работы и сделать это самостоятельно, ведь так?
Человек – Ну…
Начальник – Ну во-от! Значит у меня была ещё какая-то причина, по которой я решил тебя вызвать, кроме форточки. Какая же?
Человек – Ну…
Начальник – Ну же, смелее! Ты на правильном пути!
Человек – Ну, вы, наверное…
Начальник – Та-ак, та-ак!..
Человек - …наверное хотели поговорить…
Начальник – Молодец! Умница! Просто умница, светлая голова! Поговорить! По-го во-рить! Слушай, ты делаешь большие успехи, просто громадные! Грома-адные! Поздравляю! Если дальше так пойдёт… то есть… э-э-э… в смысле, даже жалко…эээ… В общем, на чём мы остановились?
Человек – Вы хотели поговорить…
Начальник – О чём? Вот вопрос, который нам с тобой осталось разрешить. О чём я хотел с тобой поговорить? Имей в виду, что отвечая на этот вопрос, тебе придётся в первую очередь учесть, что поговорить об этом я хотел именно с тобой, а не с кем-либо другим.
Человек – Ну…
Начальник – Ну подумай, о чём, ИЛИ О КОМ, я могу хотеть поговорить с тобой и только с тобой?
Человек – Ну…
Начальник – Ну!..
Человек – Обо мне, что ли?..
Начальник – Поздравляю! Поздравляю! Лучшего ответа на поставленный вопрос, пожалуй, и не придумать! И смотри, как ловко это у тебя получилось – рраз! – и ответ готов! Ты фактически не тратил времени на раздумья! Это подтверждает, что начиная мыслить логически, человек одновременно развивает так называемую интуицию! Итак, поговорим о тебе.

                                 Пауза.

Человек – А чего?…
Начальник – Ну… Как дела?
Человек – Ну…
Начальник – Понимаю, понимаю, так сразу и не скажешь, да? По-разному, да?
Человек – Ну…
Начальник – А вообще?
Человек – Ну… 
Начальник – Ну вот и славно! Вот и хорошо! Главное, я считаю, не вешать носа! Никогда! Ни при каких обстоятельствах! Чуть только нос повесишь – сразу всё пойдёт наперекосяк, поверь мне! Так что – молодцом, молодцом! На семейном фронте как?
Человек – Ну…
Начальник – Ээ, брат, вижу, вижу, тоже не всё просто, тоже бывают завихрения, а у кого их не бывает? У кого? Я тебе так скажу – не бери в голову! Завихрения завихрениями, а вешать нос не надо! Не надо и всё тут! Сам же знаешь, милые бранятся – только тешатся. Всё образуется, поверь мне. Вот, на работу устроишься…
Человек – Что?
Начальник – Что, что? На работу, говорю, устроишься. Ты же не собираешься тунеядцем разгуливать? Семью-то кормить надо!
Человек – Так ведь я же…
Начальник – А как же? Конечно! Ты – мужик, добытчик, кормилец! Надежда и опора! А ты как думал? Конечно! Тебе и карты в руки. С твоими-то способностями! Да ты горы свернёшь!
Человек – Так ведь…
Начальник – Горы! Пиренеи! И Кордильеры заодно!  
Человек – Так…
Начальник – Что? Я сказал – Кордильеры. Ты что, не знаешь, что такое Кордильеры?
Человек – Так я ж ведь у вас работаю! Какие Кордильеры? Куда мне устраиваться?
Начальник – О! Вот сколько вопросов сразу! Погоди, я отвечу на них, если не возражаешь, в обратном порядке. Итак, устраивайся куда хочешь. Слава Богу, у тебя есть выбор. Могу только посоветовать постараться найти место, где все твои несомненные таланты были бы востребованы на все сто. Это будет непросто, но я в тебя верю. Далее. Кордильеры – величайшая по протяжению горная система земного шара, занимает западные части Северной и Южной Америки, образуя также дугу больших и малых Антильских островов. Длина  - около15-и тысяч километров, ширина – до 1600 км. в Северной и до 800 км. в Южной Америке. Наиболее высокие вершины – гора Мак-Кинли (6187 м.) в Северной и Аконкагуа (7035 м.) в Южной Америке. Про климат и полезные ископаемые ты сам можешь всё узнать в энциклопедическом словаре, если интересно. И последнее. Утверждение, которое ты высказал в качестве первого тезиса своего короткого выступления - ошибочно. Как бы нам этого ни хотелось, ты у нас не работаешь. С сегодняшнего дня.

  Как только он произносит последние слова, освещение снова резко меняется, снова зритель морщится от отвратительного гудения, снова персонажи застывают, как вкопанные, и снова над ними вспыхивают экраны, на которых видны возбуждённые 1-й и 2-й Резцы. Чуть позже – ещё один, на нём – 2-я Двойка.

1-й Резец – В связи со сложившейся ситуацией, предлагаю незамедлительно приступить ко второму этапу операции. Прошу голосовать!
2-й Резец – Некогда, некогда, товарищи, единогласно!
2-я Двойка – Урра-а!!
1-й Резец – Отлично, приготовиться, даю обратный отсчёт – 10, 9, 8, 7…

  Экраны гаснут, свет возвращается, гудение прерывается, герои продолжают действие. 

Человек – Кордильеры, значит? Пиренеи?
Начальник – Конечно! И Пиренеи, и…
Человек – Гималаи!!!
 
 С этими словами, вернее, с этим словом он кидается к Начальнику, и снова «Танец с саблями» как бы подхватывает своим вихрем и необузданный приступ зубовной агрессии и искаженное ужасом лицо орущей жертвы. Спустя мгновение всё опять погружается во тьму. Бледные зрители вытирают со лба холодный пот.

…………………………………..

  Сцена не то чтобы плохо освещена, просто оправляясь от шока, зритель не сразу в состоянии заметить копошащуюся в углу или в глубине фигуру. Потом-то он понимает, что это Сева занимается любимым делом, но сперва всё-таки немного не понимает, что это там такое? Сева любит своё любимое дело и занимается им довольно продолжительное время с явным удовольствием. Даже когда он уже закончил, на лице его сохраняется отстранённо благодушная улыбка. Сева, погуляв по сцене, включает телевизор, тут же отзывающийся воплем поп-шлягера: 

Пусть на зубах скрипит песок,
Крепче сожми свои челюсти!
Пусть на зубах хрустит песок,
В  жизни немало прелести!
Пусть на зубах песок хрустит, 
Челюсти крепче сожми свои
Пусть на зубах песок скрипит
Выполнить нужно ж миссию!

 Сева с удовольствием чешет живот, ещё немного прохаживается, потом бросается на оттоманку и, разлёгшись там, снова чешет живот. Раздаётся стук.

Сева – Кого чёрт несёт?
Голос человека – Сева, это я…
Сева – (довольно) Нет, Сева – это я!

Через некоторое время снова раздаётся стук.

Сева – Кого Чёрт несёт, я спрашиваю?
Голос человека – Да я это, Сева открой!
Сева – Я это… Я это… Придут, оторвут – здрасьте пожалуйста, бросайте всё – я это!
Голос человека – Сева, ну открой пожалуйста…
Сева – Да ладно, что с тобой делать-то, заходи… Открыто там…

Входит человек, некоторое время мнётся, подходит к продолжающему валяться Севе, протягивает руку.

Человек – ЗдорОво…
Сева – (протягивая пальчики для пожатия) Ну, здорово, здорово, раз уж припёрся. (пристально смотрит на человека) Ну?
Человек – Что?
Сева – Принёс?
Человек – А!.. (достаёт бутылку с синей прозрачной  жидкостью).
Сева – (выхватывая бутылку) Нет, ну надо же! Припёрся, главное, оторвал, а сам – «что?». Друг называется…
Человек – Ну, ладно тебе…
Сева – Ещё и «Ну ладно тебе»! Слыхали? Нет, ну вообще… 
Сева проходит с бутылкой через сцену, достаёт стакан, наливает жидкость, начинает долго и тщательно полоскать ей рот. Телевизор в это время исполняет следующий шлягер:

Вдали я свет твоей улыбки увидал
Увидал 
Увидал
И челюстями я тотчас заскрежетал
Скрежетал
Скрежетал
И, стиснув зубы, я как чокнутый стоял
Я стоял
Я стоял
Пока вдали твоей улыбки свет сиял
Свет сиял
Свет сиял.
Переплыву я и Амур и Мичиган
Мичиган
Мичиган
Чтоб увидать твоей улыбки жемчуга
Жемчуга
Жемчуга…

Сева выплёвывает жидкость, убавляет громкость телевизора и издали показывает Человеку бутыль.

Сева – Будешь?
Человек – Да не, спасибо…
Сева – Ну, как хочешь, дело твоё. Зря, между прочим. Я бы на твоём месте… (снова набирает жидкости в рот, начинает полоскать, подходит к Человеку, жестом показывает «покажи, мол, зубы», тот неохотно оскаливается. Сева, взглянув, как бы непроизвольно выплёвывает жидкость прямо на пол) Ну ты даёшь! Клиника, просто… (продолжает полоскать, прохаживаясь по сцене. Человек присаживается на край оттоманки. Сева, выплюнув жидкость, некоторое время смотрит на него издали) Чё припёрся-то?
Человек – Да я…
Сева – Ну, чё ты мямлишь-то, чё ты мямлишь? Да я, да я… Бэ-бэ-бэ, Мэ-мэ-мэ… Чё, проблемы?
Человек – Ну, так… в общем…
Сева – Нет, ну я не могу, честное слово! Как дитё малое! Нет, ты скажи, ты мужик, вообще, или говно на палочке?
Человек – Да я…
Сева – Головка от… патефона… Припрётся, рассядется - Бэ-бэ-бэ, Мэ-мэ-мэ… Нет, правда, ты скажи, мужик ты вообще, или говно на палочке?
Человек – Сева, я…
Сева – Сева, Сева!.. Конечно, чуть что, так сразу – Сева! Сева, помогай, Сева, выручай!.. Без Севы уже шагу не ступить… Ну, чего там у тебя?
Человек – Да я, понимаешь…
Сева – Понимал бы - не спрашивал! Как я, интересно, должен понимать? Это ты, может, телепат, так тебе «Бэ-бэ-бэ, Мэ-мэ-мэ» - ты всё и понимаешь, а я, извини, телепатиям не обучен, да, такой вот я серый, отсталый. Мне, извини, чтобы я понял, хотя бы слово надо по-человечески сказать.
Человек – Так я говорю…
Сева – Что ты говоришь? Это вот «Бэ-бэ-бэ» - это ты говоришь? Нормально! Нет, я вообще не понял, ты мужик вообще, или говно на палочке? Пришёл, сказал – так и так, выручай, Сева, без тебя никак, без тебя посрать не можем. Попёрли, дорогой Сева, меня с работы, как быть? Нет, припрётся, оторвёт, рассядется и понеслась - Бэ-бэ-бэ, Мэ-мэ-мэ…
Человек – Ну да…
Сева – Что – ну да? Что – ну да?
Человек – С работы…
Сева – Ну вот, поздравьте меня пожалуйста! Я стал телепатом, приехали! Можно диплом экстрасенса получать! Да с такими ещё не тем станешь, слова по-человечески не вытянешь. Скоро, как этот, как его, по воздуху порхать начну. 

Сева для убедительности показывает руками, как именно он скоро начнёт порхать по воздуху, потом снова набирает жидкости в рот и начинает долго полоскать. Пауза.

Человек – Ну вот…
Сева – (выплёвывает жидкость) Так что, значит, говоришь, с работы попёрли?
Человек – Угу.
Сева – (подумав) И правильно сделали. Я вообще не понимаю, как они тебя там держали. Я бы такого, ты извини, я тебе как другу говорю, я бы тебя на их месте и дня не продержал. Ты бы у меня через час с треском вылетел без выходного пособия. Даже минут через десять. (Набирает в рот жидкости, деловито полощет, выплёвывает) Ты сам-то на себя посмотри. Двух слов по-человечески сказать не можешь, Бэ-бэ-бэ, Мэ-мэ-мэ… всё вытягивать из тебя приходится. Я бы такого близко бы не подпустил. Ты бы у меня… (делает неопределённый, но угрожающий жест, затем набирает в рот жидкости, полощет).
Человек – Так, а чего теперь делать-то?
Сева – (выплёвывает жидкость, делает страшные глаза) Снимать штаны и бегать!! Ты посмотри на себя-то! С работы его попёрли, тоже мне катастрофа вселенская! Ты вообще, я не понимаю, мужик, или говно на палочке? Припёрся, расселся и ну соплями умываться! Сева помогай, Сева выручай! А без Севы уже и посрать не можем! Слыхал, как говорят – нас того, а мы крепчаем! Тебя попёрли, а ты – уух!.. (делает неопределённый жест кулаком). Не-ет, что вы! Мы так не можем. Мы чуть что – и лапки кверху. У нас же это… как его… (Набирает в рот жидкости, идёт, полоская, на другой конец сцены, внезапно останавливается и выплюнув резко поворачивается) А-а-а! Ты Нинке признаться боишься! Ну, коне-ечно! Как же ты ей скажешь!  Она ж из тебя колету сделает! Люля-кебаб! (сюсюкая) Мы же у Ниночки у драгоценной-ненаглядной под каблучком поселилися! Мы же с неё пылиночки сдуваем, да горшочки за ней выносим! Как же мы её так расстроить можем?! Мы же так ей всю системочку нервную потревожим! (хватается за живот, падает) Ха-а-ха-ха-ха-ха-х-ах-ах-ха-ха!... Уух-ха-ха-ха-ха-хэ-хэ-хэ-хэ!... Не могу!.. Оох-хо-хо-ха-ха-ха-ха-ха!.. (садится на полу, вытирает слёзы) Ну всё-о-о… Сделает из тебя Нинка не то, что люля-кебаб! Хинкали! Ха-ха-ха-ха-ха! Сациви!... Ха-ха-ха! Лобио!!!!
Человек – Да мы с Ниной… Я…
Сева – (меняясь в лице) Чтоо? Нет, не могу, держите меня трое, двое не удержите! Что ты сказал? Вы с Нинкой… Нет, ну точно я с ума сойду! Мама дорогая! А я-то смотрю – чего он такой таинственный! А он, оказывается с Нинкой… Ну, ты подумай! Вот это да! Ну ты герой! Герой, честное слово! Поздравляю! Нет, правда! Похоже, есть надежда, что ты не совсем говно на палочке! Ну и чё, и чё?
Человек – Да, видишь… Я, короче… Она…
Сева – Разосрались. С ума сойти. Хватило духу. Ну ты подумай! Молодца, молодца!.. А я тебе сразу сказал – дрянь она. Сучка натуральная. А ты – лопух. Сю-сю-сю, му-сю-сю… А она из тебя верёвки вьёт, а сама за твоей спиной под каждого встречного…
Человек – Ну, ты знаешь, тоже так, не очень-то…
Сева – Ой-ой-ой, подумаешь! Вот уж правда, лопух, так лопух! 
Человек – А тебе-то откуда известно?
Сева – Говорю – значит известно.
Человек – Врёшь!
Сева – Я вру? И ты это мне говоришь, твоему единственному другу? Ну, ты идиооот!
Человек – Докажи!
Сева – Ой-ой-ой! Докажи! Лыцарь, тоже мне! Да она, если хочешь знать, ко мне два раза в неделю, вот на эту самую оттоманку!.. Я уж не хотел тебя по дружбе  огорчать…
Человек – Что?
Сева – Что-что… То! Сам напросился, идиот безмозглый!.. Лопух…

И вновь действующие лица замирают, как в стоп-кадре, вновь зрители морщатся от отвратительного гудения, в изменившемся освещении сцены вновь вспыхивают экраны.

Одноглазый – Ну чё, кажись пора?
1-й резец – Пора! Пора!
2-й резец – Пора! Товарищи, ура!
Остальные – Ура, ура ура!

Мерзкое гудение обрывается, экраны резко гаснут, в вернувшемся освещении Человек бросается на Севу.

Человек – Идиот, да? Лопух, да?
Сева – Э-э, ты чё?
Человек – Говно на палочке?

На вжавшихся в кресла зрителей вновь обрушивается бешеный ритм грохочущей музыки, несколько секунд хаотичные всполохи выхватывают «кадры» кровавой расправы, потом всё резко стихает. В навалившейся черноте слышны стоны и всхлипывания слабонервных.

Сцена представляет собою зал суда. За длинным столом, стоящим вдоль зеркала сцены, сидят Адвокат, Судья и Прокурор в характерных шапочках с кисточками. Здесь, постановщик, я должен поделиться с тобой некоторыми соображениями, касающимися твоей работы. Дело в том, что авторский замысел подразумевает участие в данной постановке только двух актёров – одного в роли Человека, а так же существ на экранах (здесь тебе придётся поломать голову над техническим воплощением этой смелой задумки), а другого -  во всех остальных ролях. До сего момента со вторым актёром у тебя проблем не возникало, поскольку кроме Человека на сцене всегда находился только один персонаж. Но сейчас на сцене сидят трое. Как быть? Предлагаю следующий выход из создавшейся сложной ситуации. Актёр по-прежнему остаётся один, и произносит реплику того действующего лица, чья очередь говорить настаёт по ходу действия. Оставшихся же двоих персонажей «играют» манекены, аналогичные тем, которых зритель видел на экранах, среди прочих «виртуальных» героев. Для того, чтобы произнести текст следующего действующего лица, актёр  перемещается на мизансцену говорящего, меняясь местами  с соответствующим манекеном. Непростая пластическая задача для актёра, но, полагаю, выполнимая. Впрочем, ты – постановщик,  тебе и решать. Итак:

Судья – Встать, суд идёт! (Адвокат встаёт)
Прокурор – Ваша честь, мы же пришли уже.
Судья – Вот и встаньте, раз пришли.
Прокурор – Так мы же вставали уже!
Судья – Ничего, ещё раз встанете.
Прокурор – Да сколько ж можно-то?
Адвокат – Протестую, это не имеет отношения к делу.
Судья – Протест принимается, представитель обвинения – встаньте.
Прокурор – (адвокату) Поговори у меня ещё… (нехотя встаёт)
Адвокат – Протестую, это прямая угроза представителю защиты!
Судья – Протест принимается, представитель обвинения – возьмите свои слова обратно.
Прокурор – (нехотя) Беру свои слова обратно.
Адвокат – Вот так, понял? Меее!.. (показывает прокурору язык).
Прокурор – Протестую! Ваша честь, а чего он дразнится?!
Адвокат – Протестую! А чего он сам, как этот!..
Судья – Протест отклоняется! Оба! (хватает молоток, забивает гвоздь) Прошу тишины! А то рассажу…

Прокурор и Адвокат мнутся, угрюмо потупившись.

Судья – То-то же. Сесть, суд пришёл. (Прокурор и адвокат садятся) Ну чего у нас там дальше? 
Прокурор – Дальше, ваша честь, у нас дело страшного-престрашного злобного и коварного серийного маньяка кусачего!
Адвокат – Протестую! Вовсе он не страшный! Очень даже симпатичный малый…
Прокурор – Ага, симпатичный! Вы бы, ваша честь, видели что он со своими жертвами делал, симпатичный!
Адвокат – Да они сами виноваты, они первые начали!
Судья – (хватает молоток, забивает гвоздь) Тишины, я сказал, прошу! Слово имеет представитель обвинения.
Прокурор – Спасибо, ваша честь. Гхм-гхм. Подсудимый этот, как его там… короче подсудимый страшный-престрашный злобный и коварный серийный маньяк кусачий систематически нападал на своих бедных ни в чём не повинных жертв и причинял им увечья не совместимые с жизнью методом множественных укусов высокой степени проникаемости своими страшными-престрашными зубищами. Фотоматериалы с мест преступления приобщены к делу, если желаете – можете ознакомиться, только не советую, а то, я боюсь, вас вытошнит.
Адвокат – Ничего не вытошнит! Ваша честь, разрешите я скажу!
Судья - (хватает молоток, забивает гвоздь) Тихо! Вытошнит, не вытошнит… Представитель защиты, чего вы там хотели?
Адвокат – Спасибо, ваша честь. Я хотел сказать, что вовсе он не страшный, а они вовсе не ни в чём не повинные! Очень даже повинные! Они первые начали! Они систематически доводили подсудимого до состояния аффекта, вот ему и не оставалось ничего, как наносить им лёгкие увечья, очень даже, между прочим, прекрасненько совместимые с жизнью. И не зубищи у него никакие, а так, фуфло, и укусы были, между прочим, очень даже средненькой степени проникаемости, так что всё он врёт!
Прокурор – Это я-то вру? Протестую, ваша честь! Сам он всё врёт! 
Судья - (хватает молоток, забивает гвоздь) ТИ-ХО! Счас удалю обоих, нафиг, из зала суда, будете знать! Устроили  тут!.. Повинные, не повинные, совместимые, не совместимые… 
Адвокат – Совместимые, ваша честь!
Судья – Молчать! Вам, представитель защиты, слова не давали.
Адвокат – Так я же…
Судья – (хватает молоток, забивает гвоздь) Молчать, я сказал! Объявляю вам первое предупреждение.
Прокурор – (злорадно) Понял?
Судья – (свирепо) И вам, представитель обвинения, я тоже объявляю первое предупреждение. Оно же последнее! Надоели уже!.. (переводит дух) Так, скажите мне, кто-нибудь из пострадавших помер? ТИХО! (адвокату) Прошу ответить вас.
Адвокат – Никто не помер, ваша честь. Все живёхоньки! Один только в коме…
Судья – (прокурору) Так что же вы мне тут лепите, что не совместимые, когда никто не помер?
Адвокат – Я же говорю – врёт он всё!
Прокурор – Протестую, ваша честь, я не вру! Они точно были не совместимые, зуб даю. Это медицина, как всегда подоспела не вовремя – успели откачать. А так бы ещё чуть-чуть и всё – а-ля у-лю мадера фикус!
Судья – Ладно, ясно всё с вами. (адвокату) Так что вы там про состояние аффекта вякали?
Адвокат – Довели, ваша честь! Довели, изверги! До самого, что ни на есть состояния аффекта! Прям даже жалко, что откачали их, сволочей. Да я бы их своими руками – так над человеком измываться! То не то, это не это – вот и довели!
Судья – А откуда такие сведенья? Свидетельских-то показаний в деле не содержится.
Адвокат – Да вы сами-то на него, ваша честь, поглядите! Это ж добрейшей души человек! Тихий, скромный, умница! Чтобы он в здравом уме да трезвой памяти – такое – в жизни не поверю! Вы бы посмотрели какие у него глаза!..
Прокурор – Протестую! Глаза подсудимого не могут служить оправдательной уликой!
Адвокат – Могут! Ещё как могут!
Прокурор – Не могут! Ваша честь, скажите ему!
Адвокат – Могут, могут!
Судья - (хватает молоток, забивает гвоздь) ЗАМОЛЧАЛИ ОБА! Вы меня самого счас до состояния аффекта доведёте, честное слово! Превратили суд чёрт знает во что! (переводит дух) Где этот ваш подсудимый, валяйте его сюда!..
Прокурор – Эй, там, подсудимый!
Адвокат – Подсуди-мый! Подсудименький!

Входит Человек. Руки у него скованы наручниками, на лице – намордник.

Судья – (пристально смотрит на него) Так-так… Ну и чего мы натворили?
Человек – Я не хотел. Честное слово…
Адвокат – Вот видите, ваша честь, подсудимый показывает, что совершил свои деяния не предумышленно!
Прокурор – Ага! Все они так говорят! А вы, ваша честь, с него намордник снимите – он и вас так отделает зубищами своими, мало не покажется!
Адвокат – Протестую, это ни на чём не основанные предположения!
Судья – Так-так-так… Что, стыдно, да?

Человек несколько раз понуро кивает головой.

Адвокат – Вот видите, ваша честь, подсудимый полностью признаёт свою вину и выражает глубокое раскаяние в содеянном!
Прокурор – Конечно! Это он специально из себя разыгрывает, а сам только и думает, как бы ему ещё кому-нибудь нанести множественные увечья не совместимые с жизнью!
Адвокат – Протестую! Ваша честь, чего он опять, а?
Судья – Да погодите вы… Ну и что же, голубчик мне с тобой делать?
Человек – Простите меня… пожалуйста…
Судья – Кажется я это где-то уже слышал…
Прокурор – Ага, простите! Как же! Ввиду особой тяжести содеянного и потенциальной социальной опасности подсудимого, его следует полностью изолировать, выпороть, сжечь на костре, расстрелять, оторвать ему руки и ноги, а потом засунуть в мешок и утопить в самом глубоком месте.
Адвокат – Ввиду полного и очень глубокого раскаяния подсудимого и учитывая все возможные смягчающие обстоятельства, а так же несомненное и безоговорочное сотрудничество с органами правосудия, его следует немедленно освободить из под стражи в зале суда, за полным отсутствием состава преступления!
Судья - (медленно берёт молоток, медленно забивает гвоздь, потом ещё один) Так-так-так-так-так… Ну, короче… встать. Суд удаляется на совещание. (Адвокат и прокурор встают) Шутка! Никуда я удаляться не буду, совещаться мне не с кем, и так всё понятно. (Адвокат и прокурор садятся) Ку-у-да? Встать, приговор оглашать буду. (Все трое встают) Значит так. По делу этого самого, подсудимого, суд вынес справедливое и единственно верное решение: (делает паузу, обводит всех глазами) чтобы больше не кусался – подвергнуть его процедуре стопроцентной санации полости рта через повешенье. Ха-ха-ха, шутка! Короче вырвать ему все зубы к едрене фене. Без наркоза! Всё! Приступить к исполнению немедленно! (хватает молоток, забивает гвоздь)
Адвокат – Врача! Врача!
Прокурор – Палача! Палача!

Входит человек в белом халате и странном головном уборе, напоминающем те, что зрители видели на бессловесных «виртуальных» персонажах, с прорезями для глаз. В руке у него большие клещи. Он приближается к Человеку, снимает с него намордник.

Человек – АААА!!!

Свет на сцене гаснет, в темноте, почти заглушаемые всё тем же отвратительным гудением,  продолжают звучать крики Человека, вновь загораются экраны телевизоров. Знакомые нам «виртуальные» персонажи говорят одновременно, наперебой, так что зритель разбирает только обрывки  их слов.  С каждым леденящим душу воплем Человека один из экранов гаснет.

1-й резец – Товарищи, похоже ситуация начинает выходить из-под контроля! Меня начинают одолевать какие-то неприятные предчувствия. Есть ощущение, что нам необходимо срочно сменить тактику, выработать альтернативный план действий. Есть у кого-нибудь какие-нибудь предложения? Товарищи, не будьте такими пассивными! Я же говорю – ситуация выходит из под контроля! Надо срочно что-то предпринять! Това… (гаснет)
2-й резец – Друзья! Братья! Мы с вами… Мы… Мы поклялись друг другу идти до конца! И мы пришли к нему! Мы пришли к нему с поднятыми головами! Мы не предали своего святого стремления к лучшему, своей непоколебимой веры в светлые идеалы! Мы не бездействовали! Своими решительными действиями мы отстаивали своё право, утверждая в самих себя самоё жизнь! И пусть близок тот час, когда нам суждено Нет! Я не хочу! Мамочка! Помогите!.. (гаснет)
1-й инвалид – Это, я чё-та не понял, чё это он сказал? Э! Чего это они там говорят-то, а? Э-э! Чего они там говорят? Я не понял, чего это он там сказал-то, а? (гаснет)
2-й инвалид – (1-му) Да тихо ты, тупица! Заткнись уже! Рот закрой свой, я сказал! Как ты достал меня уже, гнида! Чтоб ты сдох уже! (гаснет)
Одноглазый – Ну вот, пожалуйста, допрыгались! Всё, кранты! Ха-ха-ха! Приплыли! А что я говорил? А? Ха-ха-ха! Что я говорил? Ха-ха-ха! Всё! Допрыгались! Ха-ха-ха-ха-ха! Кранты! (гаснет)
1-я Единица – Ой, не надо, не надо! Мы больше не будем! Честное слово не будем! Не надо, пожалуйста! Мы не будем больше! Нам не надо ничего больше! Мы больше ничего не хотим! У нас нет никаких больше требований! Ковыряйте в нас чем хотите! Мы больше не будем, честное слово! Не надо, пожалуйста не надо! (гаснет)
2-я единица – Ай-ай! Стойте! Это они! Это не мы! Это они всё! Они всё придумали! А мы не хотели! Они нас заставляли! Мы не хотели, это они всё! Они во всём виноваты! А мы не виноваты, это они, они! (гаснет)
Двойка – (всхлипывает, потом начинает рыдать в голос) И-и-и-и! И-и-и-и-и! И-и-и-и-и! И-и-и-и-и! И-и-и-и-и! (гаснет)
Клык – А здорово мы их, да? Здорово всё-таки, да? Раз! Раз! Так – Раз, раз! Гы! Здорово, да? Раз, раз! Гы! А они – А! А! Гы! А мы – Раз, раз! Здорово, всё-таки, да? Гы! (гаснет)
Мудрец – (оставшись один) Ну вот и всё. Эх-хе… (гаснет)

Сцена погружается во тьму. Гудение продолжает звучать довольно долго,  и резко прерывается, только когда самый терпеливый зритель подумает: «Ну, сколько ж можно?» В наступившей тишине слышны тихие стоны и бормотание. Тусклый луч, очень медленно выделяясь из темноты, падает на фигуру Человека. Он, скорчившись, мелко раскачивается и начинает говорить, то всхлипывая, то хихикая:

Человек – А фо? Я фе ихайеу… Я фам и фаю фо эфа хахоэ… Э фон ихия… Фафуа у ия фуы аыху ахахаифаю… Фо аи уохиф ия  хо-а аыхйаю… Я ифо ахуа фо а фо хахой уафхий… А хафо фа и фаю хо эа фыа хахое… Эфа и я… эфа аи фаи… Я и хахе афауфа… Я  их и хахе… Ао фао ха ха ауфиафь… Хаха я фа и хаю ха… Фоа эа афуха и я, а Хоха фуфой ха ия хеа… Я и хаю ха эа ауфиа… Я и хаю… эфа фо фё… Эафё иха ио… У ия а хэ фуы ахахаифаи… Я иаю хах эа фаухиа… Иаю… Я ихаэ…

Человек уходит, спотыкаясь о манекены, валяющиеся на сцене. Зрители не понимают, аплодировать им или нет.

                                                                                               2001 – 2006 гг.