Тайная жизнь китов

                                                Были поданы различные газеты, и, просматривая театральные                        
                                                 новости, мы узнали, что там появляются на сцене морские      
                                                 чудовища и киты.
                                                                                                       И.П. Эккерман. «Разговоры с Гете» 

                                                 Но никакого Александра Ивановича не было.
                                                                                                         В.В. Набоков «Защита Лужина» 

ОН. Даже и не знаю…Как я буду все это вам рассказывать и показывать…так, чтобы одновременно…Вот в кино проще…мне так кажется. Там примочки всякие, спецэффекты, флэшбэки, а здесь…(Оглядывается по сторонам, разводит руками.) Или вот, помните, фильм такой был: «Трое в лодке, не считая собаки»? Там Андрей Миронов когда очки надевал, то становился персонажем, а когда снимал, то был как бы за автора…У меня очков нет…Вернее есть, но солнцезащитные, а с ними не катит…Можно, конечно,  бейсболку взад-вперед надевать, но…как-то по-дурацки это, по-детски. (Пауза.) Как же быть... (Решительно.)  Ладно, в конце концов, вы ж умные люди – разберетесь, думаю! 
     Сообщение появилось на сайте ровно в пять двадцать. Как и в прошлые разы, кстати… Несусветная рань, ни один нормальный «буккроссер» в такое время на охоту не выйдет. Рахиль сообщила Дику, что объект отпущен на…(Пауза.)  Блин, ну я ж вижу, чувствую, что все идет не так…Вы смотрите на меня как на конченого идиота…неприятное такое ощущение…ужасно…Я-то сам понимаю, о чем хочу сказать…говорю… а смысл не доходит…Это все потому, что надо рассказывать и показывать одновременно…(Пауза.) Надо начать с чего-нибудь простенького. Так ведь? Вот, к примеру, мой дом, точнее двор. Раннее утро, никто еще не думает вставать. И вот я выхожу из подъезда…

                                                             *****

     Двор-колодец на Петроградской стороне. Солнечное утро. Он быстро выходит из подъезда, едва не сбив с ног девушку. Матерчатая сумка летит из ее рук, содержимое рассыпается по асфальту. Оба от неожиданности замирают на месте. 
     Про таких, как он, говорят  «одет скромно, но чисто»: синие джинсы, рубашка, бейсболка, за плечами рюкзак. Девушка держит в руке баллончик с краской и  выглядит более экзотично: зеленые волосы торчат в разные стороны, рубашка цвета хаки заляпана краской.   Обоим по 17-18 лет.

ОН. Э! Ты чего тут? 
ДЕВУШКА. А чего?  
ОН. Это мой подъезд!
ДЕВУШКА. Да? Я что-то не вижу мемориальной доски.
ОН. Ща как дам по башке!
ДЕВУШКА. Только попробуй! Краской из баллончика пшикну – месяц не отмоешься!

     Пауза. 

ДЕВУШКА. Бить девушек некультурно.
ОН. А краской на стенах рисовать культурно?

     Пауза. Оба не знают, как продолжить разговор. Она нагибается, поднимает сумку и начинает собирать с асфальта рассыпавшиеся вещи. Он, после секундных раздумий,  помогает. 

ДЕВУШКА (дружелюбно). Я – Ёлка!
ОН. Дик.
ЁЛКА. Дик?.. Не-а, не похож ты на Дика… 

ДИК. Ну вот так, блин, всегда…Мне никогда не давали прозвищ, даже в самом раннем детстве, даже в детском саду и яслях…Хотя, в яслях меня теоретически могли как-то называть, но я этого совсем не помню…Мама звала «Мишуткой», но это не считается. Потом, уже в школе, я пытался придумывать себе прозвища  сам, но они почему-то не приживались. Понятно, что одноклассники никогда не говорили мне: «Привет, Владислав!» Они бы не выговорили просто. «Привет, Влад!» - это в лучшем случае, а чаще просто: «Эй, ты!» Приятно, думаете, когда тебе каждый день «эйтыкают»?.. Даже производного от фамилии не получилось, представляете! Внешность у меня тоже самая обычная, так что  ни какого-нибудь тебе  «очкарика», ни «дылды», ни «жиртреста». Ничего! Как и нету меня, получается…А теперь и эта туда же…На Дика  видите ли не похож! 

ДИК (Ёлке). Ну и на кого я, по-твоему, похож?

     Пауза.

ЁЛКА. Ты скорее…м-м-м…Не знаю даже…Но уж точно не Дик.
ДИК. А ты у нас, значит, вылитая Ёлка, да?
ЁЛКА. Ёлка – это из-за прически, а твое прозвище…
ДИК. Проехали! 
ЁЛКА. Ты только не обижайся! Я потом придумаю тебе имя  и скажу.
ДИК.  Жду, прямо, не дождусь.
ЁЛКА. Не груби, тебе не идет.
ДИК. И не думал даже… (Показывает на стену дома.) Ну и что это за народное творчество?
ЁЛКА.  Солдата рисую. Вот трафарет…баллончик…прикладываешь бумагу и…
ДИК. Да вижу - не слепой. А зачем?

     Пауза. 

ЁЛКА. Ну это вроде как игра такая.
ДИК. Не хочешь, не говори, тоже мне – военная тайна. 
ЁЛКА. Да я правду, мы территорию так захватываем. Метим солдатами завоеванное пространство. 
ДИК. «Мы» – это кто?
ЁЛКА. Я. И другие. Те, которые играют. У каждого своя метка, свой солдат. Кто быстрее свободный дом увидел, тот его и пометил.  
ДИК. Как коты, что ли?
ЁЛКА. Упади!
ДИК. А чего? Это ж коты территорию метят, потом эти… белки еще…
ЁЛКА. Белки не метят. У меня дома белка живет, Леди, ничего она не метит. 
ДИК. Метит!
ЁЛКА. Не метит!
ДИК. Милитаристка!
ЁЛКА. Сам такой!
ДИК. Ща как дам по башке!

    Молчат.

ДИК. А потом…когда все дома закончатся?
ЁЛКА. Новые понастроят, делов- то!
ДИК. А если и они…закончатся.

     Пауза.

ЁЛКА (серьезно). Я тогда в другой город перееду. 
ДИК. Серьезно?
ЁЛКА. Не знаю еще... Вот пристал! 
ДИК. Нет, ну серьезно… Всю жизнь вот так, из города в город? Надоест!
ЁЛКА. Вот зануда! Если надоест, что-нибудь другое придумаю. 
ДИК. И не переедешь, да?
ЁЛКА (после небольшой паузы). А ты не хочешь, чтоб я уезжала?
ДИК (смущенно). Ну…я ж тебя практически не знаю…и вообще…
ЁЛКА. Мы, между прочим, познакомились. Забыл?
ДИК. Да…но…
ЁЛКА (с обидой). Расслабься! Я на твою руку и сердце не претендую… 
ДИК. Вот еще! И не напрягался даже.
ЁЛКА. Не ври!
ДИК. Не вру!
ЁЛКА. Врешь!!!
ДИК (кричит). Как дам по башке!!!
ЁЛКА (еще громче). Я сама тебе щас дам по башке!!!
 
ГОЛОС  СВЕРХУ. Да это я, вашу мать, ща спущусь и ваще бошки вам  поотрываю на хрен, если не успокоитесь!!!

     Дик и Ёлка тихо смеются.

ЁЛКА. А на подъезде написано «Дом высокой культуры». Оно и видно. 
ДИК. Да у нас много чего пишут. (Показывает.) Вон…наскальная живопись…
ЁЛКА (читает). «Смерть неизбежна!» (Решительно.) Ну-ка, подсади! Мне самой не дотянуться…
ДИК. Ты чего?
ЁЛКА. Закрасить надо, вот чего! 
ДИК (смотрит на часы). Слушай, мне вообще-то к метро надо…
ЁЛКА.  Не ной, минутное дело!
ДИК (ворчит, но помогает). На всех уродов время тратить – жизни не хватит… 
ЁЛКА. О-па! (Любуется свежим пятном краски на стене.) Теперь – красота! 
ДИК. Хмм…а если вдуматься, то и правда…неизбежна…
ЁЛКА. Много ты понимаешь!

                                                             *****

      Аничков мост. Утро. Редкие машины, почти нет прохожих.
     Дик один. 

ДИК. Она меня потом до метро проводила… Это показывать не надо, не интересно… Когда прощались, Елка записала номер своего телефона…(Закатывает рукав.) Вот здесь, прямо на руке. Где ум, спрашивается? (Слюнявит палец, тщательно стирает надпись.)  Это вроде как ее метка, получается…Она так сказала.  (Пауза.) Так, а что же дальше-то было…
     От Гостинки до Аничкова моста я бежал так, что редкие прохожие шарахались в стороны. Хотя теоретически мог и не спешить. Время Рахиль  выбрала идеально, я об этом уже говорил… Объект никто кроме меня не обнаружил, да и не мог. Никому и в голову не придет, что всего-то нужно…(Обходит вокруг одного из монументов Клодта.) А потом… (Встает на цыпочки.) Секундочку… (Пошарив рукой, снимает с пьедестала книгу.) Вот она, родная! 

     Дик любуется находкой, рукавом протирает переплет, осторожно перелистывает страницы. 
     В начале следующего монолога, он словно бы пытается воспроизвести чужой текст, заранее выученные слова. Это делает его похожим на неопытного телерепортера. Однако постепенно скованность исчезает и становится понятно, что перед нами по-настоящему увлеченный человек. 

     Это движение возникло в Европе, а в России нас пока не очень много. Многие о нас вообще никогда не слышали, а многие просто не понимают, чем мы занимаемся. На самом деле все очень просто. Мы – буккроссеры – считаем, что книгам не место на полке. Поэтому наш девиз: «Прочитал книгу – отпусти!» Пусть она принесет радость и другим людям. В реале это выглядит так. Я вклеиваю в книгу что-то вроде библиотечного формуляра и пишу туда свое имя.  Потом еду… ну допустим, в Летний сад. Прячу книгу так, чтобы она не бросалась в глаза случайным людям. Возвращаюсь домой и пишу на сайте сообщение: кто, когда, в каком примерно месте и какую именно книгу отпустил.  В этот момент и начинается охота! Тот, кто быстрее книгу нашел – молодец! Прочитал, написал в ней свое имя и снова отпустил…Сложно, да? Ну а иначе просто не интересно! Нет, бывает иногда, что буккроссеры просто оставляют книги на скамейках или в телефонных будках. Но это не от большого ума, ведь тогда книга запросто может погибнуть. И чаще всего в этом виноваты дворники…Хуже браконьеров, честное слово. Для них книги, что мусор! Рахиль на сайте писала, как один такой…мастер чистоты, блин, нашел и сжег ее книгу…Она для людей принесла, а он…в костер! Теперь мы с ней списываемся отдельно от остальной компании, но сейчас не об этом… Есть еще гады, которые найдут книгу и все, и никуда. Оставляют себе. Нельзя так! Весь смысл в том, чтобы отпустить книгу. Увидеть в ней живое существо, которому нельзя жить в неволе! (Пауза.) Вот киты, например… Я сейчас путано говорю, но просто вспомнил и пока не забыл…В этой книге – я ее раньше читал, понимаете? - так вот автор классифицирует китов, как книги! (Пытается отыскать в книге нужное место.) Нет, не то…(Смущенно улыбается.) Ну вот…теперь вообще забыл, что хотел сказать. А ведь что-то важное… Не помню…

                                                          *****

     Кофейня на Невском проспекте, в районе площади Восстания. Утро.      
     У стойки примостились официантка и бармен; они полностью погружены в «работу» -  смотрят телевизор. За столиком Дик и молодой парень лет 25-27. Пьют по второй чашке кофе. Других посетителей нет.

ПАРЕНЬ. Девчонка хоть симпатичная?
ДИК. А? 
ПАРЕНЬ. Ёлка эта, какая из себя?
ДИК. Нормальная… Я не обратил внимания.
ПАРЕНЬ. Ну и зря. Лучше она, чем Рахиль твоя, непонятно какая.
ДИК. Почему непонятно-то?
ПАРЕНЬ. Нормальные девахи – нормально знакомятся, а не виртуалят. Ладно, показывай, что она тебе на этот раз подкинула. 

      Дик протягивает книгу; парень берет ее в руки, листает. 

ДИК. Это Ромыч. У меня он него почти нет секретов. Но мы не друзья, а …Ну как бы случайные, но очень близкие люди. Так бывает. Мы и познакомились-то случайно. Здесь, в кафе. Ночью Ромыч работает, а утром заглядывает сюда перекусить, почитать газеты, посмотреть телевизор. Он всех знает, и его все знают. А я…ну как бы с ним, понимаете? За компанию, вроде как.

РОМЫЧ. Вот послушай! Это подчеркнуто было. (Читает.) «Я вижу его как сейчас — такого бледного, в поношенном сюртуке, с такими же поношенными мозгами, душой и телом. Он целыми днями стирал пыль со старых словарей… Ему нравилось стирать пыль…это мирное занятие наводило его на мысль о смерти».  Ну и что это за фигня?
ДИК. Это просто…фигня! (Зло.) Про китов…
РОМЫЧ. Ладно, не парься. Ты – лучший! (Снова углубляется в книгу.)

ДИК «Ты – лучший!» В этом весь Ромыч. Когда я его первый раз увидел, он сидел за этим вот столом, а перед ним лежала стопка открыток. Ну такие…рекламные…их на стойку перед дверями обычно пачками выкладывают. Так вот Ромыч в этих открытках всякие приятные слова писал. Типа, «Ты – лучший!», «Улыбнись! Тебя снимает скрытая камера!» и всякое такое…Напишет стопку, а потом обратно – на стойку. Чтоб народу не так скучно эту рекламу читать, чтоб весело стало.  Так и познакомились…
 
     В кафе появляется еще один посетитель. Встретив такого на улице, обычно думаешь: «Ненормальных в нашем городе – каждый первый!» Оглядевшись, «ненормальный»  уверенным шагом направляется к столику, за которым сидят Дик и Ромыч.

ДИК А еще Ромыч красивый и… (видит приближающегося посетителя.) городские сумасшедшие его просто обожают. Ко мне если и подойдет такой, так только денег попросить. Ну вот, накаркал… кажется и правда идет.

ПОСЕТИТЕЛЬ (Дику). Привет! Я новые диски с  мультиками достал. Хочешь глянуть?
ДИК. Какие мультики? Тебе че надо?
ПОСЕТИТЕЛЬ. «Мутанты Икс» называются. Сейчас покажу! (Начинает развязывать свой рюкзак.)
ДИК. Не надо мне никаких мутантов, я тебя вообще не знаю! Понял?!
ПОСЕТИТЕЛЬ. Да-а-а?! 
ДИК. Слушай, вали отсюда, пока…
РОМЫЧ (посетителю, с улыбкой). Мультик! Ты чего мне человека тут пугаешь? 
МУЛЬТИК (Ромычу). Это твой друг? 
РОМЫЧ. Его зовут Дик.
МУЛЬТИК. Ой, Ром, он злой какой-то…И совсем не Дик!
ДИК. Чё ты гонишь, а?!!
МУЛЬТИК. Не похож, говорю - вот чего!
ДИК. Блин, да это что за…
ГОЛОС БАРМЕНА. Мультик! «Русалочка» начинается, иди зырить!
МУЛЬТИК. Пасиба! (Дику.) И совсем не Дик! Вот! (Уходит.)
ДИК. Это кто вообще?!! 
РОМЫЧ. Тихо-тихо, чего развоевался-то?! Это Мультик, местная достопримечательность. «Девушка» трудной судьбы!
ДИК. Кто?!
РОМЫЧ. Да не ори ты! (Тихо.) Проститутка он. На Московском вокзале тусуется. Ну чего смотришь, всякое бывает. Он вообще-то немного того, с прибабахом. Но безобидный. И мультики очень любит. Постоянные клиенты пользуются, не деньги дают, а диски. Экономят так, суки! Прикинь? (Пауза.) У него родители где-то в области живут, пьют сильно. Вот он почти всю коллекцию с собой и таскает. Чтобы не пропили. Вот такие дела! 
ДИК. А где он их смотрит?
РОМЫЧ. Так у этих мужиков своих и смотрит. 

     Пауза.

ДИК. Странно…
РОМЫЧ. А чего странно-то? Ты вот – книги ищешь, он – мультики собирает.
ДИК. Да не про то…Мне сегодня уже второй человек говорит, что…не похож я…а на кого похож – не говорят.
РОМЫЧ (смеется). Не бери в голову - болеть будет! (Бьет себя ладонью по лбу.) Чуть ведь не забыл! (Достает из-под стола увесистый сверток.) Вот! Специально тебе принес, в подарок.
ДИК.  Ромыч, а…
РОМЫЧ.  Ты только погоди, сразу не открывай. Сначала прикол расскажу. Иду недавно по Невскому, а навстречу деваха. Идет себе, а в руке бейсбольную биту держит. Впереди меня два парня шли, да как давай ржать. Вот захочешь, дескать, с девушкой познакомиться: «Девушка-девушка, а как вас зовут?» - она в ответ битой по башке. И ржут! Ну я как представил, тоже заржал!
ДИК. Прикол!
РОМЫЧ. Я только потом догадался, что она это специально…вроде как мулька у нее такая. 
ДИК. С битой по улицам?
РОМЫЧ. Ну не обязательно с битой. Можно любой неожиданный предмет. Главное, чтобы больше ничего другого в руках не было, иначе непонятно будет, в чем прикол. (Кивает на сверток.)  Теперь можешь разворачивать!

     Под несколькими слоями бумаги обнаруживается старинный, изрядно ржавый утюг. Судя по весу, чугунный.

ДИК. Это чего?
РОМЫЧ. Глаза разуй! Это утюг. Антикварная вещь, между прочим.
ДИК. Вижу, а зачем он?

     Пауза.

РОМЫЧ. Ты замечал в нашем городе странных людей?
ДИК. А далеко ходить не надо! (Указывает в сторону бара, где, облокотившись на стойку, наслаждается приключениями Русалочки Мультик.)
РОМЫЧ. Не, ты не понял. Вот представь. Ты идешь по городу и на встречу тебе толпа народу. Чаще всего ты в их лица даже не всматриваешься, да их и нет, лиц этих…просто безликая толпа. И они тоже…в упор тебя не видят. И так продолжается до тех пор, пока не появляется какая-нибудь девчонка с бейсбольной битой. Ее сразу видно! ВСЮ!!! От косичек до босоножек! И ты пытаешься хорошенько рассмотреть ее лицо, встретиться с ней глазами! Пытаешься понять, запомнить!  И что-то такое с тобой и с ней происходит… и маленькое становится большим, понимаешь?!

     Большая пауза. 

ДИК. Ромыч, я не хочу быть странным. Я самый обычный, ты ж знаешь… 
РОМЫЧ. Пиво будешь?
ДИК. А при чем тут?.. Не буду, не пью я…
РОМЫЧ. Вот!!! Ты не пьешь, не куришь, не ходишь в клубы! Девушки у тебя нет! Вся твоя жизнь – это книжки и интернет?! В реальном мире ты не существуешь! Тебя как бы нет!   
ДИК. Тебя послушать, так если человек не пьет и не курит, то он уже не существует. Так, да?
РОМЫЧ. Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю.
 
     Пауза.

ДИК. Выходит, для тебя я тоже не существую? Да?
РОМЫЧ. Глупость сейчас сказал… Обидную…
ДИК. Прости, пожалуйста! Я не хотел, правда! Не хотел тебя обидеть, честное слово!.. Ромыч, да возьму я этот долбаный утюг! Я для тебя все-все сделаю! Что скажешь! Если хочешь, я буду странным, я каким угодно буду, только не обижайся! Хочешь?

     Пауза.

РОМЫЧ. А я для меня ты и  так… странный. Даже без утюга.

     Молчат. Улыбаются.

ДИК (с сожалением). Мне на работу пора.
РОМЫЧ. Ты это…приходи сегодня вечером к нам в клуб. Посмотришь хоть, как я танцую. Я на входе скажу, что ко мне друг придет. Тебя за кулисы пустят…
ДИК. А я на мосты потом не опоздаю? Если разведут, то куда я?..
РОМЫЧ. Да фиг с этими мостами! Мы ко мне потом поедем, я ведь один живу. Ты и дома у меня, кстати, ни разу не был. Приходи, а? Придешь?

                                                         *****

     Невский проспект. День. Жарко. 
    Обливаясь потом, с тяжелым рюкзаком за плечами, Дик раздает прохожим рекламные листовки.

ДИК. А это вот моя работа. Понятно, что не на всю жизнь, на каникулы только…(Пауза.) Один раз кто-то из буккроссеров отпустил смешную книгу. Ну как смешную, не в плане обхохочешься, а такую, что время и деньги покупку даже тратить смешно. Но мама моя прочитала. Там одна тетка с Рублевки о тяжелой жизни богатеев все рассказывала, ну мура, в общем, но…Я как раз школу заканчивал, и надо было поступать куда-то. А тетка эта написала, что, мол, найти технолога пищевого производства сейчас почти невозможно, а через пару лет на них вообще охота будет, большие деньги и все такое. Мама моя подсуетилась, все разузнала, оказалось – правда. И конкурса никакого, и физику сдавать не надо. И я поступил… учусь теперь… надо ведь… (Пауза.)  В детстве я мечтал стать…Ну это вообще отдельная история. В классе  пятом или шестом  нам задали сочинение на тему «Кем я мечтаю стать»…Не знаю уж, что там остальные писали, меня это никогда не интересовало, а вот я…(Смеется.) Дернул же черт написать правду! Ну просто подумал тогда, а почему бы…ну хоть раз в жизни…Написал, что стану гипнотизером, пойду служить на атомную подводную лодку, загипнотизирую команду и заставлю взять курс на далекий архипелаг Фиджи. Под угрозой ядерных боеголовок захвачу власть и стану мудрым и добрым правителем. Дальше продолжать? (Смеется.) Я сейчас вкратце рассказываю, а тогда все  очень подробно, по пунктам написал в тетрадке…Маму вызвали к директору. Школьный психолог сказала, что у меня ярко выраженные преступные наклонности…(Пауза.) Потом преступные наклонности куда-то делись, а к концу школы мне уже вообще никем не хотелось быть…(Замечает, что листовки закончились.)  Я сейчас по телефону буду звонить… (достает мобильник) только вы не смейтесь, ладно? Модель очень древняя…Да какая разница-то?  Лишь бы слышно было…так ведь? (Роется в карманах.) Многие смеются…Мне его мама год назад на день рождения подарила. Она у меня вообще в технике особо не разбирается, вот и взяла... какой подешевле. (Находит листок бумаги с записью, набирает номер.) Я ничего не сказал; она этому телефону сама так радовалась… (Говорит в трубку.) Алло! Это Клео?.. Это Дик…да, от Михала, из Москвы… Время? Да, я как раз рабо…(спохватывается) дела свои закончил…Нет, сегодня вечером уже обратно…Хорошо, а где?.. Ну я найду, да…Я вас узнаю, мне Михал фотографии показывал…Хорошо, до встречи! 

                                                         *****

     ***** переулок. Вечер. Довольно большое подвальное помещение, переделанное под арт-кафе. Негромкая музыка. Шумная «богемная» публика. 
     За столиком Дик и Клео. В других обстоятельствах она тоже «шумная и богемная», но сейчас говорит негромко, отрывисто, устало. Она чем-то раздражена и постоянно курит.    
 
КЛЕО. Тебе здесь не нравится?
ДИК. Да не, нормально все. Только необычно…
КЛЕО. Боишься?
ДИК. Ничего не боюсь. В начале только…
КЛЕО. Что?
ДИК. Ну…не по себе немного стало.
КЛЕО. Даже так?
ДИК. Ага, особенно вот когда вы…
КЛЕО. Говори мне «ты», договорились ведь.
ДИК. Да, извини…
КЛЕО. Проехали. Дальше говори.  «Не по себе стало»…И?
ДИК. И…ты сказала, что в кафе пойдем, а тут двор какой-то… Ни вывески, ничего…
КЛЕО. Значит, все-таки испугался.
ДИК. Да, почему сразу испугался-то?! Просто странно, и все! Сказала, в кафе…а тут подвал… и дверь открыла своим ключом. Любой испугается…
КЛЕО. Думал, в притон тебя веду, да? (Смеется.) «Я поведу тебя в музей, сказала мне сестра»... Вино будешь?
ДИК. Не, я не пью.  
КЛЕО. Какой правильный мальчик мне попался. Жаль, значит не судьба  сегодня нажраться. 
ДИК. А что…все, кто здесь сидят…они тоже?.. Своим ключом?
КЛЕО. Дался тебе этот ключ! Его не всем дают. Надо сюда несколько раз зайти, с администратором поговорить. Потом, если понравишься, могут  и ключ предложить, чтоб каждый раз дверь тебе не открывать…Что ты читаешь? (Указывает на книгу, край которой выглядывает из рюкзака.) 
ДИК. Так, в дорогу взял. (Протягивает ей книгу.)
КЛЕО. Мы в детстве с девчонками гадать любили. По книгам. Задумаем желание и открываем наугад. (Открывает.) «Она пришла ко мне, чтобы посоветоваться насчет памятника человеку, которого она любила в юности и которого тому уже лет сорок назад убил кит в Тихом океане»… Господи, ну почему кругом одна жопа! Почему так, а?

     БОЛЬШАЯ ПАУЗА.

ДИК (нарушает молчание). Михал сказал, что ты художница.
КЛЕО (погружена в свои мысли). А?
ДИК. Он сказал, ты всякую старину собираешь. (Ставит на стол яркий подарочный пакет.) Это тебе…(Достает утюг.) От Михала…типа сувенир…
КЛЕО. Утюг?
ДИК. В подарок… вроде как антикварная вещь…Не нравится?
КЛЕО (пожимает плечами). Утюг как утюг…большой и ржавый. (Пробует поднять.)  Как ты его из Москвы-то дотащил?
ДИК. Нормально. Не пешком же…
КЛЕО. Ну и как он?
ДИК. Утюг?
КЛЕО. Не тупи, москвич! Я тебя про Михала спрашиваю!
ДИК. Нормально вроде. Жив - здоров!  Приветы передает.
КЛЕО. В гробу я видала его приветы…в белых тапках…Мне он сам нужен, а не его приветы…и не утюг этот! Слушай…ты кто вообще? А?! 
ДИК. В каком смысле?
КЛЕО. Приехал тут! Сидит, дурачком прикидывается! Срочная доставка утюгов и приветов…
ДИК. Знакомый я…
КЛЕО. Да не похож ты на его знакомого! Понял! Не-по-хож!!!
ДИК. А на кого похож?
КЛЕО. Хрен знает!.. (Внезапно.) Я поняла! Вы – любовники! Он тебя трахает, да?! 
ДИК. Вы…Вы чего?!! 
КЛЕО. Мы – ничего! А вот вы!!!…Все…вы…(Плачет.)
ДИК. Кто?
КЛЕО. Мужики! Морочите голову со своим интернетом! Аськи-чаты сплошные…И никто слова не скажет и руку не протянет…Михал твой скотина за эти два месяца даже не позвонил ни разу…утюг один! А я…(Машет рукой.) Да что – я! Дура дурацкая! Вот и поделом мне, сама виновата, наказал боженька за фантазии…Знаешь, мне даже легче бы стало, если б его трамвай переехал! Вот ей-богу! Или кит его убил в Тихом океане! Да, лучше кит! Надежнее! Чтобы ничего этого не было в моей жизни! Никогда!  

      Пауза.

ДИК. Хочешь, я ему скажу, и он больше не станет тебе писать…Никогда!
КЛЕО. Поздно. Поздно уже…Мне домой надо. (Показывает на утюг.) Помоги эту хрень до мастерской дотащить…

                                                   

                                                       *****

     Михайловский сад. Поздний вечер. Гуляют влюбленные парочки. Дик в одиночестве сидит на скамье.

ДИК. Любой другой на моем месте соврал бы, что мы с Клео по концовке все-таки трахнулись…Фиг-то, не было этого…Да ничего не было! Я просто тупо допер  утюг и даже не зашел чаю выпить…она и не предлагала, кстати… Сейчас все объяснить надо, да? (Достает телефон, долго на него смотрит.) Мне ведь он и не нужен по большому счету. Все равно никто не звонит. Только мама, когда задерживаюсь…(Пауза.) Так и с письмами. Кто станет писать такому! И о чем? А вот если ты, к примеру, этнический серб, долго жил за границей, профессионально занимался балетом, разбираешься в живописи…лошадей любишь. Вот тогда – да, тогда  ты интересен!  Ну я и придумал…Михала. Это он, а не я выступал на сцене, продавал картины в Амстердаме и содержал собственную конюшню в Коломенском. Он любит итальянскую оперу, азиатское кино и вино чилийских виноградников… Еще у Михала много приятелей и от него без ума женщины…(смеется) особенно после того, как я содрал фотки из актерской базы одной румынской порностудии. Да что там! Видели бы вы, какую я ему квартиру в Москве придумал! Намучился с фотошопом, правда, но результат того стоил:  Клео даже написала, что у меня есть способности дизайнера! (Пауза.) Клео! С ней и правда… того…не очень хорошо все получилось. Я так Михалу и скажу!

                                                             *****
                                           
           Квартира Михала. Диван, кресла, большой телевизор и прочие радости цивилизации. Типичное жилье представителя мидл-класса, укомплектованное по каталогам IKEA, оживляют лишь картины на стенах. 

ДИК. Я так все примерно и представлял! Это наше с Михалом жилье… (Плюхается в кресло.) Не пентхауз, конечно, но…много ли надо виртуальному холостяку? Это…(показывает на соседнее кресло, в котором сидит очень модно одетый юноша) мой…ну как бы друг. Мы с ним иногда сидим, разговариваем… (Пауза.) Нет, вот как до разговоров доходит, так меня сразу клинить начинает, ничего в голову не идет…(Другу.) Слушай, а еще друг, блин, называется… чего я один-то всю дорогу  придумывать должен? Давай уже, не сиди. О чем мы там с тобой разговаривать любим?
"ДРУГ" (неуверенно). Э-э-э-э…О биксах, например.
ДИК. О каких, блин, девушках?! Ты на себя в зеркало давно смотрел? О каких девушках ты можешь разговаривать! Сидит тут, блин, чуть ли не в макияже с маникюром,  а туда же…о девушках он.
"ДРУГ". Ой! Я в Охотном ряду один магаз нашел!
ДИК. И?
"ДРУГ". Угадай, че давали?! 
ДИК. «Пиковую даму»?
"ДРУГ" (хихикнув). Жесть! (Проникновенно.) Пупс! Ты только представь себе,  чудные, ну просто волшебные сандалики от Prada! Сечешь? Смешные деньги, просто за три копейки, я плакал…Сорок пятый размер! Факнуть и удавиться на месте!!!

ДИК. И вот так он может часами. Если честно, то сдохнуть можно. Но я почему-то терплю его. Иногда к нам приходят другие гости.

        Входят гости. Молодой человек и девушка. Речью и манерой поведения они  напоминают тех деловых молодых людей, которые парами (как попугаи-неразлучники) ходят по улицам больших городов, вылавливают из толпы одиноких человеков и предлагают «вместе почитать Библию».  

ДИК (Другу). Вот кто вот это щас к нам заявился? А?
"ДРУГ". Ту пипл. Пара.
ДИК. Какая? Чья пара? 
"ДРУГ". Мэн энд вумен! Сечешь? 
ДИК. Я вижу, что не покемоны. И че они хотят?
"ДРУГ". Ну-у-у…бля…э…потереть…наверно
ДИК. О чем?
"ДРУГ".  Я ибу, что ли? Твои ж гости!
ДИК. Ясно. Толку от тебя, друг, никакого, блин…(Гостям) Ну?

          Гости тем временем сидят на диване и терпеливо ждут, когда к ним обратятся.

ГОСТИ. Здрасьте!
ДИК Здрасьте! Нарисовались, фиг сотрешь… О чем говорить-то будем? 

       Гости только и ждут сигнала; начинают быстро говорить, перебивая друг друга.

ГОСТЬ. Мы пришли, чтобы рассказать вам о…
ГОСТЬЯ. Мы пришли, чтобы поведать…
ГОСТЬ. Убедить вас…
ГОСТЬЯ. Показать, что…
ГОСТЬ. Чистые отношения…
ГОСТЬЯ. Самое лучшее, что может быть на свете!
ГОСТЬ. Мы призываем вас…
ГОСТЬЯ. Раз и навсегда отказаться от…
ГОСТИ (хором). Секса!!!

     Пауза.

ДИК. Нет, ну это дурдом на выезде, какой-то…(Другу.)Ты слышишь?
"ДРУГ" (отрываясь от полировки ногтей). Я вообще не прислушиваюсь, не могу два дела сразу делать …  И че? Они импотЭнты?
ГОСТЬЯ. Мы не импотенты! Импотенты хотят, но не могут, а мы можем, но не хотим…
ГОСТЬ. Секс мешает развитию личности, отнимает время, энергию, делает из человека животное, убивая душу инстинктами…
ГОСТЬЯ. Поэтому мы сексом не занимаемся!
ГОСТЬ. Мы с Мариной…
ГОСТЬЯ. Асексуалы!
"ДРУГ".  Кто? Какие «сексуалы»?
ГОСТИ (хором). АСЕКСУАЛЫ!

     Большая пауза.

ДИК. И…много вас таких?
ГОСТЬ.  По массовости мы почти догнали открытых гомосексуалистов!
ДИК. Нашли, блин, чем гордиться! (После небольшой паузы.)  Так вы что, даже не целуетесь?
ГОСТЬЯ. Нет, никаких поцелуев, ласк и даже прикосновений!
ГОСТЬ. Более того, нам это не просто чуждо, но и противно!!!
ГОСТЬЯ (неуверенно). Противно?
ГОСТЬ. Омерзительно!!! (С нежностью глядя на подругу.) Это наша с Мариной ответная реакция на голых баб, на смачно целующиеся парочки, на секс в прямом эфире…
ДИК. Марин, а тебе-то чем  голые бабы в прямом эфире не угодили? Они тебе жить мешают?
ГОСТЬЯ. Я…э…ну…
ГОСТЬ. Секс мешает видеть личность в другом человеке!
ДИК. Ой, да заткнись ты, не с тобой разговариваю! Марина, ну ты ведь нормальная девчонка, я ж помню! Мы с тобой с детства знакомы, так ведь? Я может чего-то не понимаю… Объясни тогда…Сама…Объясни мне, как же такое возможно?! Как можно жить без прикосновений? Зачем тогда?

     Гостья молчит.

ГОСТЬ. Ну, я могу взять ее за руку, когда на улице скользко, например, но стараюсь делать это в перчатках…
ДИК (кричит). Да почему? Почему?!! 
ГОСТЬЯ (медленно). Не знаю, как это получилось…Мы познакомились прошлым летом. Я к тому моменту сменила трех парней и сделала аборт. Он так красиво ухаживал, не лез под юбку, и вообще…(Пауза.) Когда  через три месяца ежедневных свиданий я сама попыталась его поцеловать, его чуть не стошнило. Теперь я и сама не понимаю, как могла этого хотеть, ведь чужие слюни – это так противно. (Плачет.) 
ДИК. Почему я тогда не проводил тебя после выпускного, не взял за руку, не поцеловал? (Пауза.) Почему  тебя никогда не было в моей жизни? (Свет медленно гаснет.)

                                                       *****

     Темнота. Голоса.

ДИК. Где у тебя свет включается?
РОМЫЧ. Ну все, хватит…(Через паузу.) Хорош! Никуда я тебя не отпущу, тебе сейчас поспать надо, чтоб хмель выветрился. Зачем ты пил, вообще?
ДИК. Нормально все, пойду…Скоро мама со смены вернется, пусть думает, что я дома ночевал.
РОМЫЧ. Ты  взрослый мальчик, а как же личная жизнь?.. друзья?
ДИК. Взрослый? (Пауза.) Почему тогда мне не стыдно? 
РОМЫЧ. Ты о чем?
ДИК. А ты?

    Пауза. 
    Шорохи. Щелчки выключателя.

РОМЫЧ. Гадство, лампочка перегорела…

    Скрип пружин. Шаги. 
    Наконец, шторы раздвинуты и в комнату проникает  солнце.
    Это та же самая комната, что и в фантазиях Дика. Ну, может, беспорядка стало чуть больше, не так стоит мебель, на стенах вместо картин висят постеры и…здесь живет Ромыч. Это его квартира. На полу  матрас со скомканными простынями и подушкой. По креслам разбросана одежда. 
    Раннее утро.
    На диване, укрывшись с головой лоскутным одеялом, лежит Дик. Закончив возиться со шторами, Ромыч возвращается, осторожно садится на край дивана. 

РОМЫЧ (трясет Дика за плечо). Эй! Дик! Что, совсем плохо, да? Может чайник поставить? 
ДИК (из-под одеяла, глухо). Угу… 
РОМЫЧ. Ладно, ты давай не раскисай, я быстро…

     Ромыч накидывает на голое тело  халат, идет в кухню, бодро гремит там посудой. Дик, кутаясь в одеяло, с трудом поднимается с дивана.

ДИК (тихо). Чужие слюни – это противно…
РОМЫЧ (из кухни). Что говоришь?
ДИК (также тихо). Так…сам с собой…(Ромычу.) Не надо было мне с ней встречаться, да?
РОМЫЧ. Не знаю… (Возвращается, ставит на журнальный столик чашки и блюдца.) Я вообще не знаю, зачем ты все это затеял? Сначала письма… потом встреча эта…зачем? Хотел посмотреть, как живая тетенька страдает? Или как? А? Чего молчишь?

     Пауза.
    Дик молчит, вертит в руках пустую чашку.

ДИК. Смешно как, смешно…как странно все бывает…Точно такую чашку я купил в Амстердаме… Мы как раз галерею открывали, а накануне я шел домой…Осень была, сырость такая от канала, и очень ныла нога…Врачи сказали, что до свадьбы заживет, но танцевать больше не сможешь…Продавец дал скидку, там изъян есть… I can tell much to you about this porcelain. It is unique… Две трещинки пересеклись, крестик, крест…

     Ромыч выхватывает чашку, бросает на пол. Вдребезги!

РОМЫЧ. Это МОЯ чашка…Это Я ее купил, понял? (После паузы.) И человеческие слюни – это нормально! Это поцелуями называется, понял?! (Кричит.) Это жизнь! Жизнь!!! Слышишь меня?! И никуда ты от нее не денешься, сволочь! И тебе придется завести свою жизнь, свою чашку… Свою, свою, свою!!! Не чужую! Нет! Сам! Сам должен!!!

     Пауза.

     … в комнате уже никого нет. На полу, в том месте, где стоял Дик, лежит скомканное одеяло.

Дик! Дик! Дик!!!

     Ромыч ищет, зовет, мечется по квартире, выбегает на лестничную площадку. Кричит, зовет, зовет, зовет Дика. Возвращается в квартиру, распахивает окно, кричит во двор… «Колодец» пуст, и только эхо, откликаясь, возвращает ему имя… Ромыч еще долго всматривается в эту заасфальтированную пустоту, в пустые окна, в серое пустое небо, словно пытается что-то разглядеть, понять…
     Потом он собирает все, что осталось от Дика: плавки, джинсы, рубашку, рюкзак, сотовый телефон. Сбросив халат, надевает одежду Дика на себя. Ложится на пол и с головой накрывается одеялом. Из его расправленных складок с едва слышным звуком выпадает книга. 
     Герман Мелвилл. «Моби Дик, или Белый Кит».
     По комнате гуляет ветер, перелистывает страницы. Они шелестят себе тихонько… а на самой последней из них карандашом подчеркнут текст: «Драма сыграна. Почему же кто-то опять выходит к рампе? Потому что один человек все-таки остался жив…На второй день вдали показался парус, стал расти, приближаться… То была неутешная «Рахиль», которая, блуждая в поисках своих пропавших детей, нашла только еще одного сироту».

     Темнота.
     Конец.

                                                                                                         2006 год