Никита Джилкибаев
  Дмитрий Ухлин

М О Т И В А Ц И Я

        		       Пьеса в 2-х действиях.

2002 г.

Действующие лица:

Виталий Михайлович Дубровин - 44 года, продюсер телесериалов
Вера - 37 лет, сожительница Дубровина
Илья Кондратов - 40 лет, кинорежиссёр
Инга - 32 года, киноактриса
Гамлет - 48 лет, драматург из Армении

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

На сцене огромная и роскошная квартира. Прямо по центру гостиная, слева от неё прихожая, справа спальня и дальше кухня.

Явление 1-е

Посреди гостиной разбросана куча полуразобранных сумок и чемоданов. Повсюду валяются мастер-кассеты. На диване в обнимку сидят Дубровин и Вера.

ВИТАЛИЙ: Зрелище - незабываемое! Повезло - мой иллюминатор как раз был обращён к побережью!
ВЕРА: Ну и правда там все ходят в белых штанах?
ВИТАЛИЙ: Большая часть там ходит вообще без штанов. Штаны там и не нужны, или на них денег нет.
ВЕРА: О, Рио, Рио. Карнавал и мулатки. 
ВИТАЛИЙ: Ни на то ни на другое времени-то у меня не было. Я два месяца на этой студии проводил по шестнадцать часов в сутки. Веруня! Весь процесс вот тут! (стучит себя пальцем по лбу) Не то, что у этого бездарного вора Арифметикова. Это ж надо - двадцать первый век на дворе, а мы живём по откатам и по понятиям!
ВЕРА: Не переживай. Откаты будут и в тридцать первом веке. 
ВИТАЛИЙ: А понятия?
ВЕРА: Меняются только формы, Витя. Тебе ли это объяснять?
ВИТАЛИЙ: Да... Ну а как тут наши “Коты-мурики”? Во сколько будет седьмая серия? Когда летел сюда, читал новости в газете. Степан Борисовича-то сняли не просто так, а с формулировкой.
ВЕРА: Да. С жестокой формулировкой. И, Витя... никак не решалась тебе сказать... но последняя показанная серия была пятой. Наш ситком снят с эфира.
ВИТАЛИЙ: Как?! Что ж ты в аэропорту не сказала? Я бы сразу поехал в Комитет!

Хватает телефонную трубку.

ВЕРА: Не спеши. Всё гораздо серьёзней. Арифметиков и его сын под следствием. Степан Борисович-то отсидится на своей вилле годик-другой, а потом получит пост ещё получше и будет рассказывать сказки о дикой травле. А репутация Арифметикова - тю-тю.
ВИТАЛИЙ: Да туда ему и дорога! Но при чём здесь “Коты-мурики”? Где официальное заключение?
ВЕРА (берёт бумагу, которая у неё под рукой и зачитывает) Вот, послушай. “В связи с крайне низким художественным уровнем ситкома “Коты-мурики” (ситуационная комедия) комиссия Комитета постановила предварительно назначить административное расследование по выявлению фактов нецелевого расходования средств сметы, передачу сметы на экспертизу в налоговую полицию и назначения ещё одной комиссии по выявлению художественных способностей создателей данного сериала.”
ВИТАЛИЙ (присвистывает): Вот скоты! О господи, как я бился за этот дурацкий прайм-тайм! А они и тогда уже знали, что Степан Борисовича снимут! Чиновники всё знают заранее - сволочи. Это нас оттирают от кормушки! Разжирели на наших откатах - и боятся, что и мы разжиреем и обнаглеем! А сколько лет убито на технологию? Кто из них что в этом понимает? Вон, в Бразилии - вообще не умеют делать ситкомы!
ВЕРА: Витя, но и нам досталась неплохая квартира.
ВИТАЛИЙ: А что толку? Сдохнем от голода в этой квартире?
ВЕРА: Почему от голода?
ВИТАЛИЙ: Вся жизнь потрачена, чтоб выбиться в люди - и если Комитет не даст заниматься профессией, что нам остаётся делать? Собирать пустые бутылки?
ВЕРА: Витя, а кто только что ныл про двадцать первый век? При чём тут Комитет? Небось не в совке живём.
ВИТАЛИЙ: Что ты имеешь ввиду?
ВЕРА: Я имею ввиду привлечение негосударственного капитала в наши проекты. Мы же с тобой продюсеры. Да и чинушам тогда будет выгодно вкладывать в нас государственные деньги.
ВИТАЛИЙ: Ты забыла, как мы десять лет шлялись по банкам, а всё сдвинулось с мёртвой точки только когда мне удалось познакомиться со Степан Борисовичем и узнать в подробностях систему откатов!
ВЕРА: Витя, возьми себя в руки, ты же мужчина. У тебя  есть отличные идеи. А я готова работать круглые сутки. Банки теперь другие. И сидят там другие люди.
ВИТАЛИЙ: Ну и что?
ВЕРА: Да ничего. Гамлет - отличный драматург. И мы его крепко держим за жабры. У него десять детей в одной Армении - а сколько здесь вообще никто не считал. Назначай его главным автором и давай думать о режиссёре и актёрах.
ВИТАЛИЙ: Как у тебя всё просто!
ВЕРА: Ещё проще, чем ты думаешь. Павильон-то я разобрать не дала.
ВИТАЛИЙ: Отлично! Сколько он ещё будет в нашем распоряжении?
ВЕРА: Три месяца.
ВИТАЛИЙ: Так-так-так-так-так... (хватается за телефон и набирает номер) Гамлет? Приехал, приехал. Потом расскажу. Ты сделал портфель заявок, который обещал мне до отъезда? Восемь? Отлично. Жду тебя через два часа. Гамлет, меня это мало волнует. Некогда водить детей в Луна-парк! (кладёт трубку) Вера, Кондратов проявлялся за это время?
ВЕРА: У Кондратова дела ещё хуже наших. Гениальный джеклондоновский проект сорвался. Он в полнейшем упадке и кризисе.
ВИТАЛИЙ: Думаешь, он изменил свою точку зрения на сериалы?
ВЕРА: Работа нужна всем.
ВИТАЛИЙ: Э, нет, Веруня. Эти самомнящие художники ещё много выпьют нашей крови. Ну, да что-нибудь придумаем. Режиссёров этих как собак нерезанных.
ВЕРА: Да нет. Кондрат - это бренд. Это тебе не Гамлет.

Явление 2-е

В гостиной те же и Гамлет.

ГАМЛЕТ: О, Виталий Михайлович! Это и есть знаменитые бразильские сериалы, которые мы так мечтали с вами посмотреть?
ВИТАЛИЙ: Ещё посмотрим. Где заявки?
ВЕРА: Узнаёшь своего шефа?
ГАМЛЕТ: Узнаю, узнаю. Хоть и хотелось бы для начала послушать про мулаток, карнавалы и Пеле. От первого, так сказать, лица. 

Достаёт заявки, передаёт Дубровину. Тот стоя небрежно просматривает их. Вдруг неожиданно задерживается на одном из листочков.

ВИТАЛИЙ: Как, как это называется? 
ГАМЛЕТ: Виталий Михайлович, это же “Точка нимб”, помните, как мы с вами три дня придумывали название?
ВИТАЛИЙ: Гамлет, когда ты поумнеешь? Выдумывали... Я обсуждаю с тобой разные вещи, но не из любой фактуры можно сделать настоящий сериал. Сериал родился в 1933 году, когда нацисты пришли к власти, как говорит Кондрат. Так что не всё так просто, ха-ха. А это что по-твоему? Киберпанк? Роман для безмозглых подростков?
ВЕРА: Витя, ну что - мне сейчас звонить Кондрату?
ВИТАЛИЙ: Гамлет, как ты думаешь? Сколько у нас это займёт времени?
ГАМЛЕТ: На ваше усмотрение, Виталий Михайлович.

Виталий отдаёт ему пачку заявок.

ВИТАЛИЙ: Восемь мне не надо. Ну-ка выбери три лучших.
ГАМЛЕТ: Вот это - продюсер... (бодро листает и быстро выбирает) Для души, для сердца, для долголетия. Вот эта - не для безмозглых подростков...
ВИТАЛИЙ: “Верный бросок”? Отлично...
ГАМЛЕТ: А вот про трёх незамужних женщин-андердогов.
ВИТАЛИЙ: “Мы не замужем”? Где украл название?
ГАМЛЕТ: А, в Ереване художница сделала батик, на нём две девки танцуют, ноги задирают. Весёлые, как клоуны. А называется - “Мы не замужем”.
ВИТАЛИЙ: Ха-ха... Всё это отлично, отлично, очень хорошо, Гамлет. Но ты понимаешь, что-то за последнее время всем так надоели истории про трёх женщин. “Москва слезам не верит” - это уже античность. Всё слишком избито за двадцать-то лет. А “Оскара” вообще дают за политику. 
ГАМЛЕТ: И что - мне возвратить аванс?
ВИТАЛИЙ: Не суетись. На другом отработаешь.
ВЕРА: Дай-ка почитать...
ГАМЛЕТ: Вот ещё есть - костюмно-историческая. “Белая Анна”.
ВИТАЛИЙ (листает): Гамлет... Еврей летит из Израиля. Где мотивация? Куда летит? К кому летит? Откуда летит? 
ВЕРА: Гамлет, а маньяк-то - убил писательницу? Я так и не поняла.
ГАМЛЕТ: Они поженились. 
ВИТАЛИЙ: И потом, Гамлет - “Русский Итон” это не тот сарайчик, который ты тут описываешь.
ГАМЛЕТ: Я думал, мы будем снимать у вас на даче.
ВЕРА: Гамлет, не обижайся.
ВИТАЛИЙ: И вот они тут захватывают заложников, и тут захватывают заложников. Второй захват - чистая калька. Если бы ты сумел их объединить в один, да прибавить к этому мотивации - тогда бы в этом был какой-то смысл. А сейчас это не заявка. Это не Италия, как говорил сын Муссолини.
ГАМЛЕТ: Да вы Виталий Михайлович, прямо скинхед какой-то.
ВИТАЛИЙ: Не я, не я. Твой приятель Кондрат все мозги запудрил своим фашизмом в искусстве.
ВЕРА: Витя, это просто эпатаж.
ВИТАЛИЙ (возвращает все заявки): Эх, семьсот долларов... Неужели вы пропали зря? Что скажете, принц датский? Что там у вас в портфеле ещё мелькало...
ГАМЛЕТ: Есть одна задумка... Но она даже не в виде заявки. Так, в виде предложения... Десять строчек...
ВИТАЛИЙ: Ну-ка, ну-ка... “Коридоры власти”?
ВЕРА: Сон в руку...
ВИТАЛИЙ: Да. Только-только говорили о чиновниках... Вот она, мотивация!

Явление 3-е

Гамлет сидит на одном из пуфиков с ноутбуком на коленях, и быстро набивает некий текст. 

ВИТАЛИЙ: Пиши, пиши, Гамлет. Шекспиром станешь.
ВЕРА: Витя, не отвлекай его.
ВИТАЛИЙ: Разговоров с Кондратовым не меньше чем на два часа. Гамлет, мы тебе не помешаем, или нам идти на кухню?
ГАМЛЕТ: Если что - я сам уйду на кухню.

Входит Кондратов.

ИЛЬЯ: Сегодня бросил курить. Двадцать пять лет курил “Лаки страйк”. И вот пришёл к вам выкурить с вами последнюю сигарету. Последний “Лаки” в своей жизни. Правда Витька-Дуб то - некурящий.
ВЕРА: Сам ты дуб, брат Кондрат.
ГАМЛЕТ: Питер - город Кондратов.
ВИТАЛИЙ: Получил, Илюша?
ИЛЬЯ: Гамлет, армянское радио - это сильно устаревший жанр.
ВЕРА: Ну ладно, Кондрат. Пора выручать нашу репутацию.
ИЛЬЯ: Господи, зачем вам репутация? Вам нужна мотивация. А мотивации ваши настолько прозрачны, что рабочему человеку стыдно.
ВЕРА: Оставь свой фашизм на потом.
ИЛЬЯ: Господа, сколько раз я вам говорил сразу суммировать ваши предложения в три пункта: аванс, договор, сроки. А мотивации оставьте на потом.
ВИТАЛИЙ: Кондрат, Илюша. Мы ещё не взяли тебя на работу. Мы хотели вначале тебя послушать.
ИЛЬЯ: Читать заявку - тоже работа. А уж говорить о ней - вообще каторга.
ГАМЛЕТ: Если бы ты знал, что значит её написать.
ИЛЬЯ: Даже знать этого не хочу. Ни в одной заявке нет никакого смысла.
ВИТАЛИЙ: Прочитать всё же придётся. Мы слышали, ты ищешь серьёзную работу...
ИЛЬЯ: Серьёзность и несерьёзность измеряются золотыми кружочками.
ВИТАЛИЙ: Мы хотели вначале тебя послушать.

Илья, вздохнув, усаживается за чтение.

ВЕРА: Пойду, сварю кофе. Он прямо с самолёта из Бразилии.
ИЛЬЯ: А... У тебя же была экспедиция в страну телесериалов и ты полон свежих идей и мыслей.
ВИТАЛИЙ: Ты не ошибаешься.
ИЛЬЯ: Ещё одна “Чёрная ламбада”?
ГАМЛЕТ: “Чёрная ламбада”, между прочим, получила приз экуменического жюри на фестивале телесериалов в Баден-Бадене.
ИЛЬЯ: Дикарей тоже хвалят за их наскальные рисунки.
ГАМЛЕТ: Кругом одни скинхеды...

Вера приносит кофе, Кондратов небрежно отбрасывает бумажки.

ИЛЬЯ: Был бы на моём месте Андре Бретон - он бы переломал вам все кости. И, к вашему сведению, это никакой не фашизм, а обычная порядочность. Это вы считаете сериалы искусством, да и то, мне кажется, лицемерите. Откат - ваше искусство. А вы собираетесь пить из меня кровь. Вот тут суть проблемы. Донорам - платят. Дают деньги на лёгкий завтрак. А мне, сами понимаете, с моими прошлогодними гонорарами, лёгких завтраков мало. У меня конечно не тридцать восемь детей, как в чудесных армянских семьях, но кровь я сдаю, узнав о сумме контракта.
ВИТАЛИЙ: До контрактов ещё далеко. Скажи о сути дела.
ИЛЬЯ: Ты, Витя, не понимаешь, что те проблемы, которые ты якобы пытаешься разрешить, не разрешаются придуманным тобой методом мотивации. У тебя нет проблем. Пусть Гамлет пишет - писать и разрабатывать любые сюжеты в наше время может кто угодно. А кто у тебя на примете на женскую роль?
ВИТАЛИЙ: Вот вопрос. Вера...
ВЕРА: Это вопрос вопросович. Кондрат, может ты и скажешь? Ты же здесь великий режиссёр.
ИЛЬЯ: Инга бы спасла положение.
ВИТАЛИЙ: Да у неё сотовый телефон стоит, как весь наш бюджет.
ИЛЬЯ: Да. Доводилось мне звонить с этого телефона. Кнопочки бриллиантовые, антенка платиновая. Но это Инга. Она получает “Оскаров”. А за политику их дают, или не за политику - неважно. Хороший телефон для хорошего человека важнее любой политики.
ВИТАЛИЙ: Послушай, Кондрат. Телесериальная промышленность только встаёт на ноги. Хоть она и существует с тридцатых годов. И эти потоки дерьма не удивительны. Но давай сделаем революцию. Мы можем хоть бразильцам, хоть мексиканцам показать, кто мы такие.
ИЛЬЯ: Да, было в нашем околотке два порядочных человека... Потомки их не забудут.
ВЕРА: А давайте всё-таки вернемся к Инге. Мне кажется Илья может её уговорить работать и за наши деньги.
ИЛЬЯ: Но Илья должен заинтересоваться и вашим делом, и вашими деньгами. И тогда он поговорит с Ингой. Она сейчас как раз гостит у бабушки.
ГАМЛЕТ: Сделано!
ВИТАЛИЙ (ходит и бормочет): Да, Инга, Инга... Под Ингу кто угодно даст деньги... Думайте, думайте... Гамлет, неси компьюк сюда...

Гамлет подносит ему ноутбук.

ВИТАЛИЙ: Ну, много лучше, много.

Явление 4-е

Свет нигде, кроме кухни, не горит.
На кухне за столом сидят и пьют виски Гамлет и Кондратов. 

ИЛЬЯ: Ну что, восстанавливаешь выпитую у тебя Витькой кровь за счёт юных вгиковцев? Готовых за сто долларов писать “Войну и мир”?
ГАМЛЕТ: Им полезно. Они учатся.
ИЛЬЯ: Тоже правда. И сто долларов для студента - деньги.
ГАМЛЕТ: Да... Если б Инга снялась в моём сериале - я бы мог получить и самостоятельную постановку.
ИЛЬЯ: Знаешь, для меня Инга готова на что угодно. Но ты, Гамлет, должен лоббировать мои интересы перед этим олухом.
ГАМЛЕТ: Хорошо тебе рассуждать. У тебя какая никакая, но слава.
ИЛЬЯ: Я ей прямо сейчас позвоню.
ГАМЛЕТ: Давай, Илюша, постарайся. Всё сделаю. Ты приведёшь Ингу, он подпишет с ней контракт на огромную неустойку, ей будет некуда деваться, а тебя он уволит.
ИЛЬЯ: Да знаю я... Вот и хотелось бы обдумать. 
ГАМЛЕТ: Я могу тебе подсказать его слабое место. А тебя прошу рассуждать о качестве моих работ на самом высоком уровне. Правда для этого урода это всё равно пустой звук.
ИЛЬЯ: Вдвоём мы его уработаем.
ГАМЛЕТ: Хотелось бы верить...

Свет на кухне гаснет.

Явление 5-е

Зажигается свет в спальне. Вера и Дубровин лежат на кровати и смотрят телевизор, стоящий к зрителям тыльной частью.

ВИТАЛИЙ: Вот видишь качество? Бразильцы не воруют деньги. Они работают. 
ВЕРА: Что ты думаешь о Кондрате и Инге?
ВИТАЛИЙ: С Ингой-то всё понятно. Инга нужна как воздух. А вот Кондрат... Нужен ли нам Кондрат? Пусть он приведёт нам Ингу, мы подпишем с ней контракт на такую неустойку, что ей деваться будет некуда. А про Кондрата мы ещё подумаем.
ВЕРА: Ты очень циничен. Он действительно настоящий художник...
ВИТАЛИЙ: Художник-мудожник... Может, ты его всё ещё любишь? 
ВЕРА: Я всегда буду его любить. То, что у нас с ним было - это моя жизнь. Мы не раз с тобой об этом говорили.
ВИТАЛИЙ: Шутка.
ВЕРА: Твои шутки побереги для Гамлета. Он их любит.
ВИТАЛИЙ: Ха. Гамлет - он ещё обхитрит нас всех... Мы будем смеяться его шуткам - если не выпустим его из нашей финансовой ямы. Он способен развернуться, этот ереванский драматург.
ВЕРА: Мы этого не допустим. 
ВИТАЛИЙ: Что бы у тебя не было с Кондратом раньше в жизни, давай мыслить реалистически. Нам надо подписать с ним липовый контракт и дать половину аванса. Может быть это будет всё, что мы на нём потеряем. Следующий шаг - контракт с Ингой. Этот будет настоящим. С реальной неустойкой.
ВЕРА: Какая разница, кто снимает сериал? Что ты к нему прицепился? Ему нужна работа, и он будет работать.
ВИТАЛИЙ: Да потому что я не могу с ним общаться. Да что он меня учит? Я учился у Буало и Нарсежака отечественной драматургии!
ВЕРА: Что ты переживаешь? Твоё какое дело? Ему всё равно. Сериал с Ингой посмотрят в любом случае.

Свет в спальне гаснет.

Явление 6-е

Свет на кухне зажигается
На кухне всё так же сидят Кондратов и Гамлет

ИЛЬЯ: Джек Лондон никогда не говорил, что белые молодцы, а чёрные говно. Джек Лондон интеллигентный человек. Говно бывает любого цвета. Он говорил о том, что представители разных рас в любом случае несовместимы, а их временная совместимость трагична. 
ГАМЛЕТ: Илья, всё это правильно. Старина Джек, может быть, один из самых больших молодцов в мировой литературе. Но что толку? Я должен быть собой. У меня свой путь, а у тебя тем более.
ИЛЬЯ: Может быть ты и прав... Не случайно этот проект провалился в самом начале... Но какая разница? Мы тут говорим об искусстве, а работать нам придется с Дубом-Витькой... И делать сериал про коридоры власти. А я, например, уже полгода не смотрю телевизор. Меня с некоторых пор власть не интересует. Я сам власть, когда у меня есть деньги. Следовательно, надо просто их заработать. А телевизор смотреть необязательно.
ГАМЛЕТ: Нет, Кондрат. Ты не фашист, как думает Дуб. Ты круче. Ты просто Мулла Омар.
ИЛЬЯ: Только в этом вопросе. 
ГАМЛЕТ: Я тоже не больно-то люблю телевизор. Но когда нечего делать...
ИЛЬЯ: Нет, нет! Это скин-глаз!
ГАМЛЕТ: Что значит скин-глаз?
ИЛЬЯ: Сам не знаю. Где-то читал. Но смысл простой - они все заодно. Они просто поделили лозунги. Кому-то достались пожирнее, а кому-то пожиже. Ну, а ток-шоу я не люблю. Смотреть фильмы по телевизору нет никакого смысла. О сериалах лучше вообще молчать.
ГАМЛЕТ: А я верю в нормальный сериал.
ИЛЬЯ: Верь, верь. Ты что, Гамлет, полный идиот?
ГАМЛЕТ: Почему идиот? Сам подумай. Ты же режиссёр, ты хочешь воздействовать на аудиторию. А телевизор это просто инструмент. От носителя ничего не зависит.
ИЛЬЯ: Как будто слушаю мракобеса мормона драматургии Витьку-Дуба. Прекрати, Гамлет. Пытайся любым способом вернуться в кино.
ГАМЛЕТ: Стань моим продюсером.
ИЛЬЯ: Продюсером я быть не могу. Властвовать над художником самое низкое занятие, которое может избрать человек в качестве своей деятельности.
ГАМЛЕТ: Спасибо, Илюша, на добром слове. Но им не накормишь моих детей.
ИЛЬЯ: И не сводишь их в Луна-парк...
ГАМЛЕТ: Да, и в Луна-парк, кстати, тоже. Ну, ничего. Фиг с ними, с сериалами. Давай просто работать.

Свет на кухне гаснет.

Явление 7-е

Зажигается свет в спальне.

ВИТАЛИЙ: Всё-таки у нас отличная квартира.
ВЕРА: Не забывай про Арифметикова...
ВИТАЛИЙ: Ты имеешь ввиду мои долги по кредитам? По возврату ко мне нет ни одной ниточки.
ВИТАЛИЙ: За это я тебя и люблю. Так не умеет мыслить даже Кондрат.
ВИТАЛИЙ: Демократы всегда победят фашистов. Всем милей ворюга, чем кровопийца.
ВЕРА: Да не кровопийца он. Он режиссёр. А мы просто люди. Я хочу простого людского счастья.
ВИТАЛИЙ: Надеюсь, со мной?
ВЕРА: Ну а с кем же, Витя? Я с некоторых пор не люблю художников.
ВИТАЛИЙ: Да любой сантехник может быть художником своего дела. Чего орать на каждом углу - “я великий”? Надо работать, трудиться, зарабатывать деньги.
ВЕРА: И я так думаю. Но Кондрата мне всё равно жалко...
ВИТАЛИЙ: Вера, он бы нас с тобой не пожалел. И даже не со зла - он бы просто не обратил на нас внимания. Мы бы тонули - а он бы думал о высоком искусстве. Точно так же он мог бы поступить со своей семьёй, со своими детьми и женой.  
ВЕРА: Ты прав. Ты прав.
ВИТАЛИЙ: Да даже если он суперразгениальный - во что никто никогда не поверит - я создал систему. Технологическую цепочку. Новый вид визуального производства. Ну и кто тут художник, спрашивается? 
ВЕРА: Ну может хватит об Илье Кондратове? У меня всё время ощущение, что он тут с нами третий.
ВИТАЛИЙ: Да... А представляешь, как у них чисто на студии? Кондиционеры... Зарплату платят раз в неделю. Люди все спокойные, доброжелательные. Всегда улыбаются - там не встретишь таких недовольных рож как у Гамлета. Вот - искусство! Условия для творческой работы. Здесь это способен сделать только я.

Свет гаснет.

Явление 8-е

В гостиной Вера, Кондратов, Дубровин, Гамлет и Инга. Они сидят за столом при свечах и ужинают.

ИНГА: Вот слушаю я вас, ребята, и могу сказать, что тут у вас гораздо интереснее, чем в Лондоне. Даже смешно, до чего легко там всё удаётся, не то что у нас. Но у нас зато и удовлетворения больше.
ВИТАЛИЙ: Здесь тебе обеспечены любые сложности. Ты же знаешь, мы не можем тебе заплатить столько, сколько ты стоишь. Если это удовольствие заменит тебе деньги - мы будем только счастливы.
ИНГА: Витя, да я просто по дороге зашла. Неужели ты думаешь, что я буду принимать участие в любых твоих проектах. Разве что ты переберёшься на “Парамаунт”. Да и то я ещё подумаю.
ГАМЛЕТ: Есть тост. Белая голубка как-то, перелетев с одной скалы на другую, увидела пейзаж совсем с другой стороны. В этот  момент мимо пролетал голубок, и сказал ей: “вот видишь, что такое поменять ракурс?”. И она его полюбила на всю свою жизнь. Так выпьем же за художника, искусство и великую женщину!
ВИТАЛИЙ: Инга, ты даже не видела сценарий. Тебе не нужно паблисити на родине? Тебя здесь начали забывать.
ИНГА: Витя, не ври сам себе.
ВЕРА: Инга, у вас брилльянтик из телефона выпал.
ИНГА: Ой!
ВЕРА: Шутка.
ИЛЬЯ: Продюсеры любят шутить. 
ГАМЛЕТ: Бесчеловечно...
ВИТАЛИЙ: Гамлет, ты бы не засиживался тут. Шёл бы домой. Тебе ещё писать и писать.
ВЕРА: Да пусть сидит. Он всё напишет вовремя.
ИНГА: Посиди, Гамлет. Разговор неокончен.
ВИТАЛИЙ: Илья, скажи ты что-нибудь.
ИЛЬЯ: Инга, кроме шуток. Если бы ты снималась в главной роли - я бы серьёзно взялся за режиссуру.
ИНГА: Это другое дело.
ВИТАЛИЙ: Так за чем дело стало? Это даже не обсуждается! Мы верим только в Кондрата! Нам не нужны другие режиссёры. Инга, можем хоть сейчас подписать контракт.
ИНГА: А с Ильёй вы подписали контракт? 
ВИТАЛИЙ: А ты опытная бюрократка. Можем подписать сначала с ним. 
ИНГА: Нормальные люди вообще сначала подписали бы с Гамлетом. 
ВИТАЛИЙ: С Гамлетом у нас свой уговор.
ГАМЛЕТ: Инга, за меня не волнуйся. Всё равно никто не будет делать эту чёрную работу так, как её сделаю я.
ИЛЬЯ: Если главный автор - не Гамлет, я не подпишу контракт.
ВИТАЛИЙ: Не волнуйся. Гамлет наш на пять лет вперёд. Гамлет, тебе нужен отдельный контракт?
ГАМЛЕТ: Виталий Михайлович, контракт и кошке приятен.
ВИТАЛИЙ: О-кей. Вера, принеси бумаги.
ВЕРА: Вот они.
ВИТАЛИЙ (передаёт экземпляр контракта): Гамлет, голубок. Тебя устроит такая форма? Деньги впишем задним числом.
ИНГА: Не соглашайся.
ГАМЛЕТ: Инга, не беспокойся (подписывает контракт).
ВЕРА (передаёт такие же бумаги Кондратову): Илюша, почитай и ты.
ИЛЬЯ: Но я-то без точного указания о деньгах ничего не подпишу.
ВИТАЛИЙ: Много говорить о деньгах в приличном обществе не полагается. Проставим сумму сейчас же.

Проставляет сумму. Илья, бегло её просмотрев, размашистым автографом подписывает контракт.

ВИТАЛИЙ: Ну, ребята. Вера, ты видишь наши самые яркие мечты на глазах превращаются в реальность. Благодаря нашим друзьям мы станем настоящими продюсерами. Инга, золото! 

Протягивает ей бумаги.
Инга их не берёт.

ИНГА: Мне сейчас пришли в голову странные мысли. Илюша, дай-ка мне свой контракт. Витя и Вера. Я сегодня отправлю его в Лондон а завтра уже получу ответ. Хочу провести небольшую юридическую экспертизу именно Илюшиного контракта.
ВИТАЛИЙ: Проблем нет. И вообще, золотце - веришь ты нам или не веришь, но мы в этом собаку съели. И если захотим составить контракт - то никто не отличит его от настоящего. Не порть праздник. Подписывай. Нас пятеро, мы вместе. Нам невыгодно обманывать кого-нибудь из присутствующих.
ВЕРА: Инга, мы ценим илюшин талант не меньше твоего. Мы действительно хотим работать только с ним.
ИНГА: Очень благородно с вашей стороны. Но в Лондоне быстро учат обязательно делать все формальности юридическим путём. Чтобы не было возможности даже для искушения.
ВИТАЛИЙ: Что ж... Подождём до завтра. Ты в принципе согласна, это самое главное.
ИНГА: У меня нет принципов.
ВИТАЛИЙ: Гамлет, скажи какой-нибудь тост.

Явление 9-е

Вера с Кондратом стоят в прихожей. Дубровин и Гамлет уходят на кухню, открывают там ноутбук. Свет горит везде.

ИЛЬЯ: Вера. Витя - отличный парень. Но ты знаешь - отличный парень не профессия. Ты - не такая как он. Не потеряешь ли ты некоторые свои особенности, работая с ним?
ВЕРА: Жизнь с тобой, конечно, принесла мне немало приятных минут. Но и такую травму, что я хочу просто забыть обо всём. Илья, оставь меня в покое. А контракт этот мы завтра перепишем в любом случае, что бы не сказал лондонский адвокат.
ИЛЬЯ: А зачем ты там устроила картину “Поцелуй Иуды” Крамского?
ВЕРА: Во многом я ушла от тебя из-за твоего несдержанного языка.
ИЛЬЯ: Ради красного словца...
ВЕРА: Ты даже нашу семью разрушил ради красного словца. А там я тебе советовала подписать этот контракт, зная, что Витя тебя не любит...
ИЛЬЯ: Ничего удивительного.
ВЕРА: И никому не верит... А контракты и так все липовые.
ИЛЬЯ: Меня интересует процесс борьбы, а не результаты.
ВЕРА: Как мне тяжело с тобой. Давай прощаться.
ИЛЬЯ: Давай, давай.

Уходит. Вера возвращается в гостиную и начинает носить посуду на кухню.

ВИТАЛИЙ: Солнышко, ты что, ещё не наняла домработницу?
ВЕРА: Нам надо экономить деньги. Мне не трудно исполнять некоторые женские обязанности.
ВИТАЛИЙ: Нет, Гамлет. Ты не Шекспир. Но можешь им стать.
ГАМЛЕТ: Время рассудит. Ближе к делу.
ВИТАЛИЙ: Что такое коридоры власти? Ведь мотивация этих людей разная. Но - любые персонажи попадают под четыре основных категории.
ГАМЛЕТ: Знаю, знаю. Андердоги. Наши соседи...
ВИТАЛИЙ: И так далее. Но здесь речь идёт об элите. Неважно - хорошие там люди или плохие. Сама ситуация - их мотивация. Получилось в рифму.
ГАМЛЕТ: Коридоры - с двумя “р” пишется?
ВЕРА: Коридоры - это не коррида.
ГАМЛЕТ: Спасибо.
ВИТАЛИЙ: Ты, конечно, можешь написать восемь плохих заявок, но эта - твоя тема. Ты же бывший журналист, пиарщик. Ты знаешь всю кухню.
ГАМЛЕТ: Я бывший рабочий сцены. Я знаю, что такое штанкеты и удлинители.
ВИТАЛИЙ: Это нас не интересует. Нас интересует журналист и драматург. Если ты не выложишься по полной - то нет смысла браться за этот проект.
ГАМЛЕТ: Главное для меня - не возвращать аванс. Контракт подписан, Виталий Михайлович, а вы меня знаете. Я всегда работаю одинаково - что на вас, что на себя.
ВИТАЛИЙ: Пойми, в этот раз надо всё решать как в кино. Давай сделаем большое кино.
ГАМЛЕТ: Средства не те, Виталий Михайлович.
ВИТАЛИЙ: Я имею в виду уровень ответственности.
ГАМЛЕТ: Понятно, что не гонорара.
ВИТАЛИЙ: Ну, может быть, достаточно на сегодня шуток?
ВЕРА: Шутить за работой необходимо. Это сильно освежает мозги.
ВИТАЛИЙ: Здесь не мозгами надо работать, а сердцем. Это надо прочувствовать.

Явление 10-е 

Инга, Дубровин и Кондратов в гостиной.

ИНГА: После такого я вообще не собираюсь ничего подписывать. Ты заключил с Ильёй не контракт, а филькину грамоту. Эти методы устарели. Раз ты работаешь в этом бизнесе, дорогой мой - ты действительно должен сохранять хотя бы видимость репутации. Но ты слишком бессовестен. Я не работаю с такими людьми - а ты, Илья, решай сам.
ИЛЬЯ: Я всё решил, когда родился.
ВИТАЛИЙ: В каком смысле?
ИЛЬЯ: Такие как ты смысл этого не поймут никогда. Ты вообще существо бессмысленное. Уж не знаю, какие кружева ты плетёшь, несчастный спекулянт - только зря ты думаешь, что возьмёшь в плен мою бессмертную душу.
ВИТАЛИЙ: Позвольте, ребята. Вы что - хотите сказать, что я дерьмо? А я не дерьмо. А если я и дерьмо - то знаю, почему.
ИНГА: Тебе виднее.
ИЛЬЯ: И продюсер ты - плохой. Ты не сумел организовать участие в твоём проекте двух самых важных для тебя людей. С такими, как мы, честность более выгодна. А ты с первой встречи подсовываешь нам фальшивый контракт.
ВИТАЛИЙ: Да плюньте вы на этот контракт. При чём здесь контракт? Илюша, контракт - для налоговой инспекции. Что вы лезете в... бутылку?
ИЛЬЯ: Да на тебе клейма негде ставить.
ВИТАЛИЙ: А на тебе?
ИНГА: Ему - можно.
ВИТАЛИЙ: Ребята, вы дураки или умные? Или у вас просто звёздная болезнь? Поближе к земле, друзья. Инга, если ты пристроена, если твой Себастьян Макс способен купить тебе такой телефончик и карьера твоя сделана, а твоему Илюше необходимы и деньги и, буду нескромным, самореализоваться на родине. А контракт - тьфу. Перепишем любой контракт. Мало ли где я там ошибся.
ИНГА: Почему-то ты ошибся сильно в свою пользу.
ИЛЬЯ: Всё это мотивация.
ВИТАЛИЙ: Ты зря так относишься к мотивации. На мотивации строится новое искусство технологического процесса. Где ты должен забыть о том, что ты - великий художник. Ха! Здесь надо работать в команде! С мотивацией всё не так просто.
ИЛЬЯ: Мотивация - поповское слово.
ВИТАЛИЙ: Ну, хватит. Давай говорить серьёзно.
ИЛЬЯ: А если серьёзно, то мотивация - это вообще прокурорско-адвокатский термин. Это не термин искусства. Искусство - это факт и рассмотрение факта. А почему он случился - по-большому счёту никому не важно. Важен факт, его последствия и их описание.
ИНГА: Браво, Илья. Демагогов-андердогов надо побеждать их же оружием.
ВИТАЛИЙ: Да ребята. Ну как вы не поймёте, о чём идёт речь? Ведь просто биологически ты можешь рассчитывать на меня.
ИЛЬЯ: Что значит - биологически? 
ВИТАЛИЙ: Да я просто могу тебя кормить. И кормить как следует. А кровь, как в кино, тебе лить не надо. Тебе надо просто участвовать в процессе на равных - со мной, с ней, с Гамлетом. С Верой.
ИЛЬЯ: Знаешь, что, мой родной? Рассказывай это на курсах повышения квалификации своих тупых авторов. Рабов твоего раба Гамлета. А мы свободные люди в свободной стране.
ВИТАЛИЙ: Да никто не посягает на вашу свободу...
ИНГА: Какой же ты, Витя, всё-таки шакал.
ВИТАЛИЙ: Ребята. Следите за своей речью, выбирайте выражения.
ИНГА: Илья. Пойдём отсюда.

Явление 11-е

Те же и Вера.

ВЕРА: Вы что, уже уходите? А мы хотели уничтожить тот контракт и подписать новый.
ИНГА: Вот ловкие ребята. И откуда вы всё знаете заранее?
ВИТАЛИЙ: Мы ко всему готовы. Мы же профессионалы.
ВЕРА: Ну правда, ребята. Подождите. Не думайте, что мы вас хотели обмануть. Такие контракты у нас стандартны для всех. Простите, мы не сразу додумались, что с Ильёй должен быть особый договор. Ну, не додумали. Голова у нас и так идёт кругом. 
ВИТАЛИЙ: Зачем нам ссориться? Всё обсуждается. Отошлите этот вариант на экспертизу хоть самому господу Богу. Только побыстрее - мне для банка и Комитета срочно нужен контракт с Ингой. 
ИНГА: Илья, что ты скажешь?
ИЛЬЯ: Да я не против работы. Я против такого отношения.
ВИТАЛИЙ: Типа “служить бы рад”?
ВЕРА: Витя, дай я скажу. Ребята, мы хотим с вами работать во что бы то ни стало. Не бросайте нас.
ИНГА: Если этот контракт не тот, что вы подсунули нам вчера - пусть Кондрат его подписывает. Но я подписывать ничего не буду. Сумма моего гонорара пусть будет включена в его контракт. С ним мы договоримся.
ВИТАЛИЙ: Вера, мы не можем на это согласиться.
ВЕРА: Почему? Это их дело. Пусть подписывают один на двоих.
ВИТАЛИЙ: Но банку-то нужен контракт с Ингой.
ИНГА: Тебе  и твоему банку хватит моего честного слова. Не хочешь - не надо.
ВИТАЛИЙ: Я должен подумать...
ВЕРА: Нечего думать. Проект должен жить в любом виде.
ИЛЬЯ: Ваш проект - это мы.
ВЕРА: Мы знаем.
ВИТАЛИЙ: А ведь это фундамент моей технологии...

Явление 12-е

Те же и Гамлет.

ГАМЛЕТ: Вот первая серия! Кто скажет, что это не качественно?! Просто читайте вслух! (раздаёт всем по экземпляру) Ты - министр, ты - глава администрации. Инга - Инга.
ВИТАЛИЙ (читает): “Министры приходят и уходят, а любовь остаётся.” Молодец, Гамлет. Долго думал?
ГАМЛЕТ: Читайте, читайте.
ВИТАЛИЙ: Ну ладно. “Эта женщина тебе достанется только через мой труп. Да ещё ты давеча в Думе сморозил невесть что.”
ВЕРА: Что за Илиада?
ГАМЛЕТ: Читайте, читайте.
ИЛЬЯ: “Сам ты мерзавец! Это ты пытался спровоцировать импичмент. А я ошибся искренне. Я верю в президента! И меня не столкнёшь с этого! Она пойдёт со мной!” Что, продолжать?
ВИТАЛИЙ: Погоди-ка... О, вот это годится. Инга, читай свой текст с предпоследней страницы.
ИНГА: “Что вы тут устроили бесприданницу? Вас настолько развратила власть, вы считаете, что вам все подвластны? Вы делите меня, как вещь. А я - живой человек. Неужели здесь, наверху, совсем нет нормальных приличных людей?” Дичь какая-то...
ВИТАЛИЙ: Да такая дичь и нужна! Вы даже не представляете уровень нашей публики. Умные люди телевизор не смотрят. Умные читают книжки без картинок. В который раз объясняю вам - не искусство здесь важно, а процесс. Технологический процесс, построенный на самой элементарной, но действенной мотивации. Забудьте о своём искусстве. Инга, читай дальше.
ИНГА: Дальше твой текст.
ВИТАЛИЙ: Так-так-так... (напевает) Мохнатый шмель на душистый хмель... А, вот!  (читает) “Ну ладно. Станешь председателем газовой компании. Заработаешь в сто раз больше. В Думе будешь лоббировать семьдесят процентов думских фракций. В любое время дня и ночи можешь выключить лампочку или закрутить кран”.
ИЛЬЯ: “Я любовью не торгую”.
ВИТАЛИЙ:”Любовь-морковь. Сказки для малышей. Хорошо. Пусть решает она.”
ИНГА: Знала, что будет плохо, но не знала, что так.
ВИТАЛИЙ: Да это сериал! Сериал! Гамлет мыслит в верном направлении! Это некондиционный диалог - но смысл нам нужен именно этот.
ВЕРА: Не спешите, ребята - это же набросок.
ГАМЛЕТ: Эх... Я пишу сердцем, как просит Виталий Михайлович. 
ВИТАЛИЙ: Интуиция и мотивация - это Ленин и партия нашего дела.
ИЛЬЯ: Витя, ты же не вождь индейцев. Говори попроще.
ВЕРА: Илья, проще - некуда. Эта драматургия - дело Вити. Твоё дело - красиво снять.
ИЛЬЯ:  Красиво снять не запретишь.
ГАМЛЕТ: Дайте-ка я вам сам зачитаю. “Президент говорит - семья основная ячейка общества. А на чём может держаться семья? На любви и уважении друг к другу? Нет. Только на любви! И я люблю. А ты - забавляешься. Забавляйся с краном, с лампочкой - а это живая женщина, живой человек. Такой же, как ты! Относись к людям так, как ты бы хотел, чтоб они относились к тебе!”. А министр ему отвечает. “Ты прав, старый товарищ. Я согласен на краник и лампочку. С ними я спокойно вернусь к своей жене.”
ИЛЬЯ: Ох. Вот я поставлю.
ВИТАЛИЙ: Это другой разговор.
ИНГА: Пошла работа.
ВЕРА: Слава Богу. Гамлет, не зря мы на тебя рассчитываем. Дай я тебя поцелую.

Явление 13-е

Гостиная. Во всей квартире свет горит только в ней. Инга и Кондратов.

ИНГА: Илья, да плюнь ты на своё горе. Послушай меня. Этот семидесятилетний импотент Себастьян Макс меня уже достал. А особенно его родственники. Его мерзкие сёстры, племянницы, дядья, ну и сам знаешь этот ирландский клан... 
ИЛЬЯ: Инга, я старый нильский крокодил. Себастьян Макс проживёт еще как минимум лет двадцать пять. И я понимаю, что нас с тобой он обеспечит. Но, знаешь, Джек Лондон, деньги, любовь, страсть... А ты - не та Джиоконда, которую я должен украсть.  
ИНГА: Хам.
ИЛЬЯ: Инга. разговор идёт не о тебе, как о женщине. Ты лучшая женщина в мире. Это оценил даже Себастьян Макс. Я только говорю, что женщина и искусство для меня несовместимы.
ИНГА: Мужчины полигамны. А женщины - моногамны. Я давно это поняла. Ты можешь любить и Веру, и меня, и искусство - а я только тебя.
ИЛЬЯ: Ты неправильно меня поняла.
ИНГА: Тут и понимать нечего. Я люблю тебя. Ты на мне не женился, позволял Витьке-Дубу за мной ухаживать, дарить вонючие чайные розы.
ИЛЬЯ: Инга, может хватит? Это всё в таком далёком прошлом. 
ИНГА: Для тебя - конечно. Ты получил “Золотого леопарда”.
ИЛЬЯ: Инга. Я не снимаю кино пять лет. И кто такой этот леопард? Папа твой - леопард? А-а-а! Себастьян Макс - твой леопард!
ИНГА: А ещё три года тому назад в Каннах ты говорил совсем другое.
ИЛЬЯ: Всю жизнь удивлялся женщинам. Их умению помнить всякую мелочь. А помнишь на выпускном вечере у тебя были сине-белые носки в ромбик? Да не помню я, какие носки на мне были ещё сегодня утром! Я люблю менять носки почаще.
ИНГА: Большой цинизм по отношению к женщине.
ИЛЬЯ: Инга. Я всегда выделял тебя среди своих знакомых противоположного пола. Но и тебе присущи его обязательные недостатки. 
ИНГА: Может, поговорим о достоинствах?
ИЛЬЯ: Поговорим, поговорим, лапочка. Кто же откажется?

В гостиной гаснет свет.

Явление 14-е

Зажигается свет на кухне. Сидят Дубровин и Гамлет, перебирают сценарии.

ВИТАЛИЙ: По скольку ты сейчас платишь свои сосункам-сценаристам?
ГАМЛЕТ: Сто долларов - сорок тысяч знаков.
ВИТАЛИЙ: И ещё жалуешься, подонок! Ты пишешь две-три страницы лабуды - и только я способен её замотивировать. А получаешь в десять раз больше реальных работников. Ну, давай почитаем. Это который?
ГАМЛЕТ: Это Оля из Краснодара.
ВИТАЛИЙ: А! Из Краснобездаря. Девочка хорошая, трудолюбивая и способная. Надо ей повнимательней почитать книжку “Между Адом и Раем”. Ты ей скажи.
ГАМЛЕТ: Свою дам почитать.
ВИТАЛИЙ: Переписать. Кто следующий?.
ГАМЛЕТ: Вова Рольф.
ВИТАЛИЙ: Вова Рольф - сценарист! Но ленивый... Но даже не это главное. Мне кажется он - чёрная личность. Ну, в каком смысле? Не со зла, конечно. А просто через таких как он на нормальных людей нападает порча, сглаз. А я этого не люблю. 
ГАМЛЕТ: Виталий Михайлович, вы суеверны, как все поэты.
ВИТАЛИЙ: Переписать.
ГАМЛЕТ: Перепишут. 
ВИТАЛИЙ: Третьего я знаю (листает сценарий). Самый способный и приятный из трёх китов нашей надежды. Алкаш, бывший Кондрат. Кондрат-то, Одиссей, увернулся. А простой воин античности Покрышкин обслушался сирен зелёного змея.
 ГАМЛЕТ: Виталий Михайлович. Он пятнадцать лет прожил в общежитии ВГИКа. Что там ещё делать?
ВИТАЛИЙ: А ты сколько лет там прожил?
ГАМЛЕТ: Да не жил я там никогда, Виталий Михайлович. Смеётесь, что ли?
ВИТАЛИЙ: Короче, объясни им вот что. Пусть, во первых, ежедневно читают центральную газету. Особенно - четвёртую полосу.
ГАМЛЕТ: Про аппаратные игры?
ВИТАЛИЙ: Именно! Там основные персонажи - Калошин, Фуриенко и Пилсудский. Непотопляемые гады. Что-то вроде Микояна из анекдотов.
ГАМЛЕТ: Не обижайте нашу нацию. Хотя, вы правы.
ВИТАЛИЙ: Да, да! Представляешь, как нас будут смотреть?!

Свет на кухне гаснет.

Явление 15-е

Прихожая. Кондрат, Инга, чуть позже Вера.

ИЛЬЯ: Едем ко мне?
ИНГА: Лучше ко мне.
ИЛЬЯ: Действительно. Твою-то берлогу обставил святой Себастьян.
Вера входит в квартиру.
ВЕРА: Ой, уже уходите?
ИЛЬЯ: Ох, бабоньки, к кому же мне из вас прислониться? Ха-ха.
ВЕРА: Давно не смешно.
ИНГА: А мне смешно. Прислоняться-то будут скорее всего ко мне.
ВЕРА: Я уже пробовала. 
ИЛЬЯ: Девушки. Вы же меня знаете. Прислонюсь я, не прислонюсь - особого значения не имеет. Ко мне не прислониться никто. Это единственное, что мы с вами точно знаем. А вообще - не обращайте внимания. Я начитался Гамлета.
ВЕРА: Ну и как тебе?
ИНГА: Он не того Гамлета имеет в виду.
ИЛЬЯ: Того, того. Того самого. Вера - тебе, как продюсеру, скажу честно. Хотя Гамлет окончательно сгнил примерно год тому назад, свой удивительный дар превращать мысли твоего нынешнего супруга в реальную драматургию он никогда не растратит.
ВЕРА: Я знаю.
ИНГА: Ну что - мы идём?
ИЛЬЯ: Инга. Если торопишься - поезжай. Я вспомнил, что я должен сказать Вите. Я остаюсь.
ИНГА: Вите? Или Вере?
ВЕРА: Инга. Да забудь ты, наконец, про это.
ИЛЬЯ: Кто бы говорил, Вера. Женская ревность вечна. Правда, именно в этом случае она абсолютна несправедлива. Инга, поезжай, дорогуша. Я подъеду попозже.
ИНГА: Подъезжай, кобель.

Инга уходит.

ВЕРА: Бедная девочка.

Свет гаснет.

 Явление 16-е

На кухне Гамлет, Дубровин и Кондратов.

ГАМЛЕТ: Виталий Михайлович. Всё понял. Всё сделаю.
ВИТАЛИЙ: Пусть они сделают. Ты главное проследи. Деньги не потеряешь?
ГАМЛЕТ: Что-что, а деньги - не потеряю. Илья, ты зачем вернулся? Может, поправки какие? А то я уже ухожу.
ИЛЬЯ: Иди, иди. Мне нужен Витя.

Гамлет уходит.

ИЛЬЯ: Витя, ну подумай сам - ну что за формат для такого сериала двадцатишестиминутные серии? И, потом - Витя, ну почему ты такой неисправимый ситкомовец? Здесь, если и нужен смех - то не на экране, а возле него. И вообще, надо делать драму, а не комедию. Ведь материал диктует. 
ВИТАЛИЙ: Кондрат, Кондрат. Кинорежиссёр. Сериал и предполагает дебильное разрешение  серьёзных проблем. А ты снимешь когда-нибудь “Андрея Рублёва”. И тебе простят всё. Мотивация - это способ заработка. Искусство не хуже кино, а использует в своей синтетической структуре те же самые составляющие. Режиссура, музыка, драматургия. А где заработаешь больше денег и славы - время покажет.
ИЛЬЯ: Витя, да ты - монстр? Кто бы мог подумать?
ВИТАЛИЙ: Я в Бразилии научился.
ИЛЬЯ: Но формат этот всё равно нереальный. Давай сократим количество серий, но сделаем их по сорок четыре минуты. Смех за кадром уберём вовсе, но всё равно будем делать комедию. 
ВИТАЛИЙ: Может быть ты и прав. Деньги-то одинаковые.
ИЛЬЯ: Прав я, не прав - прайм-тайм, да на такую тему, диктует сам по себе. А моя профессия - знать, что диктует прайм-тайм, Комитет, ты, актёры - и соединять это в одно. Режиссура, родной.
ВИТАЛИЙ: Нет, всё-таки не зря я тебя взял на работу.

Свет на кухне гаснет.

Явление 17-е

Гостиная. За столом все пятеро.

ВИТАЛИЙ: Мои дорогие! Наш многодневный труд наконец-то обрёл материальную форму. Завтра в павильоне мы разобьем тарелку об голову Гамлета. Это давняя традиция нашего творческого объединения телепроектов. Ха-ха.
ГАМЛЕТ: Хоть горшком обзови - только деньги плати.
ВИТАЛИЙ: Помолчи, Гамлет. Я тост говорю. А свои кавказские пословицы и поговорки оставь на финал. Так вот, друзья мои. Как бы то ни было, что бы вы все обо мне не думали - а я старался для нас всех. Мы в запуске!

Все выпивают шампанского.

ИНГА: А я просто к бабушке приехала. И попала. Но я не жалею.
ИЛЬЯ: Без тебя, любовь моя, вообще бы ничего не было. Спасибо, что приехала. Спасибо бабушке.
ВЕРА: Витя, но “Коридоры власти” - это не название. Давайте прямо сейчас придумаем.
ВИТАЛИЙ: Название - дело десятое.
ИЛЬЯ: Не скажи. Название - это полдела. 
ГАМЛЕТ: Помните, как Джон Сильвер говорил о пиратах-неудачниках и о причинах их неудач? Они всё время меняли название своего корабля. Сегодня корабль называется “Королевское счастье”, завтра - “Тихоокеанское солнце”, а послезавтра вообще нет корабля. А у Флинта - самого крутого из них - корабль всегда назывался “Морж”.
ВИТАЛИЙ: Морж моржовый. Ну, раз творческая группа решила, что это так важно, ей и карты в руки. Ваши предложения?
ИНГА: По Би-би-си ваш сериал прошёл пятнадцать лет тому назад. И назывался он - “Бюрократы Британии”.
ВИТАЛИЙ: А в Бразилии бы за такое название расстреляли прямо на пляже Копакабана.
ИЛЬЯ: “Право вертушки”. 
ВИТАЛИЙ: Илья, перестройка давно кончилась. Мыслить надо современнее.
ГАМЛЕТ: “Тайны кремлёвских звёзд” или “Звёзды кремлёвских тайн”. 
ИЛЬЯ: “Тень отца Берии”.
ВИТАЛИЙ: Ребята. Я рад, что у вас всех хорошее настроение. Но вот у меня - не очень. Деньги вложены серьёзные. И подходить к делу нужно соответственно. Даже к такой мелочи, как название. “Коридоры власти” - название крепкое. Понятно любому. Хоть бомжу, хоть академику. Нас будут смотреть, дай Бог, сто миллионов человек. Им по названию в программе должно быть всё понятно. 
ИЛЬЯ: “Кто главнее с тем и сплю”.
ВИТАЛИЙ: Долго думал?
ИЛЬЯ: Это же сериал про бабу. Про Ингу.
ВИТАЛИЙ: То есть ты думаешь, что в названии нужна женщина?
ИЛЬЯ: Думать мне вообще западло. Думать - это твоё дело. Думать - это мотивация.
ВЕРА: Тише, тише, тише, тише. 
ИЛЬЯ: Помните, в фильме “Леон” у полицейского кружка, а на ней написано:”Ми босс - ю нот”? Я начальник - ты дурак. Вот что-то такое нам и нужно.
ВИТАЛИЙ: Вот, вот, вот. Уже теплее. Гамлет, кстати - как зовут Ингу?
ГАМЛЕТ: Мы ещё не решили.
ВИТАЛИЙ: Вот что надо решить. Вот снимали мы “Дело Иванова”. А поначалу-то он назывался “Ошибка следствия”. Вспомни, как мы рассуждали? Что они смотрят вечером - “Ошибку следствия” или просто “Иванова”? Что мужики у палаток, что бабы на кухне - говорят: “идём смотреть Иванова”. Вот тебе и ошибка причины и следствия.
ИНГА: Так как меня зовут?
ГАМЛЕТ: Мы думали - Таня, но это затаскано. Может - Ольга?
ИЛЬЯ: “Просто Инга”.
ВИТАЛИЙ: Гениально! Её зовут Инга. “Инга из Кремля”. Вот что нам нужно.
ВЕРА: Ребята, что же вы не едите? Успеете еще поговорить. Холодная баранина - это не слишком вкусно. Работать надо в меру. А название - выпьете и придумаете.
ВИТАЛИЙ: Или лучше “Инга в Кремле”? 
ИЛЬЯ: Надо подумать.
ВЕРА: “Инга - рабыня политиков”.
ВСЕ: О-о!!!

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

На сцене вместо гостиной - съёмочный павильон, вместо прихожей - студийное помещение, вместо спальни - офис Дубровина и Веры, вместо кухни - офис Кондратова и Гамлета, стоит некая аппаратура. 

Явление 1-е

Свет горит только в павильоне. Присутствуют Гамлет, Инга, Дубровин и Кондратов.
ГАМЛЕТ: У тебя вообще нет совести! Душу твою выела чёрная зависть, зараза! И ты ещё требуешь с меня деньги? Тебя были отданы и нефть и электричество, ты мог через Думу провести любое решение, жена твоя изошлась слезами - а ты, не далее, как вчера, был в бане у Пилсудского с моей Ингой! Где твои клятвы, предатель?!
ВИТАЛИЙ: Я люблю её, Виссарион Лаврентьевич! Простите! Дайте хотя бы электричества! Всё, я возвращаюсь к своей жене, возвращаюсь к ней навсегда! Я буду любить её, я заставлю себя!

Вбегает Инга.

ИНГА: Лжецы! Все политики - лжецы! О, Господи - неужели я вечная рабыня ваших страстей? Помоги, Николай Угодник! Отправь политиков всех стран в преисподнюю! Как была бы чудесна жизнь! Вечный май стоял бы на нашей зелёной планете! Звёзды светили бы влюблённым, а не господам и рабам!
ИЛЬЯ: Стоп-стоп! Снято! Актёры из вас, конечно, никудышные. Ну, ничего. Я на мониторе всё дотяну. В этом смысле цифра даёт удивительные возможности на планете Земля.
ИНГА: Это ты меня передразниваешь? Это я никудышная?
ИЛЬЯ: Ласточка. У тебя всё отлично. А вот господа бюрократы что-то плохо справляются со своими ролями. Но это вообще не важно - где плохо, где отлично. Отлично будет всё.
ВИТАЛИЙ: Обидеться на это может только полный идиот. Да, Гамлет?
ГАМЛЕТ: Ведь мы никого не задеваем. Это параллельная, отвлечённая сатира.
ВИТАЛИЙ: А ты про что?
ГАМЛЕТ: Про социальную направленность сериала.
ВИТАЛИЙ: Гамлет, Гамлет. 
ИНГА: Илюша, а может, им поменяться ролями? В жизни то у них хорошо получается.
ИЛЬЯ: Все женщины рассеяны. Инга, радость наша, ведь мы снимаем последнюю серию. Поздно вносить рацпредложения такой радикальной направленности. Я специально поменял их местами, чтобы хоть на цифре было что-то живое.
ВИТАЛИЙ: Да. Бедные актёры. Никаких прав. Одни обязанности. А начальники? Сколько начальников у актёра? Продюсер, режиссёр. От драматурга и то они зависят. Так как Инге везёт единицам. Да ещё ей повезло с Себастьяном. Вот и судьба более-менее.
ИНГА: Раз повезло, два повезло. Положил бы что и на умение.
ИЛЬЯ: Инга многое умеет.
ГАМЛЕТ: На сцене и в постели.
ВИТАЛИЙ: Гамлет, что ты бормочешь?
ГАМЛЕТ: Виталий Михайлович, финал-то ещё не дописан. Вгиковцы с ним не справятся. Вот и сочиняю по ходу пьесы.
ВИТАЛИЙ: Ну, молодец, молодец.
В павильоне гаснет свет.

Явление 2-е

Зажигается свет в офисе Веры и Дубровина. Вера одна спит в двуспальном мешке. Просыпается и с трудом вылезает из мешка.

ВЕРА: Ох, все косточки отлежала. Сколько нам еще жить в этой конуре?  Всё тело в синяках от спанья на полу. Прямо не съёмки - а экспедиция на Северный Полюс. Нет, нет. Надо собраться с силами. Остался последний рывок. Мужчинам, конечно, проще. Виталий не унывает. А ведь я женщина. А здесь и вода-то только холодная. Туалет непонятно где. Работа. Это -  работа. А нас могут отдать под суд, а могут убить бандиты. Мы с Виталием беззащитны перед всеми. Мы практически остались на улице. Но съёмки идут. И они будут идти. Мы доведём дело до конца. Виталий настоящий мужчина. Не зря он побывал в Бразилии. Кондрат, Гамлет, Инга. Творческие люди. Что они могут понимать про нас - людей, дающих им работу и жизнь? Ведь мы живём, как собаки. Эх, Вера, Верунька. Хоть мама у тебя и дура, но неужели она оказалась права? Неужели моя квартира останется только коротким сном в моей жизни? Но нет. Виталий, мама, человек редких способностей. Это просто не сразу видно. А то, что он заложил квартиру без нашего с тобой ведома - ну так что ж? Он был вынужден выручать людей. Вот ты говоришь - Илья? Илья, конечно, весёлый и добрый. Но на этом семья далеко не уедет. Семья - это ответственность. Ответственность перед людьми. Тебе этого не понять. Потому ты и не смогла устроить свою личную жизнь. А карьера? Разве ты сделала карьеру? Да у тебя просто нет совести. Как ты можешь кого-нибудь поучать? Почему ты сказала Виталию, что он сумасшедший? А у него просто голова кругом идёт. Вот нам надо приступать к съёмкам последней серии, а денег никаких нет. А деньги за квартиру? Так они уже кончились. И других квартир у нас нет. Ты бы в такой ситуации наложила на себя руки, прости Господи. А нам с Виталием - вернее большей частью ему - пришёл в голову хоть и унизительный, но единственно верный план. Послушай, старушка. Мы взрослые люди. И мы сделаем дело. Так вот. Всё очень просто. Дурочка Инга, кажется, всерьез заинтересовалась своей ролью. Следовательно, ей не менее, чем нам, выгодно успешное окончание сериала. А деньги есть у её мужа Себастьяна. Денег он не считает.

Свет гаснет.

Явление 3-е

Кондратов и Гамлет сидят в своём офисе. Кондратов листает сценарии, Гамлет держит телефонную трубку. Позже Дубровин.

ИЛЬЯ: Скажи Толстому, что в тридцатой сцене эти её разборки с матерью мало того, что неприличны, так ещё они выбиваются из общего стиля серии. И откуда взялась мать? Какая может быть мать-перемать? И потом, “собака” - это же грубо. Она не может так говорить. Очень грубо. И, потом - “мы беззащитны перед всеми”. Что за интеллигентщина? Она что - Чехов? Она простая баба. 
ГАМЛЕТ (в трубку): Саня! Должен тебя поздравить! Ты сильно вырос, брат. Про Северный Полюс - это высокая, высокая поэзия. Всем нам, драматургам, редко удаются подобные штуки. Тут всё, всё сошлось. Вот режиссёр недоволен отдельными деталями, но я смогу его переубедить. Молодец, Саня. Через месяц получишь сто долларов. Не грусти и не унывай. Работай!
ИЛЬЯ (листает сценарий дальше): Так-так-так. И это неплохо. Толстый не зря пятнадцать лет учился во ВГИКе. Дело своё он туго знает. Хотя! Вот эту фразу я бы произносил так:”Какой ты красивый, мой плешивый мальчик. У тебя почти совсем нет живота. Не то, что у этого грязного Пилсудского. Вот наел себе на крови вдов и сирот. Его и целовать-то неудобно. Но я - ваша рабыня.”
ГАМЛЕТ: Да. Покондиционней, чем у Сани. Я потом дотяну.
ИЛЬЯ (отбрасывает сценарий): Второй раз в жизни, ара, попадаю в такую историю. А ведь я не двужильный. Помнишь, во ВГИКе у меня было две жены?
ГАМЛЕТ: Помню, ара.
ИЛЬЯ: И ты только подумай сам - сколько лет прошло, и просто калька какая-то. Куда мне деваться? Я не могу жить двумя жизнями. У меня и так их несколько. 
ГАМЛЕТ: Что я тебе могу сказать, Илюха? Двойную жизнь не вытянет ни один танк. Ты должен выбрать. Я понимаю - Инга супер девушка. А Вера - очень женственна, очень. Но Вере нужен Виталий, а Инге - Себастьян.
ИЛЬЯ: Опять мотивация.
ГАМЛЕТ: Да погоди ты. Ты просто раздвоился. Ты отдаёшь им себя по половине. А соедини эти половины, как атом - и Себастьян будет немедленно и жестоко брошен. Или - Виталий.
ИЛЬЯ: Соедини половины, как атом. Слыхал я, что Эйнштейн не физик, а шулер. Ничего не понимаю в физике. А Нобелевские премии могут давать кому попало.
ГАМЛЕТ: Это пока сам не получишь.
ИЛЬЯ: Я много чего получил, дорогой. Какая разница? Я устал. Я буду снимать сериалы. Эта работёнка не пыльная. Не льёшь кровь, как в кино. А крови у меня осталось мало. Она мне нужна самому. Искусство не оправдывает жертв.
ГАМЛЕТ: Да это депрессия, мой милый. Хорошо, что не белочка.
ИЛЬЯ: Какая белочка? Я даже курить бросил.
ГАМЛЕТ: А мне нравятся все десять моих жён. И мужья их все нравятся. У меня все пристроены. И за детей я спокоен. Вот только сделал я мало.
ИЛЬЯ: Детей?
ГАМЛЕТ: Да нет, Илья. В искусстве. 

Входит Дубровин.

ВИТАЛИЙ: Ты ничего не сделал, бездельник. Где финал? Что вы тут развели душеспасительные беседы? Кондрат, марш на площадку! А армянский принц пусть быстро дописывает. Через час у нас общее совещание.

Явление 4-е

Свет горит в павильоне. Дубровин, Вера, Кондратов, Инга, Гамлет.

ИЛЬЯ (расхаживает по павильону): Витя, ну сколько я просил - убери отсюда эту фигню. Пусть она будет в том углу. Ведь так в сто раз красивее.
ВЕРА: Он что тебе - осветитель? А осветителей сегодня нет. Они теперь работают через день.
ВИТАЛИЙ: Нам нечем платить ежедневную зарплату! Вера, это один из самых ответственных моментов в нашем проекте.
ВЕРА: Да. Нам срочно необходимо что-нибудь предпринять. Друзья...
ГАМЛЕТ: Виталий Михайлович, слушайте! Вот он, финал!
ВИТАЛИЙ: Тьфу на финал. Вера, действительно, надо посоветоваться со всеми заинтересованными лицами. Все они здесь.
ВЕРА: Друзья. Подумайте сами - сколько месяцев мы бьёмся. Сколько положено сил.
ИНГА: А я-то, дура, сколько убила времени на вас всех. Эх, бабушка! Могла бы и подождать горшочек масла.
ВЕРА: Хватит корчить Марлен Дитрих. Головка у тебя перекружилась от успехов. Кто тебя снимал за последние два года? Английская шушера в своих малобюджетных триллерах? Не ты ли мечтала работать с Кондратом?
ВИТАЛИЙ: Вера, ты не права. Инга, ты устала.
ИЛЬЯ: Нет, правда. Кое-что у нас получилось. Далеко не всё, но...
ВИТАЛИЙ: Никаких “но”. Мы всё закончим и всё сойдётся. Инга, покупатели и зрители сидят на чемоданах с деньгами. Я понимаю, что заработок тебя не волнует. Но  тебя ждут!
ИНГА: Такого я хоть никогда и не играла - но это, Витя, не моя лебединая песня.
ВИТАЛИЙ: И не наша! Это всего лишь этап. Нам надо его пройти. 
ГАМЛЕТ: Надо, надо. Вот я тут подумал - а что если мне обратиться к моим единокровным друзьям?
ВИТАЛИЙ: Нет. Твои друзья любят размышлять. А деньги нужны сегодня. Сейчас. 
ГАМЛЕТ: Тут я бессилен. 
ВЕРА: Думайте, ребята. Думайте. Это общее дело.
ВИТАЛИЙ: А! Кстати! Но нет, нет...
ИЛЬЯ: А может, продать павильон и доснять всё на квартире у Инги? Я могу таскать тяжести. А квартирку ту мы быстро оформим.
ИНГА: Нет. Я никогда не пущу к себе съёмочную группу. Квартира вам - не гадюшник.
ИЛЬЯ: Всегда такая фигня на съёмках. Чуть-чуть, чуть-чуть же осталось. Может, ограбить студийного инкассатора? Он тут ходит один, с сумками денег, в одно и то же время, каждый день. Не то, что осветители. Убивать не будем. Временно спрячем, доснимем, выпустим, и вернём деньги.
ВЕРА: Так... Что же нам придумать...
ВИТАЛИЙ: Инга, ведь ты - звезда. У твоих ног валяются все банкиры. Нет ли кого на примете?
ИЛЬЯ: А верно ведь, Инга. Не надо никого грабить. Давай проедемся по твоим знакомым. И к обеду продолжим съемки.
ИНГА: Нет. Раньше вечера их можно и не искать. И потом - это длинные разговоры. Да ещё они пристают, хотя все женаты. У них ещё хуже чем у нас. Такие попадаются экземпляры.
ВИТАЛИЙ: Деньги нам нужны до обеда.
ВЕРА: Виталий, вот если бы мы были с тобой в разводе - ты бы помог мне деньгами в такой ситуации? 
ВИТАЛИЙ: О чём говорить! 
ИЛЬЯ: Эврика! Инга, срочно займи деньги у Макса!
ИНГА: Ты с ума сошёл. Макс только вышел из больницы. У него опять будет разрыв сердца.
ИЛЬЯ: Тебе и это выгодно. Ведь ты получишь наследство.
ИНГА: Клан не допустит. Сева мне нужен живой.
ВИТАЛИЙ: Звони ему! А то разрыв сердца будет у нас всех.
ВЕРА: А сколько нам нужно?
ИНГА: Стойте, стойте... 
ИЛЬЯ: Звони, деточка.
ГАМЛЕТ: Выручай, Инга.

Явление 5-е

Вера, Дубровин и Кондратов в студийном помещении.

ВЕРА: Вит. До самолёта ещё три часа. Может, поспишь?
ВИТАЛИЙ: А сколько я проведу времени в Химакадембанке? Никто не знает. Там бюрократы похуже, чем в сценариях Гамлета.
ВЕРА: Да что ты там забыл? Кто это такие?
ИЛЬЯ: Химакадем, гематоген. Язык сломаешь.
ВИТАЛИЙ: А может и правда - плюнуть на этот банк? Его так и так не сегодня-завтра прикроют. И никто с нас ничего и не спросит.
ВЕРА: Так иди поспи. Да и вообще - зачем встречать эту заморскую развалину? Приедет - отзвонит Инге на дебильный.
ИЛЬЯ: Главное, чтобы он успел передать деньги до разрыва сердца. Езжай, Витя. Встречай дорогого гостя.
ВЕРА: Вообще-то Кондрат прав. Чем быстрее они будут у тебя в руках, тем быстрее все мы будем спокойны.
ВИТАЛИЙ: А ты, Кондрат, давай-ка репетируй, репетируй до упора. Я вернусь - и сразу приступим к съёмкам.
ИЛЬЯ: Да что там репетировать, Витя? Сколько можно повторять - на мониторе сделаешь в миллиард раз больше. И без всякой мотивации.
ВИТАЛИЙ: Твоё воздушное настроение здесь не всегда уместно. Кондрат, соберись. Ты не на курорте, ты на работе. И не так много времени в запасе, чтобы думать о женщинах.
ВЕРА: Витя, за меня будь спокоен.
ИЛЬЯ: Да не собираюсь я разрушать вашу семейную жизнь. Ах, как интересно взглянуть на это чучело Макса живьём! Вот посмеёмся нашему спасителю, доброй шунтированной жабе.
ВЕРА: Он и не знает, что его тут ждёт. Всё надеется на свою вертихвостку.
ВИТАЛИЙ: Зря рассчитывает. Обещаешь, Кондрат?
ИЛЬЯ: Витя, у тебя паранойя.
ВИТАЛИЙ: С вами легко подхватишь букет заболеваний.
ИЛЬЯ: Гуд лак, май фрэнд.                                       
ВЕРА: Витя, езжай спокойно. Тут все будут построены.
ИЛЬЯ: Семейка Адамс. Кошмар на улице вязов.

Явление 6-е

Офис Гамлета и Дубровина. Инга, Гамлет.

ИНГА: При всех своих недостатках мой муж - молодец. Ведь ты подумай, Гамлет. Пожилой человек. Только что вышел из больницы. А узнав, что перевод придёт не раньше, чем завтра, он складывает в чемодан пачки наличных денег и летит сюда. Он не передоверил это своим помощникам.                                           
ГАМЛЕТ: Да, и родственникам.                                            
ИНГА: Его родственникам вообще нельзя доверять.             
ГАМЛЕТ: Инга, с твоей красотой и талантом все родственники мира не стоят и цента.                                             
ИНГА: Меня всё это мало волнует. Лучше расскажи мне, драматург, как справиться с моей драматургией.                            
ГАМЛЕТ: Драматургия, дочка, наука сложная. Драматургия - это и есть метод. А мотивация - не метод. Мотивация - составляющая.                                                                            
ИНГА: Ой, ой, ой, не грузи! Послушай, вот их у меня двое. И того, и этого люблю по своему. Но у одного - родственники, а у другого - искусство. А ведь я просто женщина. Слава у меня и так есть. У меня нет женского счастья. А на что женщине слава?
ГАМЛЕТ: Вот тут ты, детка, права. Нормальная женщина должна сидеть дома, а не шастать по склизким подмосткам. Но тут я тебе не советчик. Кондрат - мой друг. Но он тебя не прокормит. Ты же знаешь, какой он прожорливый парень. А зарабатывать он не умеет. С другой стороны - может тебе вообще поискать кого-нибудь третьего?                                                                                    
ИНГА: Разве что тебя, Гамлет.
ГАМЛЕТ: Твоими бы, нимфа, устами
	      Со мной говорила судьба. 
	      И члены, и сердце устали
	      Всю  жизнь ожидая тебя.
ИНГА: А как меня достала Вера со своей ревностью. Кто бы знал.                                                                                          
ГАМЛЕТ: К кому это она тебя ревнует?                                
ИНГА: Да ко всем, кроме тебя.                                         
ГАМЛЕТ: Витя - это её единственный шанс. А Кондрат тут светится и всем мозолит глаза. Он такой. Ему всё это - что стакан воды выпить. Режик недорезанный.                                          
ИНГА: Бедный Кондрат. От друзей и не такое услышишь, да и какие друзья в искусстве, да Гамлет?                                     
ГАМЛЕТ: Да конечно! Я уже на закате карьеры почти, но ни разу не встречал в нашем деле искренности. С другой стороны ни к чему она нам. Баловство это для инженеров с готовальнями.
ИНГА: А ее единственный шанс чуть не залез ко мне пид юбку. Пытался пидмануть свою зазнобу.                             
ГАМЛЕТ: Продюсер  тоже художник.                                    

Явление 7-е

Офис Веры и Дубровина. Вера и Кондратов.

ВЕРА: Помнишь, когда ты учился в институте, ты приходил пьяный в наш переулок и свистел под моими окнами. Сердце у меня сжималось, как у Татьяны.                                          
ИЛЬЯ: А мамаша орала, и весь переулок вздрагивал.
ВЕРА: Да, что-то такое смешное орала. Никогда, мол, только через мой труп.                                                                    
ИЛЬЯ: Но мы ухитрились оставить её в живых.                             
ВЕРА: Какое было время! Под окнами цвела вишня, и где-то вдали, на пруду, бесконечно трещал соловей. На всех углах хохотали подростки. И на всём белом свете не было людей счастливее нас с тобой.                                                                 
ИЛЬЯ: Да. Тогда я был не тот. Тогда я любил стихи, любил театр. И мечтал о кино. Мастер мне говорил: “Илюша, вы талантливы. Вы самый серьёзный мой ученик. И я вижу, что вы превзойдёте учителя. Учитель уже уходит в прошлое.” Если бы старик дожил до наших окаянных дней - он вряд ли бы нам позавидовал, как в нашей, Веруня, молодости.                 
ВЕРА: До чего мы были глупы и счастливы.                 
ИЛЬЯ: А нам, неблагодарным созданиям Божьим, и тогда казалось, что мы несчастны.                                                   
ВЕРА: А потом к тебе пришла слава. Медные трубы. И я гордилась тобой до изнеможения. Я и сейчас тобой горжусь.
ИЛЬЯ: А мне иногда кажется, что я всё ещё люблю тебя.
ВЕРА: Не надо, Илюша. Сердце-то не железное. Я так надеялась перемучиться. Но судьба, ты видишь, всё равно сводит нас на одной площадке.                                                    
ИЛЬЯ: Судьба - копейка, жизнь - индейка.                   
ВЕРА: А что важно, Илья?                                              
ИЛЬЯ: Моя любовь.                                                         

Явление 8-е

Павильон. Все кроме Виталия.

ВЕРА: Он должен вот-вот уже быть.
ГАМЛЕТ: Куплю детишкам леденцов наконец.
ВЕРА: Инга, лапочка, у тебя включён мобильный? 
ИНГА: Конечно. Я всегда выключаю его только вместе с командой “мотор”. 
ИЛЬЯ: Странно. Что же тебе не звонит безумный Макс? Ну, да он такой рассеянный, что, вероятно, забыл свою трубу на острове.
ГАМЛЕТ: Забыл, не забыл - приедет, куда денется. От Вити ещё никто не убегал.                                                        
ИЛЬЯ: И то правда. Из Витиных клещей не выпрыгнешь.
ВЕРА: Да что бы вы все делали без Вити?! Болтаете, что ни попадя.                                                                                       
ИНГА: О-о-ох, Макс. Забирай меня отсюда.
ГАМЛЕТ: Инга, Инга, не спеши. Я переписал финал. И ты в нём понадобишься. Никто не убил тебя ещё?                                 
ИНГА: Как не убили? Они же душили меня в бане?
ГАМЛЕТ: А всё очень хитро. Оказывается, ты выжила, убежала и всех сдала в Комитет.                                                    
ИНГА: Надеюсь, их расстреляют?
ГАМЛЕТ: Это уже за рамками нашего сюжета.
ВЕРА: Но Витя-то не забыл трубу на острове. И он не звонит. Не попали ли они в аварию на Рублёвском шоссе?                
ИЛЬЯ: Да нет. Сейчас кругом пробки. Не только у нас наступает час икс. Муравейник машин облепил наш любимый город. Но они проберутся. Их сильно тут ждут.                               

Явление 9-е

Те же и Виталий.

ВИТАЛИЙ (вбегает): А Макс-то вообще не прилетел!!!
ВСЕ: Как не прилетел?!!
ВИТАЛИЙ: Дайте отдышаться, сейчас расскажу.
ИНГА: Он жив?
ВИТАЛИЙ: Жив, идиот.
ВЕРА: Почему идиот?
ИНГА: Нет, он, конечно, идиот - но что случилось?
ВИТАЛИЙ: Что случилось, что случилось? Мы банкроты - вот что случилось. А сериал не доделан! Случилось. Вот рыжий ирландский идиот! Что стоило ему перевести через Химакадембанк? Как знал, что надо было туда заехать!
ВЕРА: Ты был в банке?
ВИТАЛИЙ: В том то и дело, что не был. А побывать надо было вчера. Пока дурень миллиардер не схватил чемодан с деньгами и не поскакал в Хитроу. Где его тепленьким и взял Скотланд-Ярд! Кому можно вести такие деньги в Россию? Налом? Его конечно выпустят. Но нам-то завтра передавят клапан!
ГАМЛЕТ: Мир трагичен. Это я знал всегда.
ИНГА: Он жив - слава Богу.
ИЛЬЯ: Скорее жив, чем мёртв. Витя, ты отдышался? Ты можешь спокойно рассказать подробности? Переживать будем потом.
ВИТАЛИЙ: Себастьян, узнав о наших проблемах, вернее о проблемах своей жены в России, вместо того, чтобы спокойно пораскинуть мозгами, как побыстрее перевести нам деньги, выкопал какую-то семейную кубышку, упаковал её в громадный чемодан и помчался в Хитроу. Это такой аэропорт в Лондоне.
ВСЕ: Знаем, знаем.
ВИТАЛИЙ: А Скотланд-Ярд что такое - знаете? Вот тут и вступил в дело Скотланд-Ярд. Нет русской мафии!
ИНГА: О, Боже!
ИЛЬЯ: Невероятно. Ты знаешь, Виктор, это так невероятно, невозможно поверить. Ты его случайно не прикопал по дороге в лесочке, а чемодан с деньгами в песочке? А то кто знает вас, продюсеров? Делаете вид, что снимаете сериал - а сами, может, торгуете дымовыми шашками?
ВЕРА: Илья, всем и так тяжело. Оставь, пожалуйста, шутки.
ГАМЛЕТ: Друзья. Держитесь. Ещё не всё потеряно. В конце концов мы можем снимать и в ночь. А сейчас лишь ранний вечер. Давайте подумаем - какие у нас есть варианты? Ведь деньги Макса не пропали. Может, быстро перезанять?
ИНГА: Дурак ты, Гамлет. Ты не знаешь Скотланд-Ярд. Что попало к нему в руки, обычно не возвращается хозяевам. Дай Бог, чтобы вернулось хоть наследникам. Уж я всё для этого сделаю. И не тем наследникам, которые разевают рот на мой каравай, а мне, любимой жене Себастьяна.
ГАМЛЕТ: Но ведь не все деньги клана он вёз с собой?
ИНГА: Этот клан вообще надо вывести, как тараканов. Никому не понять, какие это ублюдки! Насмотрятся фотографий в журналах - лыбятся рыжие детишки! Наслушаются их собственных россказней - потом интервью берут. Спрашивают неизвестно что! Вы - русская Наташа? Вы бежали из своей страны? Вы хорошо пристроились на Западе?!
ИЛЬЯ: Инга, успокойся. Макс жив, если Витя не врёт.
ВЕРА: Витя, это не последний наш проект. Французы говорят “включи кураж”. Кураж по французски - мужество. И вообще - из того, что мы уже сняли, мы смонтируем другой сериал, и последняя серия нам не нужна. Надо немножко подумать головой.
ГАМЛЕТ: Я готов.
ВИТАЛИЙ: Я должен принять решение. Сутки у нас по-любому есть. Бывали дела и похуже. Объявляю перерыв на три часа. Через три часа прошу присутствующих собраться.
ИНГА: Не-е-ет, я улетаю прямо сейчас.
ВИТАЛИЙ: Птичка, ты нужна нам на финал.
ГАМЛЕТ: Ингочка, улетишь через три часа. Ну что тебе?
ИНГА: Через три часа будет то же самое. Ну, так и быть. Подожду. 
ИЛЬЯ: Пойду, куплю пачку “Лаки страйк”.

Свет гаснет везде

Явление 10-е

Зажигается свет в офисе Кондратова и Гамлета. Кондратов, Гамлет, Инга.
ИНГА: Кондратушка, поехали на Мальту. Там дует настоящий средиземный ветер. Там есть свежие крабы, омары, кальмары. 
ИЛЬЯ: Мальтийский орден и мальтийский сокол. 
ГАМЛЕТ (напевает с акцентом): “Нашла коса на камень, нашла коса на камень...”
ИЛЬЯ: Витёк-”Титаник” пошёл ко дну. И пускает во сне здоровенные пузыри. 
ГАМЛЕТ: Илья, мы простые ребята. Мы не берём кредитов в банках и не боимся родственных кланов. Мы верно избрали свой путь. Хороший фильм “Крёстный отец”.
ИЛЬЯ: Кто крёстный отец? Студебеккер твой крёстный отец? Глядишь, издохнет во сне. Не получишь ты свои денежки, не купишь своему выводку леденцы. А они отгрызут твою умную голову. 
ИНГА: Кондрик, ты не человек. Ты даже не режиссёр. Ты...
ГАМЛЕТ: Шёл Кондрат в Ленинград и встретил он десять ребят. У каждого в руке по лукошку. В каждом лукошке - кошка. У каждой кошки десять котят. Сколько детей и котят вместе с Кондратом придут в Ленинград?
ИЛЬЯ: Видал Кондрат однажды десять негритят. Один из них утоп - ему купили гроб, поставили на лоб.
ИНГА: Мальчишки. Нет чего спиртного? Ещё полтора часа париться.
ИЛЬЯ: Ты же зашилась семь лет тому назад, когда выходила замуж.
ИНГА: Семейная жизнь заставит расшиться кого угодно. Хотя вот Гамлет почти и не пьёт.
ГАМЛЕТ: Это всё из-за компьютера. Дурак я был, что перешёл на него так рано. Алкоголь и дисплей в моём случае несовместимы. За машинкой, на паре бутылок коньяка, сценарий печётся, как картошка. 
ИНГА: Хороший сценарий?
ИЛЬЯ: Инга, как ты молода. Нет хороших или плохих сценариев. И быть не может. 
ИНГА: Вообще-то я хотела выпить.
ГАМЛЕТ: Кажется, в монтажке было пальца на два “Шивас Ригал”, но, может, дождаться решений из коридоров власти?
ИЛЬЯ: Михалыч - политический труп. Сколько говорил я ему - не вкладывай в проект свои деньги. Это непрофессионально. Это закон. Кто вкладывает в проект свои деньги - проигрывает всё.
ГАМЛЕТ: Свои деньги, понятно, вкладывать не стоит, что за бизнес без инвесторов?  Но не в том дело. Непрофессионально было запускать один проект. Запускать надо пакет.
ИНГА: Так где “Шивас Ригал”?
ГАМЛЕТ: О-о-ой, вспомнил! Мы же с Илюхой его допили. Но я схожу. Обожаю пьяных женщин.
ИНГА: Дурак. Я не пила ничего спиртного с тех пор, как вышла замуж. 
ГАМЛЕТ: Чего ж не воспользовалась и не родила? Весь клан передох бы от горя.
ИЛЬЯ: Крестьянин ты, Гамлет. 
ГАМЛЕТ: Ну и что? Кнут Гамсун тоже был крестьянин. И был счастлив. И дожил до ста лет.
ИЛЬЯ: А я хочу, чтобы сердце моё запаяли в золотую урну. И отправили бы куда-нибудь. Но не в космос. 
ИНГА: Я мечтаю поспать, раз нечего выпить. 
ГАМЛЕТ: Так я не понял - тебе можно или нельзя? Кто тут говорил, что ты зашита?
ИНГА: Ампула рассасывается через семь лет. Обязательно сегодня напьюсь.
ИЛЬЯ: Конечно! Ведь в любом случае - праздник.
ГАМЛЕТ: Сдулся Витька-Дуб. Колосс на глиняных ногах. Попил кровушки и поперхнулся. 
ИЛЬЯ: Надо вспомнить и мне какой-нибудь юбилей. Тогда бы и был повод.

 Явление 11-е

Офис Дубровина и Веры. Дубровин спит в спальном мешке. Вера сидит рядом.

ВЕРА: Спи, спи Виталик. Набирайся сил. В этом мешке спать неудобно, но снятся хорошие сны. Буквально сегодня, Вит, ты не поверишь, пока вы снимали на остатки кассет - я спала, и вот что увидела: по проволоке в театре летала балерина. Она была вся такая воздушная, в такой белоснежной пачке, но рассмотреть её лицо мне не удавалось. И дело было не в скорости, с которой она летала по проволоке. А в том, что мне было неоткуда на неё взглянуть. Я была как будто внутри неё. Проволока была замаскирована. Было такое странное ощущение, что в левом нижнем углу сцены она взлетает, а в правом верхнем исчезает. При этом играла странная музыка. Я спросила балерину: Сильфида, куда ты летишь? Но она промолчала. Потом я вышла из театра - площадь была совершенно пустынна. Но я чувствовала, что ты где-то рядом. Ждёшь меня. Я стала искать - но некого было спросить, нигде нет людей. Я бегу в какую-то сторону, мне страшно. Попадаю в роскошный офис - и вдруг становится смешно. Я, хотя существую не сама по себе, а где-то рядом, понимаю, что это истерика. Во всём мире никого нет. Эта мысль пронзает сон, как молния. Но я ищу тебя. В полной пустоте! И, несмотря ни на что, верю. И вдруг, Вит, я понимаю, что ты - во всём. В зданиях, в офисе, в этих кривых переулках. Всё залито ярким светом - и свет этот не солнце, и уж конечно не электричество. А что? Что? Бьётся какая-то мысль. Не я, нет. Но кто? Кто? Ведь я - атеистка. И музыки уже нет. Какие-то колокольчики играют за углом. Я бегу туда - а колокольчик играет. Где? Я ищу, ищу. Дело происходит зимой - но я попадаю в абсолютно зелёный сквер, и чувствую странное блаженство и жжение. И ты. И я. Мы - одно. Мы слились с этим миром. Мир принял нас, потому что это мы. Только нас, Вит, и весь смысл в этом. Ты спишь теперь, но ты понимаешь, что нужно видеть мой сон. Хрупкий ангел. Смотри его, смотри, и ты увидишь тот самый свет. Он спасёт нас. Ищи его. Я смогла унести лишь часть. Богема смеётся - но что она понимает?

Явление 12-е

Студийное помещение. Гамлет, Кондатов и Инга, позже Вера.

ГАМЛЕТ: Что за проблема - купить “Шивас Ригал”?! Ларьки и супермаркеты круглосуточно к нашим услугам! Не то, что в Европе!
ИНГА: После пятичасового чая в Лондоне делать нечего. 
ИЛЬЯ: Как-то раз я так отхватил на свой день рождения, уж не помню, сколько мне было лет. 
ГАМЛЕТ: Что ты имеешь в виду?
ИЛЬЯ: Ещё говорим, что мы гуманисты. А сами - бросаем человека, нашего друга и начальника, в полной беде.
ИНГА: Где моя косметичка?
ГАМЛЕТ: Быть иль не быть? Вот в чём вопрос. Склоняться ль нам под ударами судьбы? Иль не склоняться? Решиться иль прервать? Достойно ль мне валяться под забором, когда Витёк жирует за углом? Иль лучше камнем пасть?
ИЛЬЯ: Какие в нашем лесу на даче жуткие комары. Ничего от них не помогает. Инга, в Лондоне есть комары?
ИНГА: Ой-ёй! Проклятые осветители! Раскидали тут!
ГАМЛЕТ: Весь мир - театр.
ИЛЬЯ: Что я о себе возомнил? Как я жалок в своём больном величии.
ИНГА: Если Сева увидит этот синяк...
ГАМЛЕТ: Кто умеет открывать дверь с этой стороны?
ИНГА: Только хозяева.
ИЛЬЯ: Да. Он же и живёт тут.
ИНГА: И она.
ГАМЛЕТ: Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Входит Вера.

ВЕРА:  Гамлет, ты-то куда побежал? Они пусть погуляют - но собрание будет уже через полчаса. Не опоздайте.
ГАМЛЕТ: Вера, ты не поняла. Никто из нас на собрание не собирается. 
ВЕРА: Что это ты так расхрабрился, дружок?
ИЛЬЯ: Вера, пойдём с нами. Пусть насекомое ползает по своему павильону. Это у него единственная радость.
ИНГА: Бросай его. Идём пить виски. 
ВЕРА: Кто это тебя избил? Стой, Илья. Ты освоил объект?
ИЛЬЯ: Вера, ты не поняла. Не только Гамлет не собирается на собрание. 
ВЕРА: Конечно. Ты нами хорошо попользовался. Можешь идти на все четыре стороны. Но о друзьях ты забыл. 
ГАМЛЕТ: Но друзья его не забыли.
ВЕРА: А, так значит вы устроили бунт на корабле? Вернее, бежите с него как крысы? Ну что ж. Обойдёмся без вас. Сериал так и так уже снят. Смонтировать его мы сможем вдвоём. 

Свет гаснет.

Явление 13-е

Гостиная. Все.

ВЕРА: Ну, что? Попритихли, экстремисты? 
ВИТАЛИЙ:  Командовать парадом буду я! Пусть все сидят, как сидят! Мне надоели ваши капризы! Всю дорогу тут стоит нытьё и гнильё!  В конце концов, я устал вас уговаривать. Вы ничего не поняли?  Вы решили, что вы сильнее меня? Со своими леопардами, телефонами и пьесами?  Мелочь пузатая! В Бразилии я видел много самовлюблённых болванов! Но ни один из них не отказался от гонорара! У них мальчик на пляже помогает родителям!!! Играет в футбол, зарабатывает деньги, и содержит всю семью!!! А у нас?!! Без корней, без образования, без таланта, я пробиваю чудовищную брешь, почти один!!! В дурацкой стране бегаю по коридорам власти!!! Играю в рулетку! Несу тяжкий груз! Халтурщики! Захребетники! Любители погреть руки не у своего костра!  Лицемерие - во всём! В дворниках, в троллейбусах, в поливальных машинах! Когда?! Когда они поймут?! Я, причём тут я? Оболочка реальных идей?! Людишки! Муравьеды!  Как всё непонятно! Никто не оценит усилий одиночки! Дудят меднолобые валторны в тридцать первом веке - мне девятьсот лет!!! И что?! Хоть кто-то, хоть кто-нибудь?!! Одна луна во всём мире! Ледяная луна. И она живая! Представьте себе на одну секунду! Кругом - мониторы, штативы легче пылинки! Она одна во всём городе! Пыль на серванте, облупленный кафель! Годами, годами пробираешься в хоромы! В палаты! И вдруг - всё наоборот! Не хоромы это - а палаты печального образа! И один, всю жизнь один. Почти. Тлен, пепел, но где-то вдали мираж огонька! Или света. Ноздрями пытаешься уловить невидимую струйку свежего воздуха. А кругом? Кругом - спортсмены, тренеры. Нимфетки и  старые тётки. Дранные шубы. Один бы я отлично жил. Я не суеверен, не сентиментален и неприхотлив. Какая слава? Люди, антропология, биологическое обеспечение. “Гринпис” души! Зелёное знамя! Они поливали и воздух, и землю. Серебряные колокольчики в кривых переулках.  Такого никогда не было. Академбанк, академкнига. И я с простым объяснением. Всё ясно. Новый день обклеен зелёными обоями с мордами рузвельтов. Для тебя. Тебя! Тебя!! Вас!!! Всех!!! И вы не любите меня?! Вы куда-то идёте? Вот Бог, вот порог. Бегите, ползите, эстрадные рифмачи! Ссыпайтесь в оркестровую яму! Мне наплевать! Или я складываю полномочия без всякой финансовой ответственности!         
ВЕРА:  Мы даже в титры вас не поставим.
ВИТАЛИЙ: Молчать всем!! Больше говорить не буду! Всё одно - бесполезно, неблагодарно. Муторно. Грязь... Пойду себе.

Свет гаснет везде

Явление 14-е

Офис Кондратова и Гамлета. Дубровин, Кондратов и Гамлет.

ГАМЛЕТ: Илья, в Ереване мне предложили пост министра драматургии. Что, соглашаться?
ИЛЬЯ: Выгоднее быть первым в аду, чем последним в раю.
ГАМЛЕТ: Любимая книга Виталия Михайловича. 
ИЛЬЯ: Виталий Михайлович не любит книжек без картинок. И я, наконец, понял почему. Большую драматургию ты открыл в сериалах. Прости, что догадался не сразу.
ВИТАЛИЙ: А-а-а, бесполезно. Бесполезно объяснять вовремя. Вы чудные ребята, талантливые, приятные. Ну и снимите что-нибудь ценное. Гамлет-то всё лезет с какими-то пьесами. 
ИЛЬЯ: Гамлет, ты и пьесы пишешь?
ГАМЛЕТ: Балуюсь, Илюша. Но будет время - почитай. (передаёт тому рукопись).
ВИТАЛИЙ: Пьесы, фу ты, ну ты. Это тебе не телевидение. Театр - дешёвка. Мне просто неинтересно. Давно бы жил припеваючи. 
ГАМЛЕТ: А я, Виталий Михайлович, слаб головой на эти темы.
ИЛЬЯ: Научи, Витя.
ВИТАЛИЙ: Пьеса?! Ха! Хорошая пьеса? Неважно. Проще простого. Чем соблазнить инвестора? Идёшь в какой-нибудь МХАТ - или там на худой конец в Малый. Договариваешься с главным - за определённую сумму. Он пишет такую ровную, аккуратненькую бумажку. Берёшь её и прямым ходом, минуя всяких посредников, отправляешься в банк. Не имеет значения, какой. Хоть Химакадем, если бы он не обанкротился. В банке сидит - кто? В банке сидит искомое! Инвестор! Бум-с ему на стол нашу бумажку - и объясняем: господин инвестор, видите ли, театр этот с традициями. Ежели он ставит - Брянск, Новосибирск, и ещё миллион городков, в которых есть театр, нам обеспечен. А вы, из всего миллиона, вкладываете деньги лишь в первую постановку. Заключение худруководства - гарантия, что пьеса не провалится. А доход идёт к вам не сейчас, но зато какой! Сейчас подсчитаем... Девятьсот... Т-а-аак... Девяносто... Ага... Девять! Тыщ! Девятьсот девяносто девять! Что может быть проще? Цифры сами за себя говорят.
ГАМЛЕТ: Всё просёк Виталий Михайлович. Не голова - а дом советов. Но мне это уже не нужно. Вернусь на свою священную землю. Илюша тоже прав.
ИЛЬЯ: Погоди Гамлет, погоди. Не уезжай. Ты когда это написал?
ГАМЛЕТ: Десять лет! Десять лет этой пьесе! Я и в сценарий хотел её переделать.
ИЛЬЯ: Сценарий?!! 
ГАМЛЕТ: Неужели ты решил вернуться в кино?
ИЛЬЯ: Где сценарий?!
ГАМЛЕТ: Не знаю. Где-то был. Надо поискать.
ИЛЬЯ: Гама, ищи! Ищи днём с огнём!
ВИТАЛИЙ: Славные ребята. Я верю.
ГАМЛЕТ: Где же он был? Так. Эта девчонка в Москве уже не живёт. А эта? Где, где, где же её телефон? В Ереван придётся съездить. Да и человека им надо подыскать.
ИЛЬЯ: Вылетай сию секунду. Сейчас же буду звонить в Комитет.
ВИТАЛИЙ: Комитет-раритет.
ИЛЬЯ: Есть на кино у них деньги, есть - но не под всякий сценарий. На это они купятся с потрохами.
ГАМЛЕТ: Сделал карьеру в сорок восемь лет!
ВИТАЛИЙ: Давай обнимемся, Гама. Мы часто ссорились, но кому это теперь интересно? Мы знаем. 
ИЛЬЯ: Не задерживайся, Гамлет. Не задерживайся. Пообнимались - и будет.
ГАМЛЕТ: Лечу! Лечу, как на крыльях! Туда - и обратно!

Явление 15-е

Свет горит везде. Дубровин, Вера, Кондратов, Инга.

ВИТАЛИЙ: А ведь я уже прощался с жизнью! И тут - звонок с канала! Неизрасходованы лимитные средства. Их срочно необходимо потратить. А то пропадут. Кто способен помочь каналу? Дубровин. Таких больше нет. В любые сроки. А то у него и готовенькое что-нибудь есть? Мы - спасены!
ИНГА: А мы с бабушкой решили пожить в деревне. Макса отпустили, деньги в Скотланд-Ярде. Торопиться мне некуда. А, может, позвать его в деревню? Спрошу бабулю.
ИЛЬЯ: Не стригись и не загорай. Съёмки начнутся через два месяца.
ВЕРА: Мужики-то там, в деревне, есть?
ИНГА: Как раз от них и хочу отдохнуть. К фильму надо быть готовой и чистой. 
ВИТАЛИЙ: Ты спасла нас, Инга. Деточка, мы этого не забудем. А Максу пламенный привет, сочувствие и здоровья. Побольше здоровья.
ИЛЬЯ: Долголетие у него уже есть.
ВЕРА: Милая, ты же на меня не в обиде? Сама видела, как мы тут жили. Бывает, и не удержишься.
ИНГА: О чём ты, кисочка? Вы с Витом - мои друзья. Если свободна - обращайтесь.
ВИТАЛИЙ: Мы и до “Парамаунта” доберёмся!
ВЕРА: Там и так уже забегали. Ди-Эйч-Эл полчаса назад привёз пакет.   
ИНГА (снимает с пальца кольцо): Верочка, не отказывайся. Просто на память. Примерь, прошу тебя.
ВЕРА: Ну что ты, звёздочка? Боже, как красиво!
ВИТАЛИЙ: Вера, а пакет ты куда сунула?
ВЕРА: Не помню. Успеется.
ВИТАЛИЙ. А и то правда.
ИЛЬЯ: Вит, не забывай. Продюсерам нужны режиссёры. 
ВИТАЛИЙ: Кондрат. Теперь я знаю, на что ты способен.
ИНГА: Не знаю, как и уезжать от вас. Я прямо привыкла. А времени-то прошло всего-ничего.
ВЕРА: Отдыхай, моя ласточка!
ИЛЬЯ: Инга, ты даже в сериале играешь так, что нет слов. Езжай со спокойной душой. 
ВИТАЛИЙ: Хоть сейчас-то тебя можно поцеловать? 
ИНГА (целует их по очереди): Виталик! Илюша! Веруня! Мы ещё что-нибудь забацаем! А я - в леса! Где одни сосны, птицы, ручейки, парное молоко, мёд, вечера и рассветы! 

Явление 16-е

Вера, Дубровин, Кондратов.

ИЛЬЯ: Витя. На цифре и вправду приятно работать. Черновой монтаж я сдал. Мне у тебя делать уже нечего. 
ВИТАЛИЙ: Кондратушка. Всегда можешь на нас рассчитывать. Кинопроекты - дело сложное и непредсказуемое. 
ВЕРА: А сериал - дело надёжное.
ИЛЬЯ: И сказать можно больше.
ВИТАЛИЙ: Группу ненавидишь все съёмки. Но зато в конце всё высвечивается совсем другим светом. Начинаешь любить всех. Ещё одна точка в биографии - дело, по-любому, немалое.
ВЕРА: Илюша, ты то даже не отдохнёшь.
ИЛЬЯ: От моей работы мне отдыхать не надо. Я отдыхаю на площадке. 
ВЕРА: Когда уезжаешь?
ИЛЬЯ: Первая экспедиция, командорская, уже через десять дней. Группа моя меня дождалась.
ВЕРА: Если понадобится - и мы с Витюшей тебя дождёмся.
ВИТАЛИЙ: Ну вот. Наши разногласия и в теории, и в практике - всего лишь моменты работы. Элемент взаимодействия разнополярных, но органично соединимых величин. Кому какое дело? Это просто кухня. Революция на кухне! Продюсеру - продюсерово! Остальным - всё! 
ИЛЬЯ: Прощаться не будем.

Явление 17-е

Дубровин и Вера.

ВЕРА: Все уехали. Какое счастье остаться вдвоём. На душе у меня так легко. Вся наша с тобой усталость и жертвы окупились в таких процентах! Вот это бизнес!
ВИТАЛИЙ: А я ещё и удовлетворение чувствую. Тонкая, очень тонкая вышла комбинация.
ВЕРА: Витюша. Я люблю тебя. Люблю ещё больше, чем раньше. Я не могу без тебя ни секунды. Мне совершенно всё равно, где с тобой быть и жить. Дома, на студии, в командировках. Я счастлива.  
ВИТАЛИЙ: А я как счастлив! Если бы не ты и твоя любовь - проект бы этот не состоялся.
ВЕРА: Счастье, деньги, все довольны.
ВИТАЛИЙ: Вера, давай заведём ребёнка.
ВЕРА: Вот универсальный финал! Любой сериал нам по силам!

КОНЕЦ